Борис Хавкин – Расизм и антисемитизм в гитлеровской Германии. Антинацистское Сопротивление немецких евреев (страница 39)
Каудер провел за решеткой всего два дня. 4 февраля 1940 г. он был освобожден и доставлен в венский филиал торговой фирмы «Гермес» (так было законспирировано бюро руководителя «Абверштелле Вена») полковника графа Рудольфа Магорна-Редвица. Магорна-Редвиц не разделял расовых предрассудков нацистов и широко привлекал в качестве своих агентов немецких и австрийских евреев, в особенности бывших офицеров, тем самым спасая им жизни. Помогая Каудеру, граф руководствовался чувствами не только гуманности, но и благодарности: отец Каудера, военный врач Густав Каудер, в 1916 г. на русском фронте спас жизнь тяжело раненному Магорна-Редвицу.
Шеф «Абверштелле Вена», чтобы спасти семью покойного Густава Каудера, его сына Рихарда с женой Гердой Филитц и вдову Лауру Каудер, которую он знал лично, принял их на работу в фирму «Гермес», заверив Рихарда, что по всем вопросам, касающимся статуса его и его семьи, Каудер-младший может обращаться лично к графу Магорна-Редвицу. Так «задним числом», с января 1940 г., Рихард Каудер, его жена и мать оказались тайными сотрудниками отдела «I–L» (разведка люфтваффе) «Абверштелле Вена». Вся семья получила псевдоним «Клатт». Это имя было выбрано неслучайно: в конце XIX – начале XX в. отец и сын Клатт, занимавшиеся изучением и распространением радиологии и рентгенологии в Австро-Венгрии, оказали большое влияние на профессиональную деятельность Каудера-отца.
Задание Рихарда Каудера состояло в создании, базируясь на Болгарию, разведсети абвера в Турции. Герда Филитц служила «почтовым ящиком» для передачи «почты» из Греции. Престарелая Лаура Каудер никаких заданий не получала, но она числилась осведомителем абвера под условным именем своего сына: это было нужно, чтобы спасти ее от гестапо и угрозы депортации.
В полицай-президиуме Вены Рихард Каудер получил германский паспорт на имя Рихарда Густава Клатта, родившегося 16 ноября 1899 г. в Берлине и постоянно проживающего в имперской столице. Первым заданием Клатта была 6-месячная командировка в Софию для приобретения связей и получения информации о болгарских аэродромах и самолетах. Клатт под видом коммерсанта постоянно курсировал между Софией, Веной и Будапештом. Он бывал также в Югославии, участвуя в разведывательном обеспечении германского вторжения в эту страну.
Работа Каудера была столь успешной, что по решению шефа абвера адмирала В. Канариса был создан специальный разведывательный орган «Динстштелле Клатт» – «Бюро Клатта», которое было замаскировано как контора консервной фабрики «Овощи-Фрукты». Первоначально «Бюро» находилось в Софии, а в 1943 г. переехало в Будапешт, где продолжало сбор информации в интересах разведки люфтваффе и вермахта. В «Бюро Клатта» работали 25–30 человек, в числе которых было 6–7 шифровальщиков, 4–5 радистов. Связи с разведгруппами, заброшенными на территорию СССР, сотрудники «Бюро Клатта» не имели; они работали с Софией (радиостанция «Шверт»), которая после передислокации «Бюро» в Будапешт была переименована в «Булли».
Своими агентами на территории Советского Союза «Бюро Клатта» не располагало: главным источником информации по СССР был русский белоэмигрант генерал А.В. Туркул, бывший командир Дроздовской дивизии, который также не имел прямых связей с родиной. Каудер зачастую сам сочинял «особо ценную» развединформацию о Красной Армии и ее военно-воздушных силах, которую он якобы приобретал за большие деньги. Он также получал разведданные об СССР от русских белоэмигрантов, участвовавших по заданию немцев в допросах советских военнопленных; был связан с иностранными посольствами, в частности со шведским посольством в Софии, имевшим, в свою очередь, информацию из Москвы по дипломатическим каналам. Некоторые сведения Каудер покупал у немецких разведчиков.
