Борис Георгиев – Третий берег Стикса (трилогия) (страница 84)
— В шкаф заглядывал? — ещё более неприятным тоном спросил Александр.
— Я всюду заглядывал. Там, оказывается, тоже есть капитан. Такой же… гм-м, как ты. Я с ним парой слов перекинулся. О-о-опытнейший навигатор, что ты! А в спальне…
— Слушай, Джеф!
— Да, мой капитан?
— Заткнись, а?
— Ну и ладно, — обижено буркнул Морган, — я тогда тут вздремну. Пристёгиваться надо?
— Нет. Не обижайся, Джеф, я просто не хочу на эту тему. Через минуту старт. Пристёгиваться не нужно, пойдём с гасителем инерции на предельном режиме. Всё равно он нас увидит.
— Кто? — поинтересовался Морган, передумав ложиться спать.
— Так, ангар надо развоздушить, — бормотал Волков, — сообщение диспетчеру… Да, да, я понял, спасибо. Теперь створы. Что ты говоришь, Джеф?
— Кто нас увидит?
— Наш лучший враг. «Арес». Умники наши дали ему под контроль все три группировки спутников. Он нас, может быть, уже видит. И даже наверняка. Он видит, что мы открыли с тобой створы. Он всё видит. У себя только под носом…
— У него есть нос?
— Нет, не думаю, — проговорил Волков, думая совсем о другом.
— Жаль. Был бы у него нос, можно было бы дать ему щелчка.
— Всё. Старт, — объявил Александр, помедлил немного, нажал клавишу и откинулся в кресле. — Что ты там такое говорил? Щелчка нельзя дать? Зато можно натянуть ему нос и поводить его за нос тоже. И мы поводим.
— Как мы это сделаем, дорогой Ватсон? — скрестив руки на груди, глубокомысленно вопросил Морган.
— Элементарно, Ватсон, — в тон ему ответил Волков, хватаясь за несуществующую трубку. — Элементарно, дорогой друг. Мы придумали увлекательную игру под названием «поймай призрака». Мы решили назвать наш план «Гамлет». Лаэрт говорит, это хороший план. Правда, никто не проверял, мы будем первые.
— С таким оригинальным названием, Ватсон, даже не очень хороший план…
— Оставьте сомнения, Ватсон, — дурачился Волков, пуская клубы несуществующего дыма. — Я погрузил в верхний трюм призрака самого лучшего качества, характер у него самый скверный и скандальный, какой можно приобрести в секторе планетологии; думаю, это доставит «Аресу» удовольствие. Во всяком случае, развлечёт нас.
— Вы шутите, Ватсон?
— Нисколько, дорогой друг, — Волков посерьёзнел. Я подсуну «Аресу» вместо «Улисса» его гравитационный призрак. Я даже запустил его, но в данный момент он живёт у меня под куполом верхнего грузового отсека. Мы с тобой подведём старину «Улисса» к Марсу в экваториальной плоскости, подвесим на орбиту, запрыгнем в боты, и в этот момент я выдвину призрак вперёд. И натравлю его…
— Мне всё ясно, — убитым голосом простонал Морган.
— У тебя есть другой план?
— Ничего у меня нет. И у тебя тоже, — проворчал Джеф, выбираясь из кресла. Стал бродить по рубке кругами. На третьем круге остановился, сунул руки в карманы, и:
— Ладно. Ты мне скажи, по крайней мере, ради какого праздника мы с тобой запрыгнем в боты. Куда пойдём и что там собираемся найти? Это хоть можешь сказать?
— Теперь могу. Системы слежки на «Улиссе» нет. И нет здесь никого кроме нас с тобой. Слушай.
И хитроумный капитан исследовательского судна «Улисс» рассказал о втором аттракторе всё, что знал, высказал предположения, возникшие у главы Сектора Математики и Теоретической Физики, подкрепил их собственной аргументацией и выдвинул предложение о практическом использовании результатов изысканий.
— Фигня это всё, — подвёл итог, одобрительно кивая, Морган, добровольно и единолично исполнявший роль рецензента, экспертной комиссии и оппонента. — Покажи мне карту. Где он, этот ваш аттрактор?
— Да я же говорил тебе, — горячился болезненно воспринявший критику Волков.
— Точные координаты. Карту, — потребовал Морган.
— Ч-ч-чёрт. На тебе карту, — огрызнулся капитан, поклацал клавишами, сунул в экран палец со словами: «Вот, где метка», — тоже вылез из кресла и так же заходил по рубке, разминая ноги. Морган подошёл, кривя рот, наклонился, не вынимая из карманов рук, глянул.
— Сашка, это бред. Мы же были с тобой там. Старое поселение ареологов, там сейчас учебная база. Ничего там нет. Пусто.
— Не факт, не факт, — намеренно поддразнивал Волков.
— Не факт? — Джеф завёлся. — А то, что склоны там практикантами изрыты так, что… Ты сыр голландский видел? Вот такое там теперь на лавах. Там желторотые ареологии бурить учатся, понимаешь? Да я ж сам там был на практике шесть лет назад! Там прошли стада с вибробурами, ты это понимаешь? А после них — стада с механобурами.
