Борис Конофальский – Глубокий рейд. Книга 4. КЛЯКСЫ (страница 15)
Артём Сергеевич заваривал чай и потихоньку расспрашивал Саблина, как ему казалось, о всяких мелочах. Как вели себя моторы? Кто ему непосредственно помогал в том деле? Видел ли он сестру Розалии? Но среди этих простых вопросов попадались и такие, от которых Аким немного напрягался:
- Послушайте, Аким, а как вы доложите о задании заказчику? Вы можете с ним связаться?
- Нет, - прапорщику приходилось врать. Ни о голых женщинах из далёких болот за Енисеем, ни о Панове из Туруханска Саблин никому рассказывать не собирался. Он ведь обещал. – Буду ждать от него весточки.
Пивоваров ставит на столик стаканы с чаем.
- Ну, если нет другого способа выйти с ним на связь… Значит, будем ждать… - и, взяв свой стакан, вдруг спрашивает: – А что будете делать, если весточка от заказчика не придёт? – прапорщик берёт свой стакан и думает, что бы ответить, но ничего ему в голову не приходит. И зав. отделением продолжает: – Вы ведь как-то должны получить вознаграждение. Всё-таки большую работу сделали, разгромили крупную банду. Почти две недели по болотам болтались…
«Что ж тебе дался тот заказчик? Чего он тебе покоя не даёт?».
И опять Аким не знает, что ответить, он отпивает немного чая, очень даже неплохого, и наконец произносит:
- Найдёт, должен. Для него это важно, насколько я понял. Да и задаток я кое-какой получил.
А тут в кабинет пришла Розалия и сообщила:
- С мальчиком всё в порядке, им занимаются.
И вот из неё-то вопросы просто посыпались; ночью она дежурила и забирать снаряжение на пирс с мужем не приезжала, и теперь, конечно, хотела услышать сама всё то, что Аким рассказал Пивоварову ночью, пока они разгружали машину. Она села даже не с Пивоваровым рядом, а на диванчик с прапорщиком, брала стакан мужа, пила из него чай и спрашивала, спрашивала…
Что было в дороге? Каких людей он с собой брал? Как его встретил майор Иванов? Как помог? И ещё много всяких других вопросов. Она хотела знать всё, причём даже то, что женщине должно быть не интересно. Например: как шёл бой? Сколько бандитов пришло с Глазом? И ещё куча других, никак не касающихся её вопросов.
«Какая же нудная баба! – прапорщик невольно сравнивал её со своей женой и думал, что в настырности и любопытстве Розалия Пивоварова вряд ли уступит его Настасье. А вот в дотошности и въедливости даже её и превзойдёт. – Ну зачем тебе знать про привезённый мной пулемёт? Кстати, его нужно снять будет! Отвезти домой!».
По возможности он отвечал ей односложно, но кое-где она переспрашивала, требуя от него развёрнутого, а иной раз и подробного ответа. И тогда он, хоть и коротко, рассказывал ей о том, что ей было интересно. Причём, как только она пришла, её муж почти всё время молчал и только слушал их. И Саблин уже не сомневался в их…
«Розалия верховодит, а он – так…».
И только под конец, когда Аким уже допил свой остывший чай и показательно отказался от второго стакана, намекая, что ему пора и честь знать, лишь тогда, как бы подводя итог этой беседы, Артём и сказал ему:
- Аким, я надеюсь, вы нас понимаете… Это всё не праздное любопытство…
«Не праздное? А какое?».
- …Олег был нашим большим другом. Он многое для нас сделал, а вы как раз тот человек, который может… который взялся его спасти… Вот мы на вас и наседаем поэтому…
- На самом деле мы вам очень, очень… - тут заговорила Розалия. Она и так сидела к прапорщику… близко. Так близко, как не принято в казачьем обществе, чужая всё-таки женщина, замужняя. А тут ещё, на глазах у собственного мужа, положила свою тонкую прохладную руку на тяжёлую ладонь казака и продолжает: - …благодарны.
А Саблина от этой ситуации – током прошибло, он чувствует себя очень неловко. Так неловко, что даже свою руку из-под её стесняется вытащить… Обидеть, что ли, её боится… И Розалия, не замечая смущения казака, хотя смотрит ему прямо в лицо, заканчивает: – Мы знаем, Аким, что Олегу никто, кроме вас, помочь не сможет, вы надёжный товарищ и очень…- она тут даже вздохнула, - хороший человек.
