Борис Долинго – Беглец поневоле (страница 59)

– Прекрасно схватываешь! – Монра с некоторым сарказмом щёлкнула языком. – Именно это я и хочу сказать. Ведь, по сути, основа их психики явно была человеческой: Терп либо выращивал им мозги по матрице, снятой с мозга человека, либо вообще использовал модифицированные мозги людей, что наверняка проще по технологии.

Лис хотел спросить, означает ли использование «модифицированных мозгов» то, что Терп, который, как уже начало казаться Лису, был одним из самых гуманных и уравновешенных Творцов, просто вскрывал черепа живых людей и доставал оттуда мозги, но промолчал. В общем-то, откуда ещё Терп мог брать мозги, если не выращивать? А выращивать, получается, сложнее технологически.

«Всё-таки с Творцами трудновато общаться по некоторым вопросам, – подумал Лис. – Не пойму, пока, наверное, не проживу тоже пару тысячи лет. Та же Монра, вроде бы осуждает Эльота за охоту на людей, но, похоже, вполне допускает убийство ради эксперимента».

– Я говорила Терпу, – продолжала Монра, – что такими экспериментами он готовит историю с шаровиками в миниатюре. С такими существами, если их развести в достаточном количестве и позволить жить рядом с людьми, обязательно будут проблемы. Рано или поздно они почувствуют собственную неполноценность и будут подсознательно или сознательно людей ненавидеть.

Лис покивал:

– Логично, не спорю. Но почему ты не рассматриваешь противоположный, так сказать, вариант? Подобные существа не знают, что их создали искусственно, значит, вполне может получиться, что, наоборот, они будут людей считать уродами, а себя – красавцами. Я когда-то, ещё на Земле, читал этакую притчу писателя Куприна, где рассказывалось о племени уродов, отрезанных горами от остального мира и никогда не видевших других людей. Но себя они, естественно, считали вполне нормальными и многие соплеменники по их понятиям были даже красивыми. Так вот, у их короля и королевы, красавцев по местным меркам, родилась дочка, которую все посчитали уродиной, да ещё такой, что отец-король, приказал спрятать все зеркала, дабы малышка никогда не увидела своего лица и не смогла, сравнивая себя с другими, понять, насколько уродлива. А девочка росла доброй, отзывчивой, очень ловкой и смышленой. Однажды, став уже достаточно взрослой, она случайно нашла осколок зеркала и увидела, что она – уродина. Принцесса, само собой, очень расстроилась, стала уходить гулять в горы, окружавшие королевство, и долго оставалась в уединении. Как-то раз в горах она набрела на юношу, раненого заблудившегося охотника и спасла его. Девушка увидела, что встреченный юноша тоже страшный урод. Ну, в общем, далее вкратце скажу, что парень оказался сыном короля из большого мира, он влюбился в девушку, которая по меркам нормальных людей как раз и была красавицей, и увёз её с собой. Принцесса, оказавшись в новой для себя стране, увидела, что там практически все – уроды, такие же, как принц и она сама. Что девушку и порадовало, поскольку она считала, что повода для ревности у неё не будет. То есть красота тоже понятие относительное, так-то!

– Интересная сказка, – сказала Монра, задумчиво обходя вокруг сооружения гномов. – Я бы с удовольствием почитала этого писателя, но я ведь и не утверждаю, что гномы начали ненавидеть людей, поняв, что сами уроды. Я просто высказала предположение и опасение. Ты же сам что-то подозреваешь, если не стал сидеть на месте.

Лис развёл руками:

– Я и ломаю голову, что нам делать дальше и куда идти!

– Хотя, по твоим словам, Проклятый лес – место довольно неприятное и опасное, я предпочла бы поскорее выбраться из этих подземелий. Я тут ощущаю себя заживо похороненной.

– Скажу тебе ещё раз: с тем, что у нас есть, будет трудно добраться до Арсенала, особенно, не ведая дороги. Я знаю одну точку перехода недалеко отсюда, но не уверен, что шаровики не поставили около неё охрану. Кроме того, даже если и не поставили, то мы опять-таки окажемся во Дворце двое против шести и слабо вооружённые. А если шаровики во Дворце успеют сообщить своим, то на подмогу явятся и остальные! Что мы будем делать, если к тому моменту не сумеем установить полный контроль над Дворцом? Я, правда, давным-давно спрятал в нескольких местах дворцового парка кое-какое оружие – я, знаешь ли, долго боялся, что кто-нибудь явится неожиданно и мне придется прятаться по кустам. – Лис усмехнулся.

Монра тоже улыбнулась, присев на деревянный помост:

– Ну, ты прямо как Терп – создал малый Арсенал. Ты считаешь, это нам поможет?

– По-моему, не слишком. Ведь даже если они и не дежурят возле самой точки перехода, то наверняка поставили какую-то сигнализацию о перемещении. Хотя, ты знаешь, – Лис почесал затылок, – могут и не найти – это место отмечено только в записной книжке Терпа, а я нашёл её случайно.

