Борис Громов – Добытчик (страница 33)

— Но ведь есть же иммунные, — мне вспоминаются погибший мужик в автосервисе и спасенные мною из кинотеатра в «Оазисе». — Я же сам на «Балтику» восьмерых таких привёз.

— Есть, и я бы не сказал, что таких мало, примерно два-три на сотню, в среднем. Но даже они… — Николай Николаевич внезапно смолк. — Даже они не спасутся, если окажутся в эпицентре «эпидвзрыва». Представь: толпа, все орут, кусаются… Иммунный стоит посреди этого ада, здоровый, но — его же просто разорвут. Как антилопу среди львов.

Да, тут возразить нечего. Вон, «крестники» мои из кинотеатра, вроде, даже смогли спастись и запереться. А толку? Не проезжал бы я мимо — умерли бы от голода через несколько дней…

— Вот такая дрянь, — немного неожиданно заканчивает лекцию Док.

Да уж, кажется, погорячился я с грабоидами. Подумаешь — червяк под землёй. А вот тут — реально жопа.

— И какая же сволочь это придумала и выпустила? — снова подает голос Гуров. — Вы говорили, мол, коллеги ваши из ВМА получали информацию… Пусть разрозненную и противоречивую, но всё же… Откуда ж нам такой «подарок»?

— Не только нам. Насколько известно, такое — по всей планете, — вздохнул Николай Николаевич. — Ближний Восток. После того джихадисты подмяли сначала Ливию, а потом и Сирию — у них появились деньги. Да и саудовские шейхи — тоже всегда были себе на уме парни, возможно, финансово помогали «братьям по вере». А американцы и сами с ними не боролись, и нам не дали. И в очередной раз, как и с «Аль-Каидой», откровенно лоханулись. Сначала своими руками создали очередного Усаму, а потом осознали, что не в состоянии его контролировать… Только Бен-Ладена они хотя бы грохнуть смогли, хотя и там есть вопросы… А тут, что наши, что американцы, если и успели что-то конкретное выяснить — уже не успели отреагировать.

— И на кой чёрт вот это всё им понадобилось?

М-да, всё же Максим — парень сугубо гражданский, пусть и работает на предприятии «оборонки». Думаю, тут ему ответить смогу даже я.

— «Либенсраум» они расчищают, Макс, «Жизненное пространство». Выпустили вирус, обрушили цивилизацию напрочь. При такой скорости заражения и распространения — ни одно государство в мире не устоит. Только они сами и удержатся, потому что всё знали заранее и засели где-то на своих базах. И осталось им только подождать. Гляди: они создали почти идеальное биологическое оружие. Зараженные сносят, словно цунами, любое государство. Сжирают всех, ну, или хотя бы бо́льшую часть, выживших. Потом… К слову, Док, друг друга они жрут?

— Да, — отзывается Николай Николаевич. — Не сразу, но когда других источников пищи нет — начинают и друг друга жрать. Как пауки в банке…

— Или крысы в бочке, — вспомнил я вдруг старую, времен ещё парусного флота, мореманскую байку. — Главное, чтоб в процессе какой-нибудь «крысиный волк» — супер-зомби не нарисовался. Так вот… Они сжирают почти всех выживших, а потом начинают изничтожать друг дружку… А затем — и вовсе зима придет, ну, по крайней мере — в наших широтах… Как думаете, Док?

— Ну, чисто теоретически… — Николай Николаевич задумался, прикрыв глаза. — Они же не строят убежищ. Не разводят огонь. В мороз метаболизм замедляется… Должны замерзнуть. Но кто его знает… Может, вирус и тут подстраховался. Выживут ли они до весны? Чёрт его знает.

— Я думаю — сдохнут. При наших «минуса́х» зимой, без огня, тёплой одежды или собственной густой шерсти выжить нельзя. Вот и получается, что и у нас, «на севера́х», и в более тёплых широтах, максимум через год всё зараженные тем, или иным способом вымрут, успев перед этим надежно похоронить и остатки любой государственности, и почти всех выживших. А господам, которые это всё придумали и затеяли, останется только выйти наружу из тех убежищ, в которых они происходящее пережидали… И в этот раз мир унаследуют нихрена не «кроткие», ошиблись в Библии. Выйдут, и всё оставшееся от цивилизации приберут себе. И будут строить какой-нибудь свой ваххабитский «великий всемирный джамаат».

— Бля, это ж какой-то пипец, — схватился за голову Макс.- А нам тогда что делать?

— А нам — жить дальше и готовиться. Как говорится: «Если пациент действительно хочет жить — тут медицина бессильна».

— А русские, — улыбнулся вдруг Док, — всегда пациентами были ещё теми…

— Вот-вот, — поддакнул я. — «И пусть кровью захлебнутся все, кто усомнится в нашем миролюбии». Об нас не такие монстры себе зубы обламывали.

