Борис Конофальский – Старшие сыновья (страница 27)
- Туда, - Горохов машет рукой в сторону города, - а дальше спросишь, его тут все знают.
Баньковский ещё что-то хочет спросить, но инженер, его уже не слушает, он уже разговаривает с Дячиным:
- А что остальные делают?
На палубе, вокруг закрытого тряпкой большого генератора суетятся четыре человека.
- Слушай, Сергей Владимирович, - начинает Дячин оправдываться, -нанял, как мы и решили - шестерых, но представляешь, одного клещ куснул, и так глубоко ушёл ему в бок, что пришлось доктора звать, нам отплывать, а мужик свалился с температурой сорок, короче, оставили его. А ещё один выклянчил у Баньковского аванс, мол за дом, за аренду заплатить, и смылся. А мы потом выяснили, что у него нет никого дома и ничего он не снимал. Но ты не волнуйся, эти оба были разнорабочими. Может тут найдём им замену.
Горохов сразу сообразил и тут же крикнул в след уходящему Баньковскому:
- Толя, будешь говорить с Мордашёвым, скажи, что нам ещё нужен один бот разнорабочий, спроси, можно ли здесь такого арендовать?
- Ты хочешь арендовать бота? – Удивился Баньковский. Кажется, этот вариант ему не нравился.
Но инженер знал, как убедить его.
- Толя, арендовать бота тут будет намного дешевле, чем нанять двух разнорабочих на буровую.
Этот довод Баньковского убедил:
- Думаешь?
- Думаю, - уверяет его инженер. И тут же повернувшись к Дячину говорит. – Женя, сейчас начнётся пекло, вы пока отдохните, а как жара начнёт спадать, часов в пять, давай заказывай балку, и весь негабарит вытаскивай из трюма на пирсы, крановщик, кажется, вон в той будке сидит, чтобы, когда транспорт подадут, сразу начать грузить. Днём возить не будем.
- Что, днём тут жарко? – Спрашивает буровой мастер.
- Ни возить, ни работать днём не будем. В два часа дня тут будет шестьдесят. Пластик плавится. Так что, заканчивайте и отдыхайте, вечером, я надеюсь, начнём возить мелочь.
Горохов вздохнул, ему хотелось уйти с солнца, есть, курить, пить, всё одновременно, но он был доволен. Ни шатко ни валко, но дело шло. С проблемами, с нерешёнными вопросами, но шло.
Приехал Тарасов со своими людьми, он, как всегда, был в чёрном, хотя жара уже была не шуточная, даже не кивнув Горохову, подошёл к капитану баржи. Перекинувшись с ним парой слов, пошёл говорить с Дячиным, говорил долго, минут десять, и всё это на солнце. И не угомонился, полез под брезент смотреть генератор, потом и в трюм не поленился спуститься. И лишь после этого, проходя мимо инженера, произнёс:
- Значит, буровую привезли?
- Мне даже интересно, а вы на что надеялись? – Спросил Горохов, изображая удивление.
Тарасов ничего ему не ответил, поправил шляпу и пошёл к своему транспорту. На ходу крикнув типу, что встречал все лодки на пирсах:
- Проверь всё как следует!
- Слушаюсь, - отвечал тот и тут же вместе со свои товарищем полезли на баржу, проверять всё как следует.
Всё это, конечно, было не очень приятно, начальник безопасности даже и не скрывал, что инженер продолжает его интересовать. Но в этом визите было и кое-что полезное. Беглого взгляда на квадроцикл Тарасова было достаточно, чтобы понять, что за передатчиком в степь приезжал не он. У его машины протектор был уже не свежий.
Пришлось прятаться от жары в заведении, что находилось прямо возле реки. Он позвал Дячина и рабочих посидеть-познакомиться. Со всеми перекинулся словом, всех опросил. Рабочие ему понравились. Когда те увидели местные ценники, то очень удивились. Захолустье, самый юг, тут и цены должны быть бросовые на всё, тем более на саранчу и кактусовую водку. Инженер только ухмылялся, видя их реакцию, он и сам так по началу думал. Но своих рабочих огорчать не стал, за всех расплатился сам.
Посидели, попили, поели, подремали, а в пять часов, когда жара стала спадать, оставили старшим бригадира, приказав ему начинать выгрузку, а сами с Дячиным поехали на участок. Во-первых, посмотреть путь покороче, такой, чтобы тягачам с негабаритным грузом поменьше петлять меж барханов, а во-вторых, нужно было уже удобную площадку под складирование присматривать.
Когда почти доехали, Дячин похлопал его по плечу и указал вправо. Там, на высоким бархане, на фоне синего неба чернела фигурка. Самара. Одной рукой сжимала ружьё, другую поднесла ко лбу козырьком, смотрела в их сторону.
