Борис Харькин – В пасти Джарлака (страница 42)

— Бежим! — крикнул Зябба.

— Куда?! — выпалил Васян.

— К пещерам!

— К пещерам?!! Так это же нам мимо него пробежать надо!

— Единственный шанс — это укрыться в какой-нибудь норе! На открытой местности он нас растопчет!

— Я не бегу от врага! — вспыхнула Ника, перезаряжая арбалет. — Я дам ему бой!

Боже! И как она дожила до этого дня?!

Зябба без всяких слов взвалил ее на плечо и бросился в сторону Громодрома. Она молотила арбалетиком по широкой спине орка и ругалась так, что мне захотелось заткнуть уши. Только сейчас было не до этого.

Дракон уже во всю прыть несся нам навстречу.

Земля дрожала. Короткие и толстые, словно бревна, лапы вдавливали в грязь огромные камни, а когда ступали в озерца, которые для Громодрома были лишь жалкими лужами, во все стороны летели фонтаны брызг.

Зябба был уже далеко. А мы с Васяном все стояли, словно ноги приросли к земле, и смотрели на приближающуюся гору.

Потом переглянулись и кинулись догонять орка.

Тот уже почти поравнялся с монстром. Громодром, не веря глазам — не каждый раз еда сама бежит к тебе, — в предвкушении раскрыл пасть.

Но в последнюю секунду Зябба резко свернул вправо. Дракон медленно разворачивался словно танк. Как ни крути, мышь подвижнее слона. Только это и могло нас спасти. Пока Громодром разворачивался, пытаясь ухватить Зяббу, мы оббегали его с другого бока.

Ника, болтающаяся на плече орка, ухитрилась перезарядить арбалет и пустила болт прямо в оскаленную пасть.

Рептилия заревела. Круглые глаза яростно вращались. Челюсти клацали, бездонная пасть открывалась, обнажая красное небо.

Вот мы уже оббежали дракона. Тот все пытался достать Зяббу с Никой и, надо сказать, был близок к этому. Чтобы отвлечь зверюгу, я лупанул из гномьего арбалета в чешуйчатую спину. Громодром повернул голову. Мельком я разглядел его уродливую морду, всю усыпанную бородавками размером с яблоко.

Никогда я так быстро не бегал! Впереди чернели пещеры — наше спасение. За спиной грохотало, зверь ревел так, что по коже шли мурашки.

Орк с Никой на плече первым вбежал в пещеру, за ним влетел Васян. Я успел лишь в последний миг. За спиной клацнуло. Я ввалился внутрь, а сзади послышался мощный удар: это Громодром всей тушей врезался в камень. Гора содрогнулась.

Я развернулся и увидел жуткое зрелище. Раззявленную пасть, в которой поместились бы мы все вместе взятые. Из утробы дохнуло смрадом. Острые зубы величиной с бивни мамонта щелкали в нескольких сантиметрах. Но достать меня Громодром уже не мог — отверстие было для него мало. В выпуклых глазах горела звериная ярость. Когти рыли землю мощнее любого экскаватора. Монстр размахнулся передней лапой. Край скалы снесло мощным ударом, мне в лицо брызнуло каменное крошево, поцарапало щеку. В отверстии мелькала оскаленная пасть.

— Ты че, полюбоваться решил, олух?! — заорал Зябба. — А ну за мной, щас он как пыхнет!

Пыхнет?! Точно, Мерриор же говорил, что эта тварь огнедышащая!

Упрашивать не понадобилось, со скоростью, которой сам от себя не ожидал, я кинулся в глубь пещеры. Впереди мелькала широкая спина Зяббы. А сзади послышался рев. Не сбавляя бега, я обернулся. За нами катился огненный шар! Даже не шар — струя жидкого огня, словно кто-то решил поджарить нас из огнемета.

Я ощутил, что еще чуть-чуть — и моя одежда загорится! Тогда я припустил еще быстрее, хотя, по-моему, это было невозможно. Наверное, я побил мировой рекорд в забеге на стометровку.

Мы забились в самый дальний угол пещеры. Досюда огонь не доставал.

Громодром все не унимался. Стало жарко, как в бане. С кончика моего носа скатилась крупная капля пота.

— Кто-нибудь, затушите эту паяльную лампу! — проворчал Васян.

Ага! Был бы огнетушитель!

Лица покрылись сажей, вся одежда вымокла от пота, а рептилия продолжала извергать пламя.

— Почему он нас сразу не поджарил? — спросил я.

