Борис Конофальский – Оазисы (страница 50)

– Кто ж е его не знает? Он и пристав тут всем заправляют. Когда на улице кто-то сильно дебоширит ночью, так все кричат, что Ахмеда позовут.

– Не пристава, а Ахмеда? – Удивляется Горохов.

Он смотрит на неё, да, она прекрасна. Натянула простыню, грудь прикрыла, но плечи и руки её ему отлично видны. Плечи такие, что лучше и быть не могут. Из них не торчат ключицы, но они не рыхлы из-за лишнего жира или дряблой кожи. Да ещё и кожа чуть смуглая. Он хочет целовать эти плечи, однозначно хочет, но попозже, сначала дело…

– Пристав, наверное, не придёт? – Предполагает он.

– Просто его меньше боятся. Пристав занимается даргами и казаками, разбойниками вне города.

– И казаки тут озорничают?

– Последнее время – нет, компания откупается от них водой. Они даже помогают нам, охраняют дальние выезды на местность.

– А в городе, значит, командует Ахмед.

– Да. А ещё Ахмед нашей компании поставляет этих ужасных существ.

– Каких ещё существ?

– Ну, этих… Биороботов. Ботов.

– Ах, вот как… Ботов? А почему же они ужасны, я видел их, ничего себе, очень даже симпатичные. Почти как люди.

– Не все симпатичные, вы, видно, не всех видели, – говорит она. – Некоторые вовсе на людей не похожи. Я была на презентации, когда он предлагал нам разведчиков для дальних рейдов по пескам. Они ужасны, они больше похожи на огромных насекомых.

Всё, что говорила она, было ему интересно. А вот эта информация Горохова заставила сосредоточиться на каждом её слове, он потушил сигарету, поставил пепельницу на прикроватную тумбочку и почти сразу позабыл про роскошные плечи красавицы.

– И вы купили их?

– Нет, нет, даже моему они не понравились, хотя он любит всё новое и необычное. И начальнику безопасности не понравились.

– А что в них такого ужасного?

– Говорю же, они похожи на насекомых, ноги у них назад, ну, колени назад. Стоят, переминаются, я всё боялась, что прыгнут. Глазами своим огромными смотрят, огромная саранча, только с кожей пятнистой, как у даргов.

– А у тебя нет их фотографий или технической документации какой по этим гадам? – Интересуется геодезист.

– Нет, что вы, Ахмед ничего не оставил по ним, это всё было так секретно, презентация была тайной, меня взяли туда вести протокол.

– А кто ещё был на той презентации?

– Доктор Салманов и ещё два неизвестных мне человека, они неместные.

– Доктор Салманов… Это который доктор Рахим?

– Да, его так все зовут.

Горохову нужно было знать больше, Альбина, кажется, была большой его удачей, мало того, что эта обиженная, сладкая женщина, входящая в элиту города и компании, которая хочет отомстить своему мужику, так она ещё и кладезь нужной информации:

– А ещё что-нибудь подобное Ахмед вам предлагал?

– Ну, если вы про что-то страшное и секретное, то нет. Но вот совсем недавно устраивал презентацию, там все были: и пристав, и городской голова, с жёнами все пришли. Месяца два назад это было, он показывал бота-охранника.

– Охранника?

– Тоже мерзкий на вид, такие глаза у него уродливые, огромные, Ахмед говорил, это для того, чтобы он мог видеть в любой темноте.

– Глаза навыкат, почти на лбу? И ручки такие маленькие. – Вспоминал геодезист.

– Да, ручки маленькие, но этими маленькими ручками он сантиметровый пластик рвал в клочья. Потом Ахмед подвёл его к стене и сказал: «Охраняй место». А затем достал пистолет и выстрелил в него.

– В него выстрелил, в бота? Куда выстрелил?

