Борис Калашников – Эпидемия до востребования (страница 29)
«Так и покалечиться недолго!» – напомнил себе Мишкин.
Виктор шаг за шагом проанализировал все, что произошло после того, как он подал сигнал полковнику Лодыгину о своем прибытии в Гринхилс, и пришел к выводу, что трубка выпала в момент схватки с Брегелем в лаборатории. Офицер даже вспомнил удар об пол какого-то предмета в тот самый момент, когда он оттолкнул от себя ученого, вцепившегося в его парик. Тогда, в пылу борьбы, старший лейтенант не обратил на это внимания, а теперь оказалось, что он остался без средства связи.
«Обидно, но не возвращаться же за аппаратом, как Тарас Бульба за своей люлькой», – рассудил офицер.
Когда «Форд» наконец-то вырвался за пределы города, на востоке уже поднимался красный диск солнца. Мишкин не спал почти сутки, но считал, что не может позволить себе и минуту отдыха. Нужно было отъехать как можно дальше от Гринхилса, пока полиция не перекрыла все дороги. В черной кожаной сумочке, висевшей на ремне у старшего лейтенанта, недовольно жужжали мухи, почуявшие наступление нового дня. Мишкин обязан был довезти их до посольства, выполнить приказ военного атташе.
Машина на большой скорости неслась по узкому асфальтированному шоссе, извивающемуся среди желтых, выгоревших холмов. На такой дороге надо было вести себя предельно внимательно, а голова водителя, не спавшего больше суток, все сильнее клонилась к баранке. Дважды Виктор ударялся лбом об руль, каждый раз дергался, щипал себя за щеку и изо всех сил таращил глаза, чтобы не заснуть. Начались провалы в памяти. Мишкин не помнил, как он проехал отдельные участки пути.
Вдруг Виктор вздрогнул от резкого гудка. О, ужас! Он, оказывается, задремал, и «Форд» оказался на встречной полосе. Прямо на Мишкина несся тяжелый автофургон, которым управлял негр в черных очках. Старший лейтенант на всю жизнь запомнил красный капот, никелированную сетку радиатора и перекошенное от страха темное круглое лицо дальнобойщика.
Разведчик резко бросил свой автомобиль вправо. От смерти его отделяли буквально миллиметры. Зеркало легковушки ударилось о борт грузовика и с треском развалилось. Что-то чиркнуло по борту, и фургон со свистом пронесся мимо. «Форд» замотало из стороны в сторону. Только чудом Мишкину удалось выровнять машину на дороге.
Лоб старшего лейтенанта покрылся испариной, в висках застучала кровь.
«В таком состоянии ехать нельзя!» – ясно осознал он, сбросил скорость, увидел какой-то проселок и свернул на него.
Оставляя за собой желтое облако пыли, «Форд» с полкилометра протрясся по заброшенной дороге, посыпанной гравием. Между двумя холмами открылась рощица. Машина переползла через неглубокий кювет. Потом она медленно двинулась в глубину леса по колее, промятой каким-то грузовиком. Перегретый двигатель фырчал и вздрагивал, колючий кустарник царапал по крыше и дверцам.
Вскоре «Форд» скрипнул тормозами и заглох. Мишкин убедился в том, что автомобиль не виден с дороги, откинул спинку водительского кресла, вытянул ноги и тут же уснул.
Беспилотник
По голубому небу плыли легкие белые облака. Нимфа прогуливалась по палубе «Калифорнии», ощущая босыми ногами приятное тепло деревянного настила. В капитанской рубке находился Ноэль. Девушка помахала ему, он в ответ улыбнулся ей.
Давно уже исчез за горизонтом остров Ликпо с его черными скалами и кусачими мухами. Яхта, рассекая изумрудные океанские воды, держала курс на пролив Сан-Бернардино, чтобы обойти остров Лусон с юга и кратчайшим путем добраться до Манилы.
На душе у Нимфы было легко. Ее ожидали встречи с Хосе, Серией, родителями. Теперь, после всего пережитого, полуголодная жизнь в нищих манильских трущобах казалась девушке райским блаженством.
Доктор Милтон сказал ей, что обязательно заставит фирму «Блювотер» выплатить каждому участнику эксперимента большие деньги в качестве компенсации за ущерб от обмана и страдания, перенесенные на острове. Нимфа верила, что тогда она сможет помочь своим близким.
Девушка подняла голову и вдруг высоко в небе на фоне перистых, почти прозрачных облаков заметила темное пятнышко. Оно быстро приближалось и росло в размерах. Отчетливо обозначились плоские треугольные крылья и хищное вытянутое тело. Летящий объект с пугающей быстротой снижался, несся прямо на яхту.
– Ноэль, смотри, что это? – закричала Нимфа, показывая рукой на небо.
Через минуту на палубе были уже все пассажиры яхты.
– Это беспилотный разведывательный самолет, – заключил Дэн Ливингстон, когда объект с тихим свистом пролетел над палубой.
Беспилотник заложил вираж, развернулся и прошелся над «Калифорнией» еще раз.
– Надо его сбить, – предложил Ноэль.
