Борис Батыршин – Игра на чужом поле (страница 25)
– Позволь сначала задать тебе вопрос, Итчли-Колаш…
Кармен нарочно опустила уважительную приставку «апу», с которой в «
Итчли-Колаш кивнул.
– Признайся, ты убиваешь пленников не только ради их «Ча»? Ты ненавидишь тех, кто состоит в кастах?
Пауза.
– Зачем тебе это знать, Чуикисусо из касты Жнецов?
– Считай, что я любопытна от природы.
Снова пауза.
– Хорошо. Да, ты права, я их ненавижу. Ненавижу с тех самых пор, когда они изгнали из касты мою сестру за то, что она не захотела делить ложе с «серебряной каймой» и посмела даже оказать сопротивление! Я упал в ноги начальнику, я умолял вернуть сестру, а когда тот отказал – в отчаянии и ярости замахнулся на него своим чемпионским макуатилем. Да-да, Чуикисо из касты Жнецов, я тоже был лучшим бойцом своей касты и побеждал на Играх!
– И к какой касте ты относился?
Вожак покачал головой.
– Моё имя предано забвению, за то, что я убил сначала того похотливого негодяя, а потом и явившихся за мной Стражей – и бежал сюда. В Заброшенных лабиринтах много таких, несправедливо обиженных, униженных, оболганных. Тех, о кого вытерли ноги, но они не пожелали этого стерпеть – и стали изгоями. И, знаешь, что я ещё тут узнал?
Кармен не ответила – да он и не ждал ответа.
– Думаешь, Облачным Стражам трудно прекратить наши набеги? Да ничего подобного! Набеги помогают держать простолюдинов в повиновении, ведь другой защиты, кроме Облачных Стражей у них нет. Да и на высшие ступени угроза с нашей стороны наводит страх, а значит – делает их управляемыми.
Кармен кивнула. «Линия Девять» прав, земляне – действительно прямые родичи «
– И запомни, Чуикисусо из касты Жнецов, – закончил вожак. – Я готов убивать жителей верхних уровней и без всякого «Ча», хотя… – он ухмыльнулся, – это ценное дополнение. Я ответил на твой вопрос?
Она кивнула.
– Тогда не испытывай больше моего терпения.
Кармен подбросила на ладони смятые шнурки.
– А ты уверен, правитель Заброшенных Лабиринтов, что у нас с тобой не один и тот же враг?
Итчли-Колаш набычился.
– Думай, что говоришь, женщина, если не хочешь отправиться в тёмную бездну Уку-Пача!
Кармен осторожно выдохнула и досчитала про себя до десяти.
– Признай честно: ты, как и твои люди, мечтаете об одном: оказаться однажды на планете, в любом теле, и забыть, как о страшном сне, о той жалкой имитации бессмертия, которую «
– Так! – прорычал Крысолов. – Потому что такие, как ты, обрекли нас на прозябание в Заброшенных Лабиринтах. Бессмертные парии, вечные изгои – вот кого вы из нас сделали! Вы – мои смертельные враги, и никакие водовороты «
Кармен словно не заметила этой бурной речи.
– Ты ведь когда-то был Воином, я не ошиблась?
На физиономии Итчли-Колаша проступило удивление.
– Да, но откуда?..
– Ты привык командовать, тебе охотно подчиняются. А ещё – ты не боишься рисковать.
– Верно, я был Воином. – согласился Крысолов. – Стоял на священной третьей ступени, пока не случилась высадка на эту планету, Супай её сожри…
Кармен насторожилась.
– Так ты участвовал в последнем десанте?
– Конечно! После него я и лишился серебряной каймы. Потом говорили, что высадка провалилась из-за таких, как я недисциплинированных, забывших о своём долге..
– А Игры, на которых ты стал чемпионом?..
– Они случились сразу после провала Вторжения. Бдящие решили, что надо как-то сгладить тягостное впечатление.
«Так и есть… – поддакнула Чуики из дальнего уголка сознания. – Игры тогда были особенно пышными, веселье продолжалось три цикла…»
– Хорошо что Парья не сошёлся с тобой в бою. – осторожно сказала девушка. – Вряд ли он устоял бы против такого могучего воина.
На самом деле, Парьякааку вовсе не участвовал в тех Играх. Но… немного лести, пожалуй, не помешает.
– А что ты скажешь, если мы, я и мой друг предложим вам шанс исполнить вашу мечту? Подумай: вам не придётся больше скрываться в Заброшенных Лабиринтах, отбиваться от Стражей, вспарывать грудь пленникам на алтаре. Вас ждёт полноценная жизнь на планете. Ты ведь был там и сам всё видел – её зелёные леса, голубое небо, моря и реки, чьи воды столь же прозрачны и холодны, как струи священной реки Вильканоче!