– Прямо промеж глаз. У бота от головы… кусок черепа от затылка отлетел, кровь по всей стене. А он спокойно говорит, и голос у него такой, – Альбина поморщилась как от чего-то неприятного, скрипучий… Он говорит: «Получил повреждение, продолжаю охрану локации». А Ахмед начал ему в грудь стрелять, пока патроны в пистолете не кончились. А из того даже кровь не шла, ну, вернее, шла, но совсем несильно. Только дырки на одежде. Он даже не упал.

– И по нему тоже документации нет?

– Нет, помню, что модель называлась как-то странно. «Тарзан», кажется.

– «Тарзан», значит? – Произнёс он задумчиво. – Забавное название.

– Кажется, так он назывался.

Да, Альбина однозначно была его большой удачей. Но сейчас, лёжа в постели с роскошной женщиной, он даже не смотрел на неё. Да и спать ему расхотелось.

Ему нужно было знать кое-что, но напрямую он про это спрашивать не решался, уж больно неоднозначная реакция была у людей, когда он касался этой темы. Поэтому он начал издалека:

– А доктор Рахим вправду так хорош, как о нём говорят? У меня рука, – он поднял левую руку, на которой отчётливо были видны следы от ран, – всё ещё плохо работает. А он такой ценник заламывает… Думаю, есть ли смысл платить столько, если он ещё и не лечит.

– Я не заметила, что она у вас плохо работает. – Сказала Альбина и пальцем потрогала белый шрам над локтем. – А лечит он хорошо, у нас двух ботов на буровой придавило, у одного, говорят, от ног ничего не осталось, а он за два месяца их восстановил. Не хуже новых стали. И рабочих наших он хорошо лечит. Хорошо, но всё равно он странный…

Кажется, разговор направлялся в правильное русло и нужно было его поддержать:

– Странный? Что значит странный?

– Ну, он не всегда на месте. Часто в отъездах.

– Ну, просто у него много пациентов.

– Может, вы и правы. – Она, кажется, решила не продолжать разговор на эту тему.

«Нет, нет, нет, давай дальше».

– А что ещё в нём странного?

– Ну, как-то раз Клинчук…

– Это…?

– Это руководитель оперативного отдела компании…

– Понял.

– В общем, он писал докладную записку Севастьянову по персоналу, я её перепечатывала, и там была пара абзацев, в которых он сообщал, что доктор Салманов очень много внимания уделяет ботам, которых ему привозят на лечение. Он их куда-то увозит и потом привозит, и два человека не из местных ему в этом помогают. А ещё он часто общается с одним местным… – Альбина немного морщится. – Таким уродливым типом…

– Как его зовут?

– Фамилию не знаю, а зовут Валера-генетик.

– Я его видел, – сказал Горохов.

– И как вам он?

– Незабываемый паренёк.

– Да, такого трудно забыть. В отчёте говорилось, что он десять лет назад приехал сюда с родителями. Он не мог ходить самостоятельно, у него были скрючены руки, он почти не мог говорить, его отец возил в коляске, а сейчас он сам ходит. Семья была небогатой, денег у них хватило только на старый дом, на лечение у них денег не было, а потом он сам как-то излечился. В общем, он дружит с доктором, ну, или не дружит, но они точно много общаются и часто вместе исчезают из города.

Горохов молча слушал ее, запоминая каждое слов красавицы. Да, Альбина была большой его удачей, большой. А когда она замолчала, он потянулся к ней, запустил руку в тяжёлые волосы, взял её за затылок, заглянул в глаза, привлёк к себе и поцеловал в губы. Во всяком случае, она не сопротивлялась.

Глава 28

Он вышел от Альбины, когда ещё солнце не взошло. Ей нужно было на работу, квадроцикл за ней приходит в половине пятого.

– Ты дашь мне ключи? – Спросил он, перед выходом уже накидывая пыльник. – Я буду осторожен. Меня никто видеть не будет.

Она сразу протянула ему их, словно заранее приготовила:

– Горохов, а вы сегодня придёте? – Даже утром она продолжала обращаться к нему всё ещё на «вы».