— Ты на карту хорошо смотрел? Видел, где метка?
— Ну. И что?
— Это не отрог, чуть дальше. На древней лаве. Как раз туда мы с тобой тогда шли, помнишь?
— Ты лучше мне об этом не напоминай, Волков.
— Почему?
Они стояли друг против друга, сунув руки в карманы и глядя друг другу в глаза, как боксёры во время «поединка взглядов». Первым не выдержал Морган.
— Ладно, — процедил он, отворачиваясь. — Не хотел тебе рассказывать, но… Я, когда был на практике, однажды спёр вибробур, погрузил его в мобильную буровую и потрюхал, как дурак, с этим всем добром на старые лавы. Как раз туда, куда мы с тобой тогда не дошли.
— Угнал буровую? — восхитился Волков.
— Ну и угнал.
— Зачем?
— Да проверить же! — заорал Морган. — Что там, куда я тебя пёр на закорках, ничего нет!
— Проверил?
Морган подышал через нос, сбрасывая напряжение, потом буркнул сквозь зубы:
— Проверил. Ткнул, куда попало, трясучку, пробил шурф, выгреб крошку. Ничего. Базальт как базальт.
— Ну, я же тебя знаю, Джеф. Ты же и механобуром попробовал. Попробовал ведь?
— Попробовал, — сказал Морган, глядя на Волкова исподлобья. — Лучше бы не пробовал. Когда вернулся, все школяры надо мной ржали и инструкторы в придачу. И вкатили мне по самые…
— Не получилось, что ли?
— Получилось. Сломать насадку. Метра не прошёл даже. Как самый распоследний… Мне инструктор так и сказал, когда строгач вкатывал: я, говорит, был о вас, Морган, лучшего мнения. Я, говорит, думал, вы освоили механобур в совершенстве, а вы, говорит, на первом же метре.
— Ты что же, с перекосом ввёл?
— Нет! — заорал разозлённый Морган. — Сам ты с перекосом! Они все тоже — с перекосом, мол, ввёл!
— Так что же тогда?
— Не знаю, — припечатал Джеффри. — Проверять второй раз пропала охота. Ещё один строгач, и плакала бы моя практика. Мне и так отцу в глаза смотреть было стыдно, когда домой вернулся. С перекосом своим.
— Ничего, — попытался ободрить напарника Волков. — В ботах у нас буры лазерные, их не сломаешь.
— Э-эх, — Морган махнул рукой и пошёл к стеллажу с книгами, приговаривая, — Сдуру можно и не то сломать. Ладно, пропадать, так пропадать. Что я тут у тебя не читал?
— Да, Джеф, почитай, почитай, — с готовностью согласился Александр, возвращаясь за пульт.
— Почитай-почитай, — бурчал Морган, бродя вдоль полок, — а если спать хочется? И голова чугунная. От болтовни твоей. И в горле першит. И кофе у тебя тут нет.
— Почему нет? В жилом ярусе, на кухне. О, Джеф! Иди-ка ты в бабл. Там в гостиной кофеварка, в ней та-акие зёрна — это что-то. Подобного кофе ты в жизни своей не пробовал, клянусь моей научной репутацией.
— Репутация твоя, шарлатация, — говорил Морган. Было видно — отходит Джеф, смирился с неизбежным. — Тебе кофе принести?
— А иначе зачем бы я тебе места кофейные выдавал?
— Захребетник, — проворчал планетолог и пошёл к лифту. Настроение стало чуть получше, забрезжила надежда, что, возможно, Саша всё-таки на этот раз знает, что ищет. Особенно помогло упоминание о дяде Володе, который никогда не высказывает предположений, если нет исчерпывающих доказательств. И предположения его поэтому обычно больше похожи на готовые теории, хоть в рамочку вставляй. «Призрак — это они хорошо придумали», — думал Джеф, слушая вой лифтового двигателя. Не выдержал — хихикнул, представив, как «осы» Рэтклиффа поражают лазерными пушками весомый комок пустоты и как «Арес» тянет это ничто вниз, пытаясь раздавить о лавовый бок древнего вулкана. Кабина остановилась — би-ип! — пискнул сигнал, на индикаторе яруса — «верхний грузовой отсек». Подошвы загремели по дырчатому трапу трюма, эхо шагов отразилось от свода купола, где по словам капитана корабля притаился, ожидая своего часа, призрак «Улисса». Морган приостановился перед лестницей. Показалось. Да нет, не может быть! Откуда в пустом отсеке… Эхо его шагов смолкло и вдруг… У Джефа перехватило дыхание. Голос бормочет жалобно, всхлипом, — у-у-уа! — завывает, и: «брынь!» — звякает колокольчик. Не имевший с призраками никогда никаких дел, Морган смешался. Нет, испугом это нельзя было назвать, но… но спугнуть призрак не хотелось, всё-таки Волков им дорожил, надо полагать. Джеффри поспешно ретировался в кабину (благо не успели сдвинуться двери!) и через полминуты, уже говорил в рубке Волкову:
— Пойдём, Саша, поможешь мне с кофеваркой. Ты же знаешь, я с бытовой техникой не в ладах. Помнишь, что с Маргошкиным миксером сталось?