Борис Долинго – Беглец поневоле (страница 32)

Времени на раздумье почти не оставалось – для осуществления плана действовать требовалось быстро.

Лис ещё раз изложил Монре свои предложения. Монра выслушала его с обычным несколько надменным выражением лица. Землянин, правда, заметил, что лёд в голосе женщины как будто подтаял, когда та высказала опасение за его жизнь, если он отправится к индейцам.

– Вряд ли мне что-то грозит, – сказал Лис, – и я уже объяснял, почему. Однако на всякий случай я возьму с собой маленький лучемёт.

Он условился с Монрой, что Творцы и греки будут ждать в пещере, не ослабляя наблюдения за окрестностями.

– Хочу тебе сказать кое-что, – добавил он. – Несмотря на твоё надменное поведение с ничтожным ванвиром, коим я являюсь в твоих глазах, не могу, всё-таки, не признать: ты очень красивая. И ты мне очень нравишься!

Монра презрительно усмехнулась, разглядывая Лиса, но ему показалось, что при этих словах во взгляде женщины всё-таки что-то дрогнуло. Лис не мог сдержать улыбки.

– По-моему, не всё для тебя потеряно, – заметил он.

– Ты что имеешь в виду? – не поняла Монра.

– Да ладно, – махнул рукой Лис, – не обращай внимания. В общем, я, не смотря ни на что, считаю тебя женщиной не только красивой, но и достаточно мужественной и, по крайней мере, неглупой.

– Какая честь слышать это от землянина, – язвительно парировала Монра.

– Да, приятно, что ты так думаешь, – с серьёзным видом кивнул Лис. – И ещё у меня к тебе личная просьба: присматривай, пожалуйста, за Нимратом, пока меня не будет. Он единственный, кого я опасаюсь в нашей компании: такие иногда хуже врагов.

Монра хмыкнула и молча кивнула, соглашаясь.

Лис сообщил женщине, что греки остаются с ними. Монра пожала плечами, но никак не прокомментировала это. Лис дал ей гримёрский набор, и посоветовал, не теряя времени, использовать из него всё, что ещё можно использовать для изменения внешности.

– На всех вряд ли хватит по полной программе, но ты постарайся применить компоненты как можно рациональнее.

– Хорошо, – коротко пообещала Монра и немного задержала взгляд на Лисе.

У Лиса возникла мысль, что, возможно, она несколько меняет мнение о «дикаре». Несколько секунд он тоже молча смотрел на Монру, затем встал и, дружески потрепав её по плечу:

– Ну ладно, я пошёл. Пожелай мне удачи!

Женщина отстранилась:

– Не распускай руки, землянин.

Лис вздохнул.

– Знаешь, – криво усмехнулся он, – ей-богу, как говорится: будь попроще, и к тебе просто потянутся люди. И, заметь: даже ванвиры!

Он встал, подмигнув Монре, и вернулся в пещеру.

Перед тем, как вывести лошадь, Лис немного воспользовался содержимым сумки и поработал над своей внешностью. Он вернул волосам тёмный цвет и даже сделал их ещё более чёрными, увеличил горбинку на носу и сменил контактные линзы, придав глазам тёмно-карий цвет. Усы индейцы не носили, и Лис без сожаления расстался с этим надоевшим украшением.

Лис ехал к индейскому каравану, постоянно поглядывая по сторонам. Но всё было спокойно, гравилёты рыскали далеко.

Его быстро заметили, и навстречу выехало шестеро воинов. Когда индейцы, трое из которых держали наготове луки, а трое выставляли копья, приблизились на расстояние полёта стрелы, Лис остановил лошадь, отпустил поводья и сделал приветственный знак, означавший, что идёт с миром. Затем он скрестил руки на груди и стал спокойно ждать.

Индейцы гортанно вскрикнули и пустили стрелы, вонзившиеся в землю прямо перед ногами лошади. Лис молча смотрел, не меняя позы. Это было своего рода боевое приветствие и одновременно проверка выдержки незнакомца. Лис внутренне усмехнулся: так индейцы постоянно доказывали храбрость и некоторым образом самоутверждались.

Поскольку Лис не проявлял враждебности и держался спокойно, воины подъехали на расстояние нескольких метров, окружив всадника со всех сторон. Два воина – один постарше, другой помоложе, показались Лису знакомыми. Он наверняка видел их раньше, когда бывал в главном стойбище племени, но его индейцы, естественно, не узнавали.

– Приветствую вас, славные воины! – сказал Лис на наречии племени. – Я охотник, хочу говорить с вашим вождем!

Индейцы переглянулись, и после нескольких секунд замешательства самый старший кивнул:

– Мы сообщим о твоём желании великому Шольтеаку. Следуй за нами!

Они двинулись к каравану, двое впереди, остальные по бокам от Лиса, держа луки наготове.

Возле первых повозок старший воин велел остановиться, а сам направился к группе старейшин, где пребывал и вождь.

