Борис Батыршин – Забытые в небе (страница 27)
– А ты, я вижу, серьёзный парень… – она поскребла ногтями жёсткую щетину на холке. Пумба довольно хрюкнул. – Кстати, это вы его так назвали?
– Нет, мама. – отозвалась Лея. – Когда мы его взяли с фермы, то сначала звали просто пигом. А потом мама дала ему имя – «Пумба».
– Я так и думала. – кивнула девушка. – Это тоже из кино.
– Из «Звёздных войн»? – оживился Люк. – А из какого эпизода?
Он пол-дня слушал пересказ знаменитой киносаги, и до сих пор ходил под впечатлением.
– Нет, из старого диснеевского мультика, «Король-Лев», есть там такой бородавочник. А что, похож, только посимпатичнее…
– Кто посимпатичнее? – ревниво спросила Лея. – Тот, который из мультика?
Люк сдержал улыбку – сестра очень обижалась, когда кто-то при ней ругал Пумбу.
– Ваш.
Майка убрала руку с холки минипига, но тот снова требовательно поддел её запястье пятачком: «Чего остановилась? Чеши, давай…»
– Правда, мультяшный, был покрупнее. Размером с настоящего кабана.
– А Пумба разве не настоящий? – удивилась девочка.
– Настоящий, конечно, только маленький, миниатюрный. Отсюда и название – «мини-пиг», маленькая свинья. А обычные кабаны втрое больше и весят несколько центнеров.
Люк представил себе Пумбу высотой по пояс взрослому мужчине. Результат получился жутковатый – с таким монстром не стоит встречаться в узком коридоре. Или где там живут эти… бородавочники…
– Решено, оставляем до утра Пумбу. – Лея выглянула в коридор. А дверь надо завалить – мало ли кто явится снизу? Пока будут ломиться, Майка успеет перебраться на стебель – и ищи её, свищи!
– Не надо. – сказал Пол. – Она здесь надолго не задержится.
Все с удивлением повернулись к нему.
– Я утром, когда ходил осматривать крыло, встретился с друзьями…
– С Огнепоклонниками, что ли? – с подозрением спросил Люк.
– Да, с ними. Рассказал про Майку, и они предложили спрятать в другом месте. Здесь слишком опасно.
Люк хотел, было, возмутиться, заспорить – ведь договорились! – но возражения застряли у него на языке. В самом деле, что это за убежище – в нескольких этажах от поста охраны? Нет, Пол прав, место ненадёжное…
– Чего ж ты раньше молчал? – удивилась Лея. – Зачем тогда весь этот огород городили?
И кивнула на ниточки «секретного моста», тянущиеся к древолиане. И них свешивались фестоны проволочного вьюна и ползучего плюща – маскировка.
– Действительно… – Майка встала перед Полом, скрестив руки на груди. – Извольте объяснить, капитан Соло!
– Мост нам пригодится. – ответил Пол, не обратив внимания на странное обращение. – А сейчас – по домам. Завтра нас ждут наверху.
– Наверху? – ахнула Лея. – Где – наверху? На Погорелых этажах?
– Ещё выше. – ответил Пол. – На самом верху. Там, где кончаются лестницы.
X
Путь наверх оказался не таким уж и трудным. Пол легко находил дорогу в заросших ползучей зеленью коридорах, обходил обрушенные лестничные пролёты, безошибочно выбирая те, которые меньше прочих пострадали от времени, непогоды и огня. Несколько раз приходилось перетаскивать через провалы в лестницах Пумбу – недовольно хрюкающего минипига увязывали в заплечный мешок, и Люк с Полом, помогая друг другу, переправляли тяжёлую ношу на ту сторону пролома. Из живности попадалась только безопасная мелочь, вроде ящериц, полуметровых ярко раскрашенных многоножек да здоровенных, длиной в ладонь, чёрных тараканов – на закопченном полу они походили на внезапно ожившие угольки. Встречались и волосаны, но мелкие, неопасные. При виде пришельцев они не пытались атаковать, а порскали в стороны, подальше от клыков Пумбы.
Настоящая опасность подстерегала на девяносто первом этаже, на узкой площадке пожарной лестницы, куда Пол повёл их в обход заваленных обломками парадных пролётов. «Там полно ловушек, объяснил он, – понатыкали за два года…» Кто именно понатыкал, почему именно за два года, и, главное, когда это Пол успел о них разузнать – Люк уточнять не стал, подозревая, что ответ ему не понравится…
К счастью, волосаны нападали только с двух сторон: сверху по лестнице и слева, из узкого пролома в стене. Атаку с фронта отражали лучники и минипиг, а с фланга маленький отряд защищала заточка Люка. Майка, вооружённая метровым куском арматуры, держалась у него за спиной.
Пол и Лея били навскидку и каждая их стрела находила цель. Увы – без особого результата: утыканные стрелами волосаны лезли вперёд, и если бы не Пумба, встретивший накат паучьей волны, дело могло обернуться скверно.
