Борис Харькин – В пасти Джарлака (страница 79)

— Поверьте, вы тут этого еще насмотритесь. А может, и поучаствуете.

— Вот здорово, — порадовалась Ника.

Перво-наперво надо было сделать две вещи. Предупредить орков о том, что ушастые вышли на тропу войны, и найти Коку.

Зябба пошел решать первый вопрос. А мы впятером отправились на поиски ботаника. Кока с Мерриором могли быть либо у Пришибленного в пещере, либо в «Яме» — самом приличном постоялом дворе в городе. Поскольку «Яма» была ближе, я повел друзей туда.

Я прожил в Стронгхолде почти месяц, поэтому смело взял на себя роль гида, по пути объясняя друзьям, что тут, где и как. Встречные орки косились на нас с недоумением, а при виде Жорика так и вообще чуть ли не облизывались. Но потом узнавали меня, кричали радостные приветствия, некоторые (с кем довелось выпить или подраться) даже подходили, хлопали по плечу, пожимали руки.

Ну вот и старая добрая «Яма»! Как я по ней соскучился! Запах кабанятины, дубовые столы, море пива, официантки, при виде которых нормальный человек может наложить в штаны.

Навстречу выкатился седой татуированный старикан.

— Это Карзук, Зяббин папаша и по совместительству хозяин заведения, — шепнул я друзьям.

— Ух! Сколько бледнопузых! А, это ты? — Старый орк узнал меня. — Ну а где мой оболтус шляется?

— В городе, — ответил я.

Карзук показал на нашу компанию:

— А это че, все кореша моего дебильного сыночка? Ух ты! Да тут и гном! Бородатые к нам не часто забредают.

— Лучше пива налей, старый! Клянусь Бомбуром Косолапым, у меня в горле сухо, как в Семарийской пустыне!

— Пива, говоришь. Это по-нашему! Первая кружка за счет заведения.

— Жаль, что не первая бочка, — расстроился Дитер.

— Пиво потом, — осадил я гнома. — Послушай, Карзук, мы ищем тощего бледнопузого…

— Бледнопузые… хе-хе… все тощие, — перебил орк. Потом посмотрел на Жорика и добавил: — Почти.

— Этот отличается тем, что умудрился напялить на морду стекла, — пояснил Васян.

— А-а… тот, который притащился в компании Пришибленного и старого пердуна с козой?

— На себя посмотри, чучело! — взвилась Ника.

Карзук удивленно глянул на девчонку, словно только что ее заметил:

— Это че за малявка? Будешь вякать, окажешься вон там. — Зеленый палец указал на жаровню, над которой двое орков крутили вертел со свиной тушей.

— А ты будешь вякать, в башке лишняя дырка появится, — огрызнулась Ника.

Я быстро схватил девчонку за руки, пока она не вытащила арбалет, и успокаивающе зашептал:

— Не горячись, это всего лишь старый сумасшедший орк.

— А козочка с норовом. — Карзук поцокал языком.

— Будешь плохо говорить про деду, он тебя в жабу превратит.

— Правда? А в большую?

— В маленькую, — фыркнула Ника.

— А в большую сможет?

— И в большую сможет!

— Зашибенно! Лет через пять, когда мои оболтусы созреют, чтобы на них «Яму» оставить, приводи своего деда, пускай превращает!

Клянусь, я не уловил в голосе орка и тени сарказма! А Зяббин папаша-то и впрямь душевнобольной!

— Буду прыгать, квакать, мух жрать… и комаров, — мечтательно протянул орк. — Вот это житуха… Хе-хе! А еще можно…

— Карзук, — прервал я мечтания зеленого старикана. — Мы вообще-то спрашивали, где искать бледнопузого.

— А-а… стеклянноглазый. Он, наверное, у Пришибленного.

— Пойдемте, — обратился я к друзьям. — Эй, а где Дитер?

— Да вон он, пиво сосет. — Васян махнул в сторону барной стойки.

За время разговора гном уже успел прикончить не только халявную кружку, но и еще три, которые честно купил. Денег у него было много (тех самых, что он выиграл у караванных охранников в армрестлинг), и сидеть он мог еще долго.

— Пойдем, Дитер.

Гном залпом осушил кружку, вытер бороду и неохотно засеменил к нам.

— Слушай, Петька, — сказал Жорик, — может, мы с Дитером тут пока посидим, а вы сами сходите? А то что-то у меня ноги болят.

Договорив, Пухлый бросил взгляд в сторону свиной туши, истекающей ароматным жиром. Понятно. Ладно, пускай повеселятся. В конце концов, без Жорика, который и двух шагов не может пройти, чтобы не запыхаться, и коротконогого гнома мы управимся быстрей.

Я взял с Дитера клятвенное обещание, что он не напьется, не будет задираться с местными, и последит, чтобы Жору не съел какой-нибудь голодный орк. Только после этого мы направились в пещеру к Убаргу.

Кока сидел прямо на земле перед входом в пещеру Пришибленного и что-то смотрел в суперкомпьютере.

При виде нас он отложил комп и радостно замахал рукой.

Нике до нашего разговора дела не было, и она направилась в пещеру к Убаргу, чтобы отыскать дедушку.

— Ты там заблудишься! — крикнул я ей вдогонку.

Внучка волшебника была все еще злой после перепалки с Карзуком, поэтому ответила резко:

— Это ты в своих соплях заблудишься, Убийца Драконов. А я в этих пещерах уже была. Я в прошлом году с дедой у дяди Убарга гостила.

Ника скрылась в каменном тоннеле.

— Ну что, нашли своего друга? — с неподдельным любопытством спросил Кока.

— Друга-то нашли, а вот портал твой что-то не открылся, — проговорил Васян с такой интонацией, будто обвинял Коку в шарлатанстве.

— Конечно, не открылся. Еще рано.

— Как это — рано?! — воскликнул я. — Ты что, в расчетах ошибся?

В Кокиных глазах промелькнуло удивление:

— Расчеты делал не я, а навигатор, а он не ошибается.

— А почему тогда портал не открылся?!

Ботаник посмотрел на таймер:

— Говорю же, потому что еще рано.

— Ты ведь сам сказал, что у нас сорок пять дней!

— Я?.. — изумился Кока. — Я не говорил ничего про сорок пять дней.

— Ну, тысяча восемьдесят два часа! Какая разница?! В твоем же суперкомпьютере калькулятор, поди, есть. Раздели — получишь сорок пять дней.

— Мне не нужен калькулятор для таких элементарных арифметических действий, — сказал ботаник с легкой гордостью в голосе. А потом призадумался и вдруг как хлопнет себя по лбу.

— Вы что, на двадцать четыре делили?!