– Рискнём? – спросила Монра, вопросительно глядя на Лиса.

Лис снова, в который раз, пожал плечами и сел рядом:

– Но я же не уверен, что и шаровики её не нашли – я, к сожалению, специально эти записи не прятал, просто поставил на одну из полок в библиотеке. И если они эту книжку открыли, то мы сами сунем голову в ловушку. Вот если бы у нас сейчас был Ключ!

Монра фыркнула:

– Скажешь тоже!

Вдали в глубине тоннелей в той стороне, откуда они пришли, что-то раскатисто ухнуло. Под сводами прокатилось вибрирующее эхо, стены пещеры задрожали, посыпалась каменная крошка.

– Это что такое?! – Лис выругался и вскочил на ноги.

– Ты меня спрашиваешь? – Монра тоже поднялась с деревяшки, на которую присела. – Похоже на взрыв. У гномов есть взрывчатка?

– Ещё вчера я бы с уверенностью ответил «нет», а сейчас не знаю.

– Очень похоже на взрыв, а если у гномов взрывчатки нет, то значит это работа шаровиков. Возможно, они нашли проход в подземелье и теперь расширяют его, понимая, что мы скрылись здесь. Тогда нам нужно поскорее уносить ноги. Ты уверен, что взрыв не могли устроить гномы?

– Повторяю: не уверен, и если это дело их рук, то, возможно, гномы оказали нам услугу и отправили на тот свет ещё нескольких шаровиков. Дорого бы я дал, чтобы узнать, что же происходит на поверхности!

– Я бы тоже не пожалела награды за сообщение об истинном положении дел, но, сидя здесь, мы не узнаем ничего.

– Полагаешь, нам стоит вернуться и посмотреть?

– Наверное, нам не стоило уходить из грота.

– Ну, знаешь ли! – Лис почти разозлился. – Я думал о нашей общей безопасности! Ясно, что произошло нечто непредвиденное. Мы можем, конечно, вернуться, но, если помнишь, первый тоннель перед пещерой с гротом не имел ни одного ответвления, и в случае чего мы не сможем там укрыться – он пустой как труба. Да и кто знает, не завалило ли там всё?

Задумчиво-вопросительный взгляд Монры, устремленный на него, дал Лису понять, что, не смотря ни на что, она просто не знает, что сейчас предпринять и ждёт действий от него.

Лис не хотел ронять реноме в глазах подруги, и решил импровизировать, будь что будет. Как бы то ни было, это вряд ли хуже, чем тупо стоять у странного агрегата гномов и гадать о своей судьбе. Кроме того, часто в критических ситуациях его козырем оказывалась именно импровизация.

– Знаешь, давай сделаем так… – начал Лис и замолчал.

Он неожиданно услышал подозрительное шуршание, раздавшееся из-за сталагмитов, растущих у прохода в пещеру.

Монра внимательно смотрела на Лиса, ожидая продолжения. Лис понизил голос и, не меняя позы, сказал:

– Стой, как стоишь, делай вид, что ничего не происходит.

– Что такое?.. – удивлённо начала Монра, но сообразила, что Лис приказывает не спроста.

Стараясь выглядеть непринуждённым, Лис достал из сумки бинокль с блоком ночного виденья и вставил в крепление на шлеме, чтобы изображение проецировалось на лицевой щиток. Ходить, а тем более бегать с биноклями, подключенным к шлему, было не очень удобно, и они пока не пользовались ими в подземелье. Да и практически все ходы, по которым они пока шли, относительно сносно освещались растениями-люминофорами. Однако, за камни, откуда донеслись звуки, насторожившие Лиса, слабый свет не проникал, и там царила полная темнота. Во всяком случае, для людей.

Лис включил устройство и осторожно повернул голову. Через щиток шлема казалось, что всё вокруг, даже теневая зона за камнями, залито ярким бледно-голубым светом. Лис увидел нескольких гномов, притаившихся за сталагмитами. Карлики возились с каким-то агрегатом, и, находясь в густой тени, похоже, были уверены, что люди не могут их заметить.

Установка маленьких уродцев не понравилась Лису, поскольку напоминала огромный арбалет. Правда вместо стрелы торчала толстая палка с наконечником из раскоряченных в стороны прутьев, на концах которых красовались шарики размером с теннисный мяч. Ниже прутьев на палке было намотано нечто-то, похожее на махровое полотенце.

Ранее Лис ничего подобного у гномов не видел, и больше всего ему не понравилось то, что арбалет нацелен на них.

– Медленно, как бы невзначай, приготовь лучемёт, – тихо сказал Лис.

– Я не вижу ничего! – несколько нервно прошептала Монра.

Лис быстро пояснил, что происходит за сталагмитами.

– Я, кажется, должен взять назад слова относительно доверия гномам: сейчас они замышляют что-то против нас.

Произнося эти слова, Лис немного сместил взгляд и выпустил гномов с их приспособлением из поля зрения, и скорее почувствовал, чем услышал щелчок.