…очередной паук сделал кульбит и свалился на спину, конвульсивно подёргивая всеми восемью конечностями. Белёсое содержимое брюха, вспоротого клыками, разлеталось в стороны густыми сметанными брызгами. А Пумба продолжал лютовать: ещё одна членистоногая гадина отлетела в сторону, располосованная чуть ли не надвое. Минипиг, яростно визжа, крутанулся на месте и продемонстрировал третьему волосану свой коронный удар – двумя копытами сразу, прямо в головогрудь. Хитин хрустнул, паук попятился, осел на задние конечности, и подскочивший минипиг ударом клыков довершил дело. После чего обернулся к людям и довольно хрюкнул: «Ну как, хозяева, угодил вам верный Пумба?»
– Лихо это он… – Майка отлепилась от стены. Арматурина в её руке пальцах ходила ходуном. – А я-то, дура, сомневалась…
Она наклонилась к минипигу и провела пальцами по боку – там, где вцепился прыгнувший из дыры в стене паук-птицеед. Ни раны, ни даже ссадины – только потёк тёмной, едко пахнущей жидкости на жесткой, как проволока, щетине.
– Паучий яд. – пояснил Пол. – Человеку, чтобы потерять сознание, достаточно одного укуса. А вот щетину они не берут, слабоваты…
Штаны из толстой кожи тоже. – добавил Люк. – Вообще, они тут мелкие, не то, что на Нижних этажах. Такие опасны только скопом, а от одного-двух можно отмахаться обычной палкой. Или даже пинками.
– Эти молодые. – Пол перевернул дохлого паука. – Видите, шерсть на брюшке светлая? Недели две, как вылупился.
Лея обошла тушки волосанов, выдёргивая стрелы. Майка взяла у неё ддну и провела пальцами по красному оперению.
– Осторожно! – забеспокоилась девочка. – Там волосаний яд, не уколись!
Майка усмехнулась и вернула стрелы владелице. Действительно, уколоться ими было мудрено: наконечники сделаны из мягкого металла, смяты, затуплены.
– Им самим яд нипочём – ещё бы, их же собственный… – Лея пробежалась пальцами по стрелам, отобрала одну, отломила наконечник и отбросила треснутое древко прочь. – Вообще-то мы отравленные стрелы для руколазов готовим, ну и для птиц. Шокеров тоже берёт, только они тут не водятся…
– Волосаны тоже раньше не водились. – Пол поцокал языком, рассматривая смятые наконечники стрел. – Придём – надо отдать подправить, а то куда они такие годятся?
«…Отдать? Поправить? Кому?..»
Люк озадаченно нахмурился. Обычно Пол сам делал наконечники – плющил молотком гвозди и затачивал старым напильником до нужной остроты.
– Волосаны стали тут появляться примерно месяц назад. сказал Пол. – Наверное, забрались с Нижних этажей по вьющемуся плющу на фасаде. А теперь вот и гнёзда здесь устроили, потомство выводят. Надо найти кладки и истребить, пока не размножились. Да только мало нас для поисков…
Люк слушал, не веря своим ушам. Выходило, что Пол и его друзья-Огнепоклонники не просто скрывают что-то на Погорелых этажах – нет, они намерены обосноваться здесь всерьёз, и даже готовы затеять ради этого хлопотную облаву на волосанов.
««…а может, оно и к лучшему? Уйдут наверх, перестанут баламутить народ в Офисе. Глядишь, и у Леи мозги на место встанут…»
Пол выбрал в колчане стрелу с наконечником поострее и наложил на тетиву.
– Ладно, пошли, что ли? Немного осталось, ещё этажа три…
Лестничные пролёты плотно закупоривали перекрученные, смятые металлическими конструкциями, носившие следы когда-то бушевавшего здесь огня. Не похоже на обрушение, прикинул Люк: слишком уж много обломков, слишком тщательно перекрывают они проход. Похоже, их стаскивали сюда нарочно, и не просто стаскивали – старательно вбивали в лестничный пролёт, так что разобрать завал нет ни малейшей возможности.
Но оказалось, что у Пола на этот счёт имеется своё мнение. Он по плечо засунул руку в хитросплетение уголков, арматурин, перекрученных металлических полос, пошарил – и с натугой потянул. Раздался протяжный скрежет, и наружу показался кончик арматурины.
– Что встал? – обернулся он к Люку. – Давай, помогай, не видишь, заклинило!
Вдвоём они вытащили из завала полутораметровый железный прут. Пол ухватился за перегораживающую путь конструкцию – и к удивлению Люка легко отодвинул её в сторону, открывая узкий проход.
– Лезьте, только осторожно, тут железяки со всех сторон торчат. Я – последним, надо ещё засов на место вставить…
До сих пор из всех троих с огнём встречался один только Пол. Лея с Люком, увидев его, лишились дара речи. Огонь пугал, пробуждая к жизни унаследованные от древних ящеров, рефлексы – прочь от смертоносного жара от жгучих пляшущих язычков! – и в то же время взывал к другим инстинктам, не столь древним, но не менее могучим. Они призывали протянуть руки к пляшущим языкам, окунуться в волны живительного тепла, взять у соседа палочку, с нанизанными на неё кусочками мяса, исходящего ароматными жиром, тающего на языке, потрясающе, невероятно, вкусного…