Борис Хачатурян – Законотворческий процесс. Научное и учебное пособие (курс лекций) (страница 2)

Начавшаяся в январе 1905 г. революция ещё более обострила проблему политических реформ в России. Солдатские залпы уже почти полгода разгоняли народ, но проблема реформ так и не была снята. Под давлением революции самодержавие вынуждено было пойти на уступки. 6 августа 1905 г. Николай II подписал манифест, которым в системе державной власти учреждалась законосовещательная Государственная Дума, названная «булыгинской» по имени тогдашнего министра внутренних дел А. Г. Булыгина, разработавшего её проект. Но самодержавие явно плелось в хвосте общенародных настроений. Проект законосовещательной думы уже никого не удовлетворял, тем более что революция ширилась, на её сторону начали переходить воинские части. В октябре в стране началась Всероссийская политическая забастовка, встали железные дороги, была парализована работа промышленных предприятий, а Николай II фактически оказался изолированным в Царском Селе под Петербургом. В обстановке, когда трудно было определить, в какую сторону склонится политическая чаша весов, ему не осталось ничего другого, как принять «второй вариант» председателя Совета министров гр. С. Ю. Витте – объявить Манифест 17.10.1905 г., которым прочёркивался конституционный путь развития страны и предоставление гражданских свобод. («Первый вариант», выдвинутый Витте, предлагал назначение военного диктатора, который осуществил бы успокоение страны путем массовых репрессий, пролития крови; однако недавний расстрел у Зимнего дворца 9 января и другие «кровопускания», усилившие революционные выступления, не позволяли принять этот испытанный, казалось бы, веками путь борьбы с непокорными подданными).

В разгар вооружённых столкновений в Москве 11.12.1905 г. был издан закон о выборах в 1 Государственную Думу. По этому закону выборы были не прямые, не равные, не всеобщие и не демократические. Разные слои российского общества были представлены в Думе разным количеством депутатов. Целые слои населения – женщины, военнослужащие, так называемые «бродячие инородцы» (т.е. кочевники-скотоводы) – лишались права выбирать и быть избранными. Выборы не были прямыми, шли по так называемой «куриальной системе», когда выборщики, объединённые по цензовому или социальному признаку (рабочие, крестьяне-общинники), выбирали каждый по своей курии. Не были они и равными, так как курии не были одночисленны. Так, в первой курии (земельные собственники, т.е. в основном помещики) выборы шли по двухстепенной системе (выбранные в губернские выборщики выбирали сразу членов Думы), а для мелких собственников-общинников они были даже четырехстепенные (сход – волость – уезд – губерния – Дума). Один голос в первой курии приравнивался к трём голосам богатых горожан второй курии, 15 голосам крестьянской третьей курии, 45 голосам рабочих, объединившихся в четвертой, так называемой рабочей курии.

Дума не имела права касаться целого ряд важнейших вопросов государственного управления: пересмотра основных государственных законов, внешней политики, а также дел, связанных с вооружёнными силами. Все это оставалось прерогативой только царя. Даже бюджетные права Думы оказывались урезанными: она, например, не имела права контролировать бюджет Синода, расходы, связанные с содержанием царского двора. Не подлежала огласке в Думе статья «На известные Его Императорскому Величеству употребления». Она включала средства на военную разведку, подкуп иностранной и отечественной прессы, разумеется, правого направления.

Самым главным ограничением Государственной Думы в России было то, что исполнительная власть в государстве – правительство – подчинялось только царю и ни в малейшей степени не зависела от Думы, последняя могла сколько угодно разглагольствовать на законодательные темы, а правительство, назначаемое только царём, поступало по его указаниям. Мало того, над Думой была поставлена верхняя законодательная палата – Государственный Совет. Половина его членов назначалась прямо царём, а другая половина выбиралась от крупных землевладельцев, представителей промышленности и торговли, Академии наук и других элитарных сфер общества. Государственный Совет призван был играть роль фильтра, не пропускавшего законопроекты, которые проходили через Думу, но не были приемлемы для самодержавия. В «Свод основных государственных законов» был введён специальный параграф 87, который разрешал императору всероссийскому в перерывах между сессиями Думы (а как показала практика последующих лет, они длились по нескольку месяцев в году) издавать законы от своего имени. Царь мог (и, как известно, без колебаний в нужный ему момент использовал эту возможность) распустить Думу. (Даже на один день, чтобы принять закон, который Дума могла не пропустить по тем или иным причинам.) Но, несмотря на все эти оговорки, введение в России законодательной выборной Думы было важнейшим в её истории событием и крупнейшим завоеванием народа, достигнутым в годы первой российской революции. Теперь без одобрения Думы нельзя было, например, вводить новых налогов, новых расходных статей в государственном бюджете. Если Дума не утверждала бюджета на текущий год, правительство вынуждено было пользоваться прошлогодним бюджетом, что, естественно, стесняло правительство, особенно в вопросе о денежных затратах на развитие вооружённых сил и т. д.