– Бесполезно, – отозвался Дэн. – Бортовая аппаратура уже передала информацию о нашем местонахождении тому человеку, который послал сюда этот аппарат.
Беспилотник три раза пролетел над яхтой, потом взмыл вверх и быстро скрылся из глаз.
Змеелов не знал, чей это разведчик и с какой целью он вышел на «Калифорнию». Тем не менее он был обеспокоен неожиданным интересом, который кто-то проявил к яхте.
Доктор Милтон переговорил с Ноэлем. Суденышко накренилось на правый борт и изменило курс. Теперь ему предстояло обойти остров Лусон с севера и пришвартоваться в Субике.
Беспилотник, обнаруживший «Калифорнию», возвратился на палубу ракетного крейсера «Монтгомери», откуда часом ранее был поднят по личному распоряжению Кондраки. Курс, взятый беглецами на пролив Сан-Бернардино, был предсказуем.
Адмирал внимательно просмотрел видеозаписи, сделанные воздушным разведчиком. На борту «Калифорнии» находились двое белых мужчин, которых адмирал определил как Рональда Милтона и Дэна Ливингстона, один филиппинец и три женщины из этого же народа.
На палубе не было никого из команды Аптекаря. Скорее всего, подчиненные Роджера убиты либо кто-то из них захвачен в плен.
Кондраки вызвал к себе Гонсалеса и отдал распоряжение. Майору не нужно было повторять дважды. Все указания адмирала он исполнял быстро и четко.
Уже через пятнадцать минут командиру крейсера «Честер» Дэвиду Батлеру пришло указание направить беспилотный самолет-ракетоносец в квадрат 13–24 для уничтожения учебной цели, закамуфлированной под прогулочную яхту.
Однако эта машина с двумя ракетами, подвешенными под крыльями, вернулась назад с неизрасходованным боекомплектом. Пуски не состоялись, поскольку цель в квадрате 13–24 отсутствовала. «Калифорния» исчезла, будто ее и не было.
Фермер Дэйв Брукс
Проснулся Мишкин от надоедливого треска. Звук шел откуда-то сверху. Сон в душном салоне разморил его, в голове гудело.
Старший лейтенант вылез из машины. Через густую листву просвечивала бледная синева неба, выцветшего от жары. Шум то нарастал, то стихал.
«Вертолет», – понял Виктор и прошел к опушке.
Над дорогой, на которой «Форд» чуть было не столкнулся с фурой, летела белая полицейская механическая стрекоза. Трескучая машина несколько секунд повисела над пересечением трассы с грунтовкой, посыпанной гравием, потом развернулась на месте и двинулась к роще.
«Меня ищет», – подумал Мишкин и на всякий случай отступил в глубь леса.
Винтокрылый аппарат протрещал над головой похитителя мух, превратился в маленькую точку на горизонте и скрылся из глаз. Он мог вернуться в любую минуту. Речи о том, чтобы ехать дальше на «Форде», быть уже не могло.
Виктор достал из салона полупустую пластиковую бутылку, отпил несколько глотков теплой, почти горячей воды, смочил лицо и шею. Он почувствовал жуткий голод. Во рту у него не было ни крошки со вчерашнего дня. Требовалось искать выход из ситуации.
Мишкин, вжикнув молнией, проверил баночки в кожаной сумочке. Мухи, разморенные жарой, сидели тихо. Виктор извлек из багажника синюю сумку и широкополую соломенную шляпу. Сумку он повесил на плечо, шляпу, не нужную в лесу, забросил за спину и двинулся по тропе, проторенной между деревьями.
«Куда-нибудь, да приведет», – сказал себе старший лейтенант.
Через полчаса ходьбы роща действительно закончилась. Внизу между двумя холмами показались крыши строений. Мишкин быстро спускался по склону. Он решил, что будет изображать мексиканца, забравшегося сюда в поисках работы, купит съестного, узнает, как добраться до ближайшего аэропорта, и двинет дальше.
На широком дворе, вымощенном серой плиткой, располагался старый одноэтажный дом, опоясанный по периметру навесом и заплетенный диким виноградом. У деревянных ступеней крыльца стоял, опираясь на трость, коренастый мужчина лет шестидесяти в джинсах, рубахе в голубую клетку, распахнутой на груди, и белой ковбойской шляпе с закрученными вверх полями.
«Фермер», – заключил Мишкин и окликнул человека в шляпе.
Тот, казалось, нисколько не удивился появлению незнакомца, показал рукой, чтобы Виктор входил, и похромал к нему навстречу.
– Хорхе звонил насчет тебя, Фернандо, – сказал фермер, крепко пожимая руку изумленному Мишкину. – Я так понял, что ты будешь завтра. Но чем раньше, тем лучше. Работы много, а я вот только от костылей освободился, даже на трактор пока залезть не могу. Жить будешь там же, где и Хорхе. – Он показал на домишко, стоящий в отдалении. – Дело не ждет. Перекуси и берись за работу.
– Хорошо, – согласился Виктор, понимая, что его приняли за кого-то другого. – Только перекусывать нечем. Сумка пустая.