Глава 16

После застолья и беседы, пусть и не самой приятной, но зато очень информативной, сил у меня хватило только на доползти до выделенной мне комнаты, исключительно на морально-волевых принять душ и рухнуть на чистую постель. Что характерно, до памятки я снова так и не добрался…

Дока мы с Максом, проспавшись и немного поблуждав по будущему медицинскому центру, отыскали в заставленной холодильниками комнате без окон. Прямо дежавю, блин. Даже кафель на стенах — похожий. Разве что тут электрическое освещение имелось, и подсвечивать себе фонарями не пришлось.

Николай Николаевич сидел на стуле с планшетом в руках и, тыкая пальцами по сенсорному экрану, бормотал себе по нос:

— Цефтриаксон, инсулин… интерферон… А, ребята, это вы! Выспались?

— Нормально всё? — поинтересовался я на всякий случай, уж больно озабоченное выражение лица было у Дока, когда он нас ещё не видел.

— Ну, как тебе сказать…

— Да как есть, так и говори, «кумпаньон».

— Почти восемь процентов потерь… Что-то при погрузке помяли, что-то не в тот контейнер забросили… Печально, но и оставшегося хватит, чтобы спасти десятки, а то и сотни людей. Спасибо, Сергей.

Я лишь кивнул, прислонившись к дверному косяку. Вроде и выспался, но та усталость, что вчера буквально валила с ног, сегодня отдавалась болью во всех мышцах. Рядом замер Максим, молча наблюдая за Доком. Его лицо, обычно оживленное, сейчас было каким-то застывшим. Он смотрел не на лекарства, а куда-то сквозь стены. Думаю, знаю я, куда он в мыслях умчался — на юго-восток.

— Макс? — Док заметил его состояние. — Ты как?

Гуров вздрогнул, словно очнувшись.

— Да так… Думаю. Док, ты же говорил, что вирус распространялся неравномерно? Что в небольших населенных пунктах, особенно рядом с военными базами, могли выжить и удержать оборону?

Док задумался, снял очки в тонкой оправе и помассировал переносицу.

— Запросто. Оглянись вокруг, на тот же Кронштадт. Если изначально численность была недостаточной для эпидвзрыва, а после реакция выживших была достаточно быстрой, если блок-посты на подходах и какие-то заграждения или баррикады возвели до того, как зараженные добрались из более населенных мест… Если хватило оружия и решительности его применить… Но стопроцентной гарантии, увы, нет, Максим.

Макс кивнул, сжав кулаки.

— Это я понимаю… Но должен сам убедиться, проверить. Мой городок… И семья… Жена, сын. Родители жены живут рядом. И… Там база ОМОН неподалёку, как здесь «Бастион». Я… я не могу просто сидеть здесь, пока там…

Он не договорил. Слова «могут быть живы» повисли в воздухе. Мы с Доком поняли его без лишних объяснений.

— Тебе нужна машина, — констатировал я. — Надежная. С достаточным запасом хода. И оружие, и боеприпасы. Много боеприпасов. Дорога до Подмосковья — это теперь не прогулка по Невскому.

Максим посмотрел на меня с надеждой.

— Серёга, ты… поможешь?

— «Бастион», — сказал я коротко. — Там есть то, что тебе нужно. А кое-что и нам с Доком пригодится. Собираемся. Завтракаем и — поехали, чего сиськи мять?

Красное Село снова встретило нас гробовой тишиной. Казалось, она лишь усилилась после нашего прошлого визита. Обгоревшие руины какой-то строительной базы на съезде с Ивангородского проспекта уже не чадили, но запах горелого дерева и тошнотворная вонь горелой человечины всё ещё висели в воздухе.

«Соболь» я снова подогнал к гаражным воротам. Старенький деревянный стул, которым я в прошлый раз подпёр калитку, так и стоял на прежнем месте. Хороший знак!

Макса загнал на крышу микроавтобуса: сверху ситуацию на контроле держать проще и видно оттуда значительно дальше. Открыл изнутри створки ворот, коротко кинул Гурову: «Держись там» и аккуратно вкатился во двор. Снова заблокировал калитку снаружи стулом, а ворота закрыл. Всё, мы внутри и в относительной безопасности. Именно что «в относительной», потому как полной зачистки казармы и прочих помещений ОМОН я в прошлый раз так и не сделал, про Красное Село в целом — и вовсе говорить не о чем. Заглянет кто-нибудь голодный «на огонёк» — снова веселье начнётся такое, что словами не передать, только междометьями да матерными эпитетами…

Разумеется, мы вошли не через центральный вход, а через оставленной мною в прошлый раз полуприкрытым окно в коридорчик между КХО и КХСС. Дверь в Дежурную часть — надежная, её если только бульдозером выкорчёвывать, так что есть уверенность — входя тут мы нос к носу не столкнёмся с каким-нибудь упырём, который прямо сейчас «не прочь немного подкрепиться».

Внутри царил полумрак и тишина, нарушаемая лишь щебетом птиц на пустыре за оградой базы Отряда. А ещё внутри смердело и воняло. Запах был тяжёлым, сладковато-трупным. Куда сильнее, чем раньше. Что неудивительно. В прошлый визит я тут сам поголовье зараженных сократил, а вот количество мертвых тел — напротив, сильно увеличил.