Борис Долинго – Точка-джи-эл (страница 53)
Мужчина засмеялся и поинтересовался, куда ехать – Пошивалов назвал адрес.
– Манхеттен, – кивнул таксист, мягко трогая машину с места. – У вас там офис, сэр?
– Нет, я приезжий, – ответил Пошивалов, рассеянно оглядывая уплывающие назад постройки JFK. – Приехал по делам фирмы.
Таксист покосился в зеркало заднего вида – пассажир, похоже, не особо был склонен поддерживать беседу. Тем не менее, парень спросил, откуда он.
– Из Вашингтона…
– Из города? – Таксист не дал Пошивалову закончить фразу.
– Да нет, из штата! Из Сиэтла.
Пошивалов назвал этот город, так, на всякий случай. Просто совсем недавно прибыл и самолёт из Сиэтла. Бережёного бог бережёт: если, мало ли что, будут искать и выйдут на таксиста, не сразу подумают на рейс из Европы.
Он усмехнулся:
– А почему вы обрадовались, если бы я приехал из столицы?
– Да у меня там брат, тоже таксист. Я сам там вырос, а потом сюда перебрался. В общем, родной город.
– Понятно, – кивнул Пошивалов и достал наладонник.
– Дела? – подал голос водитель.
– Совершенно верно, – подтвердил Фёдор. – Вы меня, пожалуйста, провезите через Бруклинский мост – хочу на него взгляд бросить, а я пока почитаю документы.
Таксист понимающе кивнул и с некоторым сожалением замолчал.
Пошивалов запустил на экране простенькую программку «Калейдоскоп», и под плавно меняющиеся хороводы узоров и геометрических фигур, специально подобранных для снятия напряжения, задумался.
Позади осталось восемь месяцев подготовки – да такой, какой он никогда не получал, даже в ВДВ. Кирилл Францевич действительно происходил «не от мира сего» – в самом прямом смысле: тренировки организовывали, главным образом, далеко от Земли.
Новый наставник Фёдора, а теперь и главный начальник, оказался прав: его душевную боль удалось если не вылечить, то сильно сгладить. Самое главное, к Пошивалову вернулось осознанное существование. Никто не вернёт жену и дочку – даже орхане не умели поворачивать время вспять и воскрешать мёртвых, но ощущение собственной нужности ему вернули. Нужности всем людям, хотя они, люди Земли, об этом и не догадывались.
Фёдор сейчас даже жалел чёрную таможенницу. Она, как и многие из так называемых афроамериканцев – термин, придуманный в угаре шизофренической политкорректности – пока не могла избавиться от комплекса неполноценности. Потому и делила мир на белых и чёрных, в отместку европейцам за годы рабства своих прабабушек и прадедушек. Она, как и многие другие земляне, занятые «домашними» распрями, не понимала, что за стенами дома под названием Земля людей подкарауливают куда более серьёзные проблемы.
Что обидно: людям нельзя рассказать, как обстоят дела на самом деле. Людям многое пока нельзя рассказать открыто, и поэтому Землю приходится защищать тайно. И теперь он – один из солдат скрытого и от простых граждан, и от земных правительств, «звёздного МЧС», своего рода «человек в чёрном».
Когда Фёдор уяснил реальное положение дел, он впервые за долгое время улыбнулся и спросил Кирилла Францевича, дважды навещавшего его во время спецподготовки:
– Не ваши ли подкинули в Голливуд идею этого фильма?
Начальник одобрительно кивнул:
– Фёдор, мне нравится, что ты начал улыбаться. Память о горьком прошлом не должна тяготить, поверь. Ты не виноват, что выжил в той аварии на шоссе. Ты считай, что и твои родные живы – пока ты о них помнишь. И ты сам во многом жив памятью о них. Поэтому – живи!
– Пока я помню, я живу, – ответил Пошивалов строчкой из забытой песни, снова становясь серьёзным. – Кир, ты не ответил на мой вопрос: неужели в Голливуде сами придумали «Людей в чёрном»?
– Ну а ты как думаешь? Мы не можем сказать правду, пока не можем, но надо же как-то внушать людям хотя бы самые общие моменты. Пусть и в столь гротескной форме. Кстати, знал бы ты, какой политический скандал разразился из-за этого фильма.
– Там? – Фёдор ткнул пальцем вверх, имея в виду межзвёздные политические просторы.
Кирилл Францевич зевнул и потянулся на скамеечке, где они сидели после ужина. Над горизонтом поднимался жёлто-серый Иран, один из двух спутников планеты Кулор. Впервые услышав название местной луны, Фёдор удивился совпадению слов, но это оказалось не более чем совпадение.