И, тем не менее, открытие в Петербурге 27.04.1906 г. I Государственной Думы было событием огромной исторической важности не только в нашей стране, но и во всем цивилизованном мире. Оно состоялось в самом крупном в столице Тронном зале Зимнего дворца и было обставлено весьма торжественно. Прибыло огромное число приглашённых, журналистов и дипломатических представителей из многих стран. Ждали царя, и он приехал. Однако «тронная» речь Николая II, в общем-то, тусклая и бесцветная, лишённая глубокого содержания, разочаровала присутствовавших. В довольно смятенном настроении депутаты Думы в тот же день отправились в построенный когда-то Потёмкиным при Екатерине II Таврический дворец для деловых заседаний.

Фото 1. Заседание Государственной Думы

Вследствие неодновременности выборов работа I Государственной Думы проходила при неполном составе. Но вообще в неё из 478 Депутатов было выбрано 179 кадетов, 63 «автономиста» (польское коло, украинцы, эстонцы, латыши, литовцы и др. национальные группы буржуазии), 16 октябристов, 97 трудовиком, 105 беспартийных и 18 социал-демократов (м) (большевики в выборах не участвовали, бойкотируя их). Председателем был избран кадет С. А. Муромцев. Заседание Думы см. фото 1.

Заняв первенствующее положение в думе, кадеты 5 мая в письменном ответе на «тронную» речь царя дружно включили требование отмены смертной казни и амнистии политическим заключённым, установления ответственности министров перед народным представительством, упразднения Государственного Совета, реального осуществления политических свобод, всеобщего равенства, ликвидации казённых, удельных, монастырских земель и принудительного выкупа частновладельческих для ликвидации земельного голода русского крестьянина. Думцы надеялись на то, что с этими требованиями царь примет С. А. Муромцева, но Николай II не удостоил его этой чести. Ответ думцев был отдан в обычном порядке для «монаршего прочтения» председателю Совета министров И. Л. Горемыкину. 13 мая 67-летний премьер с трудом поднялся на трибуну и на все требования послания ответил категорическим «Нет!». Даже консерваторы были обескуражены. «Ответ правительства – сплошная политическая ошибка», – написал об этом лидер октябристов А. И. Гучков.

Левые либералы, назвав новое учреждение в структуре самодержавия «Думой народного гнева», начали, как они говорили, «штурм правительства». Дума приняла резолюцию о полном недоверии правительству и потребовала его отставки. За все созывы десятилетней истории таких резолюций было множество, но все они, как и в этот раз, оставались без последствий. Теперь, зная настроение царя, некоторые министры объявили бойкот Думе, они перестали посещать её заседания. Известного рода унижением новоявленных законодателей был присланный в Думу первый законопроект об ассигновании 40 тыс. руб. на постройку пальмовой оранжереи и сооружение прачечной при Юрьевском университете.

Но за стенами Таврического дворца, а тем более далеко за пределами России, начавшиеся столкновения депутатов с правительством в Думе не были известны. Появление первого законодательного представительного учреждения в России, за что боролись десятки лет лучшие представители русского общества, вызвало подлинный шквал приветствий от групп россиян, учёных советов университетов, городских дум и земств. Новый парламент приветствовали парламенты других стран. Так, 30.06.1906 г. в I Думе была оглашена телеграмма от членов старейшего парламента – лондонского. От российской Думы была даже выбрана делегация для посылки в Лондон, но она не успела туда отбыть, так как I Дума была распущена царём.

С начала 1906 по февраль 1917 гг. в России действовали Государственные Думы четырёх созывов. Деятельность их представляет особый интерес, поскольку это были при всей их ограниченности выбранные народом органы власти, имевшие право контроля за некоторыми сторонами управления государством, которые до этого времени безраздельно принадлежали исключительно царю-самодержцу.