Да уж… что тут сказать… Умела эта женщина ввести его в краску, хорошо, что хоть её муж пришёл Саблину на помощь, встал и протянул руку для рукопожатия. Аким тоже поднялся.
***
Мишку в принципе уже отпустили из лаборатории, но медсестра сказала, что ещё нужно полчаса, чтобы получить данные и написать ему справку. А пока было время, Пивоварова и говорит им обоим:
- Пойдёмте ко мне, Аким. На процедуры. А вы, Михаил, посидите там. Я вам кое-что дам.
Ну, Саблин отказываться не стал, снова неудобно было, тем более что процедуры ему нравились. Ему казалось, что после уколов и массажа он чувствовал себя лучше. Розалия дала мальчику витаминов в виде конфет, а прапорщику сделала укол, уложила его в массажное кресло и запустила его. А сама села у изголовья и каким-то прибором на проводе стала водить ему по горлу, по шее, по голове.
- Чуточку активизируем лимфатические узлы, маленькая стимуляция им не помешает, разгоним лимфу…
Ну, что сказать, эти процедуры были приятны; а Пивоварова продолжала:
- А как вы себя чувствовали во время похода?
- В смысле: как чувствовал? – не понимает прапорщик.
- Ну, недомогания, боли, утомление…
- Нет. Ничего такого, – он начинает вспоминать рейд, свои ощущения, но ничего подобного не припоминает. – Нормально чувствовал.
- Две недели в КХЗ, в лодке. И ничего? – не отстаёт она.
- Я с детства в КХЗ и в лодках, - отвечает Аким. – Обвыкся уже. Тем более я часть времени был в броне, а там аэрация, хладоген.
- Значит, никаких улучшений вы не почувствовали? – продолжает расспросы Розалия.
Нет, не почувствовал… Но тут прапорщик вспомнил, что к концу рейда его товарищи чуток утомились, просили время отоспаться. И если с Карасёвым оно было понятно, человек последние призывы дослуживать собирался, то Калмыков и Кульков были Акиму, ровесниками, в год-два-три разницы. И он сказал ей:
- Ну, разве что к концу рейда я был посвежее моих товарищей.
- М-м… Значит, будем продолжать, - говорит Пивоварова с заметным удовлетворением. А потом, чуть ближе наклонившись к Саблину, так что он почувствовал её какой-то вкусный запах, женщина почти шепчет ему: - А мальчика вы почему взяли с собой? Зачем он вам?
Странный вопрос. Саблин смотрит на неё снизу вверх и, честно говоря, удивляется ей в который уже раз: женщина, а не понимает. Потом косится на мальчишку, что сидит у стены и на них внимания совсем не обращает. И потом Аким отвечает ей:
- Ему податься некуда, его родителей людоловы изловили, его тоже, он с того острова, что мы отбивали у бандитов.
- М-м… - понимающе произносит она и больше вопросов на этот счёт не задает.
А ещё Розалия устроила так, что деньги за анализы и обследования Михаила с него взяли небольшие, скорее для вида. Всё-таки Мишка не являлся членом казачьей семьи, то есть членом местного общества.
***
Школа, в которой находился и интернат, была в двух шагах от госпиталя. И едва они свернули за угол медучреждения, как увидали десятки детей в разноцветных пыльниках на площадках вокруг школы. И Миша, кажется, опять заволновался.
- А мы туда идём?
- Туда, – отвечает Саблин. – А ты никак робеешь?
- Да нет… Только больно там детей много.
- А там, где ты жил, детей было меньше, что ли?
- Поменьше, – говорит парень.
Саблину показалось, что сначала он хотел взять его за руку, да потом постеснялся, что ли, и тогда Аким сам находит руку мальчика.
- Не боись, обвыкнешься. Поначалу тут, в школе, все робеют.
Мальчишки и девчонки с интересом разглядывают их, побросали свои игры и смотрят. Ну а как иначе? Новенького ведут, а в станице новые дети не так уж часто встречаются. Кто-то из детей, видно, кто-то из соседских ребят, узнаёт Саблина:
- Здрасьте, дядя Аким! А кого вы к нам ведёте? Откуда он такой?
- Здорово, казак, - нейтрально произносит Саблин. – Скоро узнаешь.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.