Оставшиеся воины не спускали с него глаз. Мужчины и женщины, находившиеся поблизости и не занятые наведением порядка в караване после обыска, тоже разглядывали незнакомца, но к настороженности стражей примешивалась изрядная доля явного любопытства.

Наконец воин, докладывавший вождю, вернулся и сообщил, что Шольтеак готов выслушать незнакомого охотника. Лис кивнул и поблагодарил воина, после чего они уже вдвоём направились к месту, где на разостланных на земле шкурах расположились вождь и старейшины, курившие трубки.

Лис спешился и приветствовал вождя и старейшин, кивнувших ему вполне благосклонно. Шольтеак жестом пригласил сесть.

Лис снял меч и сел, положив оружие рядом. Шольтеак махнул рукой, и молодой воин подал Лису трубку. Лис не мог сказать, что ему нравились сорта табака, выращиваемые индейцами, но выбирать сейчас не приходилось, поэтому он сделал хорошую затяжку и выпустил струю дыма, демонстрируя удовольствие. Следя за реакцией старейшин, Лис увидел, что на их мало проницаемых лицах отразилось удовлетворение: индейцы не жаловали тех, кто отказывался от трубки или же курил лишь для соблюдения «протокола».

– Мы тебя не знаем, незнакомец, – сказал Шольтеак. – Поведай, кто ты и откуда пришёл, а потом расскажи, чего ты хочешь. – Вождь обвёл взглядом старейшин, которые согласно кивнули головами.

Землянин тоже кивнул в знак согласия и, не торопясь, затянулся ещё раз, демонстрируя степенность в разговоре, что чрезвычайно ценились у индейцев. Кроме того, они вообще очень любили слушать рассказы, тем более, если таковые выглядели правдоподобными. А изысканная обстоятельность бесхитростных повествований вообще ценилась очень высоко.

Лис выдал историю, которая родилась у него в голове во время наблюдения за караваном в бинокль. Он охотник, причём, наполовину индеец. Мать происходила из племени, жившем далеко на юге в прерии за рекой Штром, отец – рыцарь из государства Алемана, и мальчика нарекли по желанию отца Германом.

Но злые родственники выжили внебрачного сына рыцаря, более похожего на мать-индианку, чем на отца, и совсем молодым юношей он отправился скитаться и охотиться, побывав уже с тех пор во многих местах.

Рассказав про стычки с племенами джунглей и о приключениях на берегах Южного и Северного морей, Лис поведал, что, странствуя, он встретил храброго белого охотника, который был тесно связан с одним из индейских племён. Из уст своего нового знакомого Герман услышал о прекрасной и опасной стране у подножия Северных Безвоздушных гор, называемую многими Проклятым лесом (вождь и старейшины при этих словах переглянулись: дурная слава Проклятого леса намного превосходила слухи о его красотах).

Лис продолжил рассказ о странствиях с новым другом. Он также поведал, как на границе прерии и джунглей они попали в засаду омельков, непревзойденных охотников на людей, и едва не лишились скальпов. Только благодаря хитрости и смелости белого охотника он остался жив и поклялся ему в верности. Охотник ответил ему тем же, и они побратались.

Четыре месяца назад Герман расстался с храбрым охотником на реке Тикса. Сам он продолжал бить дичь в лесостепи, а его друг отправился в племя вишту, которое жило где-то у озера Эсон. Всё точно соответствовало действительности: как раз четыре месяца тому назад Лис вернулся в стойбище вишту после длительного отсутствия.

Со своим другом Герман условился встретиться в этих местах на берегах Трапхора, однако он ждёт здесь уже несколько дней, но охотник не появился.

Шольтеак лёгким движением руки остановил рассказ. Лис почтительно замер, всем видом показывая готовность выслушать вопрос вождя, а затем продолжить говорить.

– Ты говоришь, твой друг из племени вишту? – спросил вождь. – Скажи, как его имя?

– Он назвался Благородным Лисом, вождь. Может быть, ты слышал о нём?

Шольтеак и старейшины снова переглянулись. После стандартно выдержанной паузы Шольтеак изрёк:

– Мы очень хорошо знали Благородного Лиса. У костров и в вигвамах ишту-хо всегда нашлось бы для него место, пожелай он быть с нами. У Лиса недавно случился раздор с вождем Шотшеком. Это, к сожалению, был вспыльчивый и вздорный человек, да хранит Творец и боги его душу, как и души остальных вишту.

«Хорошенькое дело», подумал Лис. Вслух он сказал:

– Что же случилось с тем племенем, и где же мой друг? Если он жив, я хочу быть ему полезным и оказать посильную помощь.

– Из племени вишту спаслось только несколько человек, которых мы приютили у себя. Они рассказали, что в стойбище приходили люди, одетые в серые доспехи, не похожие на греческие: их не пробивают стрелы и копья. Эти люди хотели найти твоего друга Лиса, и очевидно не с благими намерениями. Но Лиса в стойбище не было, потому что Шотшек хотел заставить его взять свою дочь в жёны, а Лис этого не захотел.