Разговор происходил на базе спецподготовки в системе Поллукса, куда только что прибыл Фёдор. Тридцать пять световых лет от Земли – Пошивалов хорошо запоминал разные «технические характеристики». Там было довольно жарко: хотя планета кружилась пятой вокруг светила, но Поллукс больше Солнца, и светимость его намного выше.
– Естественно! Это могло пройти и незамеченным, но нам не удалось перехватить информацию, и альтеры, чужие, главным образом, камалы и их основные приспешники, ратлы и ларзианцы, подняли вой. Правда, они не сумели доказать, что идея на сто процентов не принадлежит земному сценаристу. По большому счёту уже около семисот лет договорились не соваться в дела планет других рас, подписали Пакт…
– Погоди-ка! А как же альтеры проникают на Землю и в другие ваши миры?
– Наши, наши миры! – поправил Кир.
– Само собой, – кивнул Пошивалов, – но как они проникают?
– Очень просто: прилетают тайно! – развёл руками орханин. – Полная аналогия с земными тайными политическими делами. У вас тоже нельзя засылать шпионов открыто, а если таковых вылавливают, то происходят дипломатические скандалы…
Кир объяснил, что жёстко закрыть и контролировать весь пространственный периметр сферы, включающей Солнечную систему или любую другую подобную, практически невозможно, особенно если сами земляне многое могут заметить в окрестностях своей звезды. Содружество Идентичных, в свою очередь, связано с альтерами договором, по которому не может раскрываться перед землянами. Именно поэтому корабли СИ не висят на орбите Земли, и согласно имеющимся договорённостям идентичные не могут выставить серьёзные кордоны ближе орбиты Сатурна. Кроме того, на планетах типа Земля существуют тайные от аборигенов, но официальные в рамках Галактического Сообщества представительства негуманоидов – тех, кто желает подобные иметь, разумеется. Всё это делается тоже согласно Пакту: они наблюдают, чтобы не производилось целенаправленного прогрессорского вмешательства. Что касается тайных от СИ агентов, то они засылаются – как и шпионы при вполне официальных земных дипломатических корпусах.
– На пустых или осваиваемых нами мирах, проще, – заметил орханин. – Там мы можем открыто держать силы флота рядом с планетой, и если происходит попытка несанкционированного вмешательства, то есть, говоря попросту, диверсии, то… сам понимаешь.
– Уничтожаете?
Кирилл Францевич поморщился:
– Уничтожить противника открыто в таких условиях не всегда возможно – есть опасность спровоцировать крупный конфликт. Ты перенеси аналогии на земные политические дела: например, вторгся кто-то в территориальные воды или в воздушное пространство другой страны. Всё понятно, со шпионскими и тэпэ целями, но ты попробуй просто так сбей или потопи – поднимется шум! Так же и тут. Именно поэтому существует мощнейшая организация – Контрразведка Содружества Идентичных.
Пошивалов отхлебнул воды из бутылки, которую держал в руке, и спросил:
– Слушай, неужели с негуманоидами – ну пусть и псами какими-то, или крысами, или как ты их называешь, – нельзя договориться делать всё нормально, по…. – Он чуть не сказал «по-человечески», но вовремя спохватился: – Ну, как нормальные разумные существа? Ведь не дикари же в космос летают, и вообще…
– Фе-едя! – Кир иронически и грустно покачал головой. – Хотя все существа разумные, и разум нас роднит, но общества у альтеров и у нас совершенно разные. Разные ценности, разная мораль. Мы –
– Погоди-ка, ты о чём? – не вполне понял Пошивалов.
– Представь себе цивилизацию, не вышедшую в дальний космос, и живущую в замкнутом пределе одной планеты. Типичный пример – Земля. Вражда идёт по внутрирасовым и тому подобным признакам. При встрече с космическими чужаками вражда начинается по признакам разных типов существ: гуманоиды – не гуманоиды, идентичные – не идентичные, и так далее. Все попытки пацифистских решений обречены на провал и, наверное, вредны, поскольку лишь притушат конфликт, но не ликвидируют его причину. На Земле проблема может быть решена хотя бы примитивным смешением рас, но у тебя никогда не будет общего потомства с крысой – хоть вашей, земной, хоть из космоса. Да, приходится сосуществовать, но братства с альтерами быть не может. Ты сравни с тем, что происходит на Земле: тут все одной крови, но легко ли достичь братства? Ведь сложно бывает договориться с другим государством, где живут такие же люди, но только чуть-чуть иначе одеваются или верят чуть в другого, но тоже выдуманного бога! А если это иная цивилизация с другой планеты, да ещё и совершенно на тебя не похожая, а? Представляешь?