- Это кто? Казаки? Наши? – Кричал ему Дячин перекрикивая шум мотора мотоцикла.
- Наши, наши… - В ответ кричал ему Горохов.
Инженер, не останавливаясь, проехал мимо женщины к участку. Только там и притормозил:
- Это? – Спросил его буровой мастер слезая с мотоцикла.
- Да, - Горохов стянул перчатку, достал сигареты, зажигалку и обвёл место рукой, - ну что скажешь?
- Низина. – Произнёс буровик. И в его тоне это звучало одобряюще.
Инженер прикурил, достал карту, развернул её:
- На координаты не смотри, это я для шибко любопытных писал, смотри только на геодезию.
Они оба стали рассматривать бумагу. И Дячин ещё раз произнёс:
- Низина у реки, должна быть линза. Должна. Но вот только впадина то не очень большая, сколько тут, тысяч пятьдесят кубов?
Горохов вздохнул: «Хорошо если двадцать», и попросил буровика:
- Ты про объём Баньковскому ничего не говори пока. Нечего его расстраивать раньше времени, проковыряем дыру, посмотрим и на объём, и на качество. В убытках не будем, а нытьё его слушать замучаемся.
- Это правильно. – Согласился Дячин. – Поныть он мастер, пока вести от тебя ждали, я проклял всё. Каждый час приходил жаловаться, что деньги уходят. Каждый час.
Инженер и мастер засмеялись, чувствуя общность людей связных умениями и знаниями, которыми инвестор Толик Баньковский был обделён. Потом пошли смотреть места под платки, под склад, под генератор. И когда уже были на месте, Горохов вдруг вспомнил:
- Вы рефрижератор не забыли?
- Привезли, - сразу заверил его Дячин и тут же забыл про эту тему. Он огляделся. - Так ты тут собрался ставить вышку?
- Да, песок уберём, чуть поработаем отбойником, тут песчаник, проблем не будет, бетонируем, и на вон том камне ставим генератор.
- Ну, да. За пару дней разгребём песок и подушку уложим, на третий день начнём монтаж, но хорошо бы начать не вчетвером.
- Если арендуем бота, то запросто за два дня управимся. – Заверил
его инженер.
- Я просто никогда не работал с ботами, на севере они почти не встречаются, а ты, Сергей Владимирович, имел с ними дело? – Спрашивал буровой.
- Один раз, пару часов получилось поработать, это не сложно, они сильные, выносливые и не просят перекуров. – Горохов вспомнил тот свой единственный случай в Губахе. – Только приказывать нужно чётко и ясно. Копай тут – кидай туда. Это бери – ставь сюда. Они не запоминают сложных алгоритмов.
- Ну, тогда попробуем. – Дячину и самому, судя по всему, хотелось поработать с ботами.
Глава 20
Он, обсуждая с Дячиным всякие производственные мелочи, краем глаза видел её. Она шла напрямую, не обходя барханы, а поднимаясь на песчаные волны и спускаясь с них. Но Горохов даже головы не повернул в её сторону, пока Самара не подошла к ним вплотную. Тут уже не замечать её было нельзя, и буровик Дячин поздоровался с ней первым:
- Доброго вам дня. – Сказал он вежливо.
- И вам дня хорошего, - отвечала Самара хотя и не так учтиво.
А Горохов без долгих разговор тут же хватает её за локоть и ведёт прочь. Казачка попыталась вырвать руку, но из железных пальцев
инженера никакая женщина, даже выросшая в степи, вряд ли бы смогла освободиться. А он, стянув маску и очки, глядел на неё очень неприязненно и при этом весьма строго выговаривал, обращаясь к ней на «вы»:
- Я просил вас ехать на кош, и вернуться к вечеру, судя по всему, вы пренебрегли моей просьбой.
- Я нашла ещё одну сколопендру, - быстро сказа она, уже даже не пытаясь вырвать локоть из его пальцев.
Это было похоже на оправдание, но Горохова это мало успокаивало, он продолжал всё тем же холодным тоном:
- Если вы ещё хоть один раз меня ослушаетесь, я буду вынужден выгнать вас с участка. Вы меня поняли? – Он смотрел на неё в упор, прямо в глаза. Он знал, что этот его взгляд люди воспринимают так как ему нужно. – Я не слышу!
- Да, поняла я, - с раздражением отвечала казачка. – Поняла.
- Я не расслышал, повторите. – Он ещё сильнее сдавил ей локоть.
- Поняла, - кирнула Самара и наконец вырвала свою руку из его пальцев. Она разминала место, за которое он её держал и приговаривала негромко. - Варнак, теперь синяки останутся.
А инженер сразу поменял тон:
- Иди домой. Сегодня ночью, мы начнём возить сюда оборудование, свари побольше чая, и собери еду, люди будут ставить палатки рядом с нашей, выбери им хорошее место.