— Живьем хотел слопать, — пояснил Зябба. — Так вкуснее, а если бы пыхнул, то от обеда остались бы одни угли.

Ника пару раз стрельнула в дракона, но болты, не долетая, сгорали в столбе пламени.

— Не трать боеприпас, — велел Зябба. — Бесполезно.

Девчонка нехотя отложила арбалет.

— Как его тогда убить? — спросил я.

— Единственное уязвимое место у драконов — это пузо!

— А глаза? — спросил Васян.

Зябба хмыкнул:

— Ну выбьешь ты ему буркалы, он от этого не сдохнет, а сжечь он тебя и вслепую может. А вот на брюхе кожица тонкая, нежная. Вот туда и нужно стрелы всаживать.

— Ага… попадешь туда! Лапки-то короткие, он брюхо почти по земле волочет.

— Не знаете вы, салаги, как на зеленых драконов охотятся! Рассказать вам историю Ленивого Охотника?

— А то!

— Звали его Бердок Ленивый Охотник. Он был самый знаменитый охотник на зеленых драконов во всем Эорине. Пусть меня кабанчик задерет, если это не так! Вообще-то Бердок и изобрел способ охоты. Толковый был мужик, хоть и бледнопузый. А способ такой. Драконы они ведь обычно беспредельничают днем, ну охотятся там, золотишко воруют. А потом всю ночь дрыхнут без задних лап. За ночь, пока зверюга храпит, охотник вырывает яму поглубже прямо перед входом в драконью пещеру…

— А-а, вот зачем лопаты! — воскликнул Васян. — Понятно, дракон падает в яму, а охотники расстреливают его сверху из арбалетов.

— Чтобы вырыть такую яму, куда поместится эта туша, нам не три лопаты нужны, а минимум экскаватор! — возразил я.

Зябба хоть и не знал, что такое экскаватор, но мои слова одобрил:

— Правильно, пацан, мыслишь. Яма не для дракона, а для охотника. Утром, когда дракон выползает справить малую нужду…

— Культурный дракон! — захохотал Стольник. — В пещере не писает.

— Не перебивай, шибздик, — проворчал орк. — Так вот, когда дракон выползает по нужде, он непременно проползает над ямой, а охотник всаживает ему в брюхо арбалетный болт. А лучше, для верности, несколько болтов. Арбалеты надо брать поубойнее и болты — желательно с мифриловыми наконечниками. Бердок этот так не одну дюжину драконов укокошил. А на их мясе, шкурах и клыках целое состояние сколотил. И все бы хорошо, но потом…

Нашу пещеру сотряс мощный удар. Это Громодром понял, что огнем нас не выкурить, и принялся бить хвостом по камням вокруг входа.

— Ну, что потом-то? — нетерпеливо спросил Васян.

— А потом обленился Бердок вконец и на размерах ямы сэкономил! А дракон отожратый был… В общем, пока дружки Бердока дракона дохлого с ямы оттащили, самого Бердока с ног до головы драконьей кровью залило. В ней и утоп…

Мы, ошарашенные подробностями, молчали.

— Поэтому, когда на дракона охотишься, на размерах ямы не экономь! — назидательно заключил Зябба.

— А много таких драконов в Эорине? — полюбопытствовал я.

— Не очень. Бердок и его ученики большую часть прикончили… Говорят, что ушастики нашли в горах яйцо зеленого дракона. Он вылупился, и теперь эти засранцы его выращивают. И натаскивают, чтобы орков жрал да гномами закусывал.

— Что, правда? — спросил Васян.

— Брехня, конечно! — фыркнул Зябба.

Тем временем Громодрому уже надоело колошматить по камню хвостом, и он решил попробовать протаранить скалу с разбегу.

Скала содрогалась под мощными ударами, с потолка пещеры на нас сыпались мелкие камешки. Но в целом камень оказался прочнее, чем башка рептилии.

Это продолжалось до самого вечера. Когда совсем стемнело, дракон обиженно взревел и… удалился на ночлег.

Для приличия мы выждали еще с полчаса и отправились на охоту по методу знаменитого Бердока.

Для начала отыскали лопаты, которые побросали, когда убегали от дракона. Потом принялись за работу. Три лопаты вгрызались в землю. А Ника руководила.

Как объяснил Зябба, можно было смело шуметь: храпящего дракона не разбудишь, даже если ему гномьим молотом по башке заехать.

Все это мне напомнило охоту на кабанчика. Тогда тоже всю ночь яму копали. Но сейчас меня грела мысль, что здесь мне не придется быть приманкой.