Британская «Энциклопедия шпионажа», путая имена, даты и факты, сообщает о деятельности «Бюро Клатта» и его руководителе: «Каудер, Фриц (1903-?) – главный участник сверхуспешной советской операции дезинформации, проведенной против нацистской Германии в годы Второй мировой войны. На протяжении целых трех с половиной лет Каудер (в Абвере ему был присвоен псевдоним “Макс”) поставлял германским вооруженным силам фальшивые, не соответствовавшие действительности сведения… Операция “Макс” началась вскоре после нападения Германии на Советский Союз, в июле 1941 года. Бывшие белогвардейцы предложили переслать немцам разведданные об СССР. Абвер передал им два радиопередатчика. Один был развернут в Москве (кодовое наименование группы – Макс), второй где-то в Центральной России (кодовое наименование группы – Мориц). Последний вскоре замолчал, Макс продолжал посылать информацию вплоть до начала 1945 года… Поначалу сообщения Макса принимались в Вене. Но к концу 1941 года “приемный пункт” был передвинут в Софию (Болгария) и его начальником стал Каудер. Он принимал сообщения из Москвы и транслировал их в Вену, а оттуда они, в свою очередь, пересылались в штаб-квартиру Абвера в Берлин для дальнейшего распространения по военным службам. Проведенная русскими операция была беспрецедентной по продолжительности, и этим по праву можно было гордиться. По некоторым данным, проведением ее лично руководил из Москвы шеф НКВД Лаврентий Берия. Англичанам удалось перехватить немало сообщений Макса в ходе операции “Ультра”, и советский агент в МИ 5 (британская Служба безопасности) Энтони Блант даже сообщил русским об “утечке”. Сами же немцы, похоже, ни разу не усомнились в добросовестности Макса»[341].
Так Макс-Каудер был перепутан и объединен в одно целое с другим Максом – советским контрразведчиком А.П. Демьяновым (советский псевдоним – «Гейне», немецкие – «Александр», «R 4927») – героем советских радиоигр «Монастырь», «Курьеры» и «Березино»[342]. Эта «путаница Максов» проникла и на страницы воспоминаний бывшего начальника 4-го (диверсионно-разведывательного) управления НКВД генерала П.А. Судоплатова, который объединяет «Макса», «Гейне» и Каудера: «Дезинформация порой имела стратегическое значение. Так, 4 ноября 1942 года “Гейне” – “Макс” сообщил, что Красная Армия нанесет немцам удар 15 ноября не под Сталинградом, а на Северном Кавказе и под Ржевом. Немцы ждали удара под Ржевом и отразили его. Зато окружение группировки Паулюса под Сталинградом явилось для них полной неожиданностью. Не подозревавший об этой радиоигре Жуков заплатил дорогую цену – в наступлении под Ржевом полегли тысячи и тысячи наших солдат, находившихся под его командованием. В своих мемуарах он признает, что исход этой наступательной операции был неудовлетворительным. Но он так никогда и не узнал, что немцы были предупреждены о нашем наступлении на ржевском направлении, поэтому бросили туда такое количество войск… Немецкое верховное командование использовало передававшуюся “Гейне” – “Максом” информацию для ориентации своих боевых частей на Балканах. Британская разведка перехватывала эти сообщения, посылавшиеся из Берлина на Балканы, так что мы в конце концов наши же данные получали от Бланта, Кэрнкросса и Филби… Следует отметить, что операция “Монастырь” с участием “Гейне” – “Макса” была задумана как чисто контрразведывательная»[343].
Однако в многотомном архивном деле ЦА ФСБ «Монастырь – Курьеры – Березино» нет упоминания о том, что «Гейне» имел в германской разведке псевдоним «Макс»[344]. Этой путанице, десятилетиями вводившей историков спецслужб в заблуждение[345], они обязаны британскому контрразведчику и советскому разведчику Энтони Бланту, который под именем «Макс» объединил разные сведения о военных секретах СССР, переданные германскими агентами по радио и перехваченные англичанами. С помощью членов кембриджской группы К. Филби, Э. Бланта и Дж. Кэрнкросса чекистам было известно все, что знали о «Бюро Клатта» британские спецслужбы[346].
Нацисты подозревали Клатта в связях с британской разведкой. В 1944 г. он и сотрудники его «Бюро» были арестованы гестапо. Но доказательств «измены» обнаружено не было. Не удалось также доказать, что Клатт присваивает казенные деньги, предназначенные на разведывательные цели. Однако подозрения в отношении Клатта нарастали; в конце концов, в феврале-марте 1945 г. он был арестован нацистами второй раз. Вопреки строгому указанию Гитлера «убрать из разведки всех евреев», Каудер оставался единственным из них. За него по просьбе начальника отдела иностранных армий Востока Р. Гелена вступился сам начальник Генштаба сухопутных сил генерал-полковник Г. Гудериан: «Информация Клатта необходима для продолжения войны на Востоке. Другими источниками мы не располагаем»[347]. Среди «защитников» Клатта оказался и начальник внешней разведки СД бригадефюрер СС В. Шелленберг, ведомству которого после провала заговора против Гитлера 20 июля 1944 г. и ареста адмирала Канариса была подчинена военная разведка: «Мне приходилось отчаянно бороться за то, чтобы защитить такого ценного сотрудника от Мюллера (шефа гестапо. –
В третий раз Каудера в мае 1945 г. арестовали уже американцы, которых он убедил в своей полезности; разведке США он служил до конца 1948 г.