Борис Батыршин – Крымская война. Соотечественники (страница 66)
– Тогда почему вы ему не доверяете? Такой опытный офицер наверняка продумал все детали.
– Вы правы, разумеется. Но все же он не авиатор, мог что-то упустить. Я предпочел бы уточнить. Когда следующий сеанс связи?
– Через три часа.
– А вообще-то, им лучше выбраться за пределы города, вот сюда. – Эссен показал на карте. – Сена здесь широкая, сяду без проблем.
– Никак невозможно, голубчик, – покачал головой командир «Владимира». – Наши друзья сообщают: по городу перемещаться рискованно, всюду патрули, обыски. А груз у них – сами знаете… Так что придется, уж не обессудьте, садиться здесь.
– А если выше по реке, за этим мостом? Места там чуть ли не втрое больше, легче найти свободную воду.
Бутаков немного подумал.
– Проработайте все варианты. А пока надо решить, где мы выпустим вашу птичку.
– Практический радиус «Финиста» – миль четыреста, а с подвесными баками накиньте еще двести. Сколько человек в группе?
– Восемь плюс сами знаете кто, но вам надо забрать только двоих.
– Уже проще, значит, никакого перегруза. Значит, Григорий Иванович, лететь можно хоть от Гавра, хоть от Гранвилля или Сент-Мало, топлива хватит. Но я бы предпочел сократить дистанцию. Мало ли что?
– Поменьше, поменьше… – карандаш Бутакова блуждал по карте. – До Гавра часов тридцать хода, успеваем…
– А британцы не помешают? Ла-Манш – их прихожая, если что, в покое не оставят.
– Вряд ли они успеют подтянуть сколько-нибудь серьезные силы, Реймонд Федорыч. А малому отряду с нами не справиться – три миноносца, скорострелки… Не забывайте, их лучшие корабли ушли на Мальту; здесь осталась только эскадра Нейпира, да и та – половина судов чуть ли не двадцатых годов постройки. К тому же возле Гернси нас ждет «Морской бык», а с его радаром мы уклонимся от любой встречи. Так что готовьте план полета, через час отправимся на «Вобан» и доложим Истомину.
– Вот еще что, Григорий Иваныч. У меня на киле и плоскостях Андреевские флаги, крупно. Может, закрасить от греха?
– К чему это, голубчик? – удивился Бутаков. – Про наши летающие машины уже полгода как все европейские газеты пишут. Тут уж скрывайся не скрывайся, все равно поймут, чья это работа. Да и зачем нам прятаться? Пусть знают, на что способен российский флот!
III
Точка А – участок между мостами Турнель и Архиепархии. Белых и сам видел, что на середину реки неторопливо выползает баржа, груженная бочками. Стоит Эссену пойти на посадку, и гидроплан впишется точно в борт.
Вий на набережной Монтебелло, напротив Нотр-Дам-де-Пари. На нем участок реки до моста Двойного Денье.
Отрядный снайпер (на этот раз без верного «Винтореза») стоит выше моста Сен-Мишель. Сена здесь, как в ущелье, зажата домами, вплотную подступившими к парапету. Запасной вариант, на крайний случай.
Лютйоганн и Фро стоят у моста Сюлли, выше по течению. Этот участок – самый длинный. Эссен пойдет на посадку с северо-востока, так, чтобы закончить пробег поближе к мосту.
Белых уперся веслом в опору, резко оттолкнулся. Лодка пробкой выскочила из-под моста Турнель и закачалась на речных волнах.
– У нас пять минут!
Карел отодвинул пулемет с пристегнутым коробом и взялся за весла. Фомченко, на второй банке, повторил его движение.
Сидящий на корме мужчина нервно дернулся. Сейчас мало кто узнал бы в этом чисто выбритом господине, одетом в поношенный бурый сюртук, недавнего властителя Франции. Белых, не удержавшись, подмигнул – беглый император ответил вымученной улыбкой.
– Навались! Два-а-а – раз! Два-а-а – раз!
Лодчонка, подгоняемая яростными ударами весел, пулей неслась к мосту Сюлли, наискось пересекавшему Сену метрах в двухстах ниже по течению. Лютйоганн, увидев его, долго удивлялся – он помнил мост совсем другим, на прочных бетонных опорах, с чугунными арками пролетов. Правда, это было перед Первой мировой…
– Левые суши, правые навались! Два-а-а – раз!
Лодка вильнула влево, нырнула под центральный пролет и выскочила с другой стороны моста.
– Табань!
Вода вспенилась под веслами, лодка замерла, будто с размаху въехала в стену. Человек на корме покачнулся, но удержался, вцепившись в транец.
– Мать твою…
«…не хватало еще вылавливать это «величество» из реки…»
Вдали, у самого моста Аустерлиц, от берега неторопливо отползала низкая баржа. Белых поднял взгляд: над мостом возникла черная мушка. Эссен.
Мушка превратилась в пчелу, потом в майского жука. А баржа все отползала от берега – медленно, неотвратимо. Белых почувствовал, как между его лопатками стекают ледяные капли.
Карел, прекрасно все слышавший, ухмыльнулся и поднял большой палец.
«…Наш человек!»
Жужжание перерастает в рев. «Финист» ныряет к воде и несется на баржу. Белых, встав во весь рост, видел, как с борта в воду кидаются какие-то бедолаги.
Поплавки проносятся над самой палубой, вспарывают воду – и вот «Финист» уже подруливает к лодке. С набережной несутся испуганные и восторженные крики.
– Давайте сюда, вётр маджести!
Карел, перебравшийся на поплавок, подсадил в кабину сначала «трофей», за ним Фомченко. Белых отвязал от стоек резиновый тюк, сбросил в воду: пронзительное шипение, и рядом с «Финистом» закачался надувной катер.
– Держи движок, командир!
Заученными движениями Белых прикрутил струбцины подвесника к дюралевому транцу. Карел подхватил пулемет, перепрыгнул в моторку и сильно оттолкнулся. Эссен помахал им рукой; его напарник задвинул дверь кабины, и «Финист», взревев всеми девятью цилиндрами, пошел на взлет. На этот раз пилот взял левее, целя между берегом и баржей, которая неторопливо дрейфовала по течению в сторону моста Сюлли.
Порядок!
Карел рванул тросик, мотор затарахтел.
Ну, вот и все, удовлетворенно подумал Белых. Из города они выберутся без проблем – документы в порядке, опасного груза в виде беглого императора при них нет. Наймут экипаж и часов через пять доберутся до городка Пуасси, ниже по Сене, где и назначена встреча.
Моторка ныряет под очередной мост, вылетает на чистую воду. Справа и слева проносятся набережные, полные прогуливающихся людей. Они кричат, машут приветственно шляпами. Свобода!
– Нас не догонят! – проорал Белых, перекрывая треск движка. Ветер горстями швырял ему в лицо речную воду. – Нас не до-о-гонят!
Пара часов такого хода, и они будут далеко от Парижа. Выберутся на берег где-нибудь в неприметном месте, припрячут сослужившую свою службу лодку и отправятся к точке рандеву, в Пуасси. А там – Нормандия, Ла-Манш… и новое задание.
Глава одиннадцатая