Кармен рисковала – сейчас Итчли-Колаш либо снова впадёт в ярость и прикончит её, наплевав на выкуп, либо… либо потребует продолжения. И тогда придётся раскрыть карты. Готова ли она к этому? Не решит ли опальный Десантник расплатиться их головами за отпущение грехов и возвращение прежнего статуса?
Зато в случае удачи они получат целую армию отчаянных головорезов. А уж как её использовать – об этом можно подумать потом.
– Да, я там был и видел то, о чём ты говоришь. – медленно произнёс вожак. – Но скажи, Чуикисусо из касты Жнецов, ты-то откуда об этом узнала?
Кармен глубоко вздохнула, как перед прыжком с двадцатиметровой скалы в океанский прибой – и заговорила.
В отличие от законопослушных обитателей «
– Мы здесь лишены развлечений, обычных, на верхних уровнях – игры в мяч, деликатесов, изысканных напитков. Одно время устраивали Игры, вроде тех, что проводятся между кастами, но я запретил – нам и так не хватает «Ча», чтобы расходовать её впустую. Людям доступны только телесные наслаждения, но тут дело не только в удовольствии…
Кармен хотела спросить – «а в чём же ещё?» – но тут они остановились возле закутка, отгороженного кусками ткани, сшитыми в подобие портьер.
– Проходи! – Итчли-Колаш отодвинул занавеску. – Здесь мы сможем поговорить без помех.
Кармен вошла – для этого ей пришлось пригнуться. Вожак Крысоловов последовал за ней. В тесной комнатушке сразу стало не повернуться, и девушка не сразу заметила сидящего на циновке человека в истрёпанной набедренной повязке когда-то белого цвета. Виднелись даже следы от споротой каймы – несколько уцелевших серебряных ниток указывали на то, что когда-то владелец тряпки пребывал на высших ступенях своей касты.
– Это Эке́ко, знакомься. – вожак кивнул в сторону хозяина комнатушки. – Раньше его звали по-другому, но мы даём приходящим сюда новые имена. Всё прежнее остаётся наверху, и вспоминать о нём незачем – всё равно отсюда нет выхода.
Кармен кивнула. Имя «Экеко» носил дух богатства, изобилия и очага, и раз уж владелец комнатёнки заслужил такое прозвище – это наверняка неспроста. Похоже, она попала в келью местного то ли алхимика, то ли мастера на все руки.
Экеко торопливо поднялся, и Кармен с удивлением обнаружила, что роста он небольшого, к тому же, скрюченный и какой-то перекособоченный. Чуть ли не горбун, подобно своему мифологическому тёзке. А ведь телесные недостатки в «
– Я рад, тебе Колаш, как и твоей гостье. – заговорил «алхимик», и Кармен отметила, что голос его соответствует внешности – тонкий, надтреснутый, хриплый. – Что привело вас в мою лабораторию?
Вот оно как – лаборатория! Кармен огляделась: низкий стол, заваленный странными предметами из полупрозрачного, напоминающего стекло материала, некоторые из них светятся изнутри. Повсюду клубки кипу и таблички с символами – многие начерчены небрежно, видимо, рукой самого владельца «лаборатории». В углу панель малого алтаря, наподобие того, которым пользовалась она, создавая оружие для Парьи.
– Мы хотим кое-что обсудить с тобой, Экеко. – отозвался вожак, усаживаясь на пол. При этом рукоятка торчащей из-за пояса макаты задела «лабораторный стол», и разложенные на нём предметы посыпались на циновку. Горбун испуганно вскрикнул и кинулся подбирать упавшее. Кармен попыталась, было прийти на помощь, но тот раздражённо оттолкнул её руку.
– Ну, извини, извини… – виновато прогудел вожак. – Вечно я тут что-нибудь задену… Сам виноват: сколько раз предлагал отгородить уголок попросторнее, а то и отдельный зал найти! Нет, ютишься в этой норе, повернуться негде…
– Мне места хватает. – сварливо отозвался Экеко. Он ползал по полу, подбирал одну за другой хрустальные штучки, близоруко рассматривал, поднося к самому носу, и одну за другой укладывал на столе в каком-то понятном только ему порядке. – Ну, что хотел, говори? Мне некогда.
Кармен подняла брови от удивления – скрюченный гном явно не испытывал к грозному вожаку Крысоловов ни малейшего пиетета.
– Ну-ну, не заводись… – Итчли-Колаш поднял руки перед собой в примирительном жесте. Клянусь костистой задницей Супая, владыки тёмной бездны Уку-Пача, когда ты узнаешь, что привело нас к тебе сам завопишь от восторга. Дело в том, что моя гостья – исконная обитательница планеты, об которую недавно поломали зубы уроды из касты Воинов. Уж не знаю, как девчонка попала сюда – а только она хочет предложить нам кое-что очень,