Борис Баклажанов – Похищенный (страница 26)
– У тебя был инфаркт. Это не «ничего страшного»!
– Я думал, что ничего. Мало ли? Ты же знаешь: у меня никогда не было проблем со здоровьем!
– А теперь есть. Поздравляю! И этого можно было бы избежать, если бы ты обратился ко мне раньше.
– Не надо меня учить… – недовольно сказал Полов, и показательно отвернулся.
– Ответь: почему? Почему молчал?
– Я ведь уже ответил! Не думал, что это серьёзно.
– Надеялся, что пройдёт само, да?
– Вообще не думал об этом!
– Вот и итог… Ты ведь понимаешь, что не молодеешь? Перелёт, стресс… Всё это…
Внезапный стук заставил доктора замолчать. Он резко обернулся, и, не говоря ни слова, подошёл к двери. Полов вновь приподнялся, щуря глаза. Несколько минут неясного шуршания, сдавленные голоса, и…
– У тебя гости! – объявил врач. – А ты переживал, что никто к тебе не пришёл.
– Кто там? Полина? Игорь?
– Лучше!
Невелец показался в поле зрения майора, вытянул обе руки, и отошёл в сторону, тем самым явив пациенту гостя.
Агент Иванов остановился у койки.
– Доктор, вы не оставите нас наедине?
Майор бы наверняка разозлился, а сердце его заколотилось, но… успокоительное оказалось действительно хорошим.
– Что вам нужно? – спросил он, приподнявшись.
– Ну что вы, майор? – ядовито протянул Иванов. – Я пришёл проведать вас…
– Правда? – иронично спросил он.
– Именно так.
Лёгкий стук незаметных каблуков разлетелся по лазарету. Он шёл мягко, плавно, но определённо уверено. С каждым шагом агента майор чувствовал нарастающую безысходность. Что бы с ним было, не действуй успокоительное? Сжавшись ни то от страха, ни то от отвращения, Полов процедил:
– Мы здесь вдвоём. Не нужно этого. Просто скажите, что вам нужно.
– Не нужно чего? – он остановился в метре от койки.
– Делать вид, что вас волнует наше здоровье.
– Чьё это «ваше»? Или вы теперь к себе на «вы»? Не испортила ли вас мнимая власть, майор?
– Я слышал, как вы общались с новым главным пилотом.
– И что с того?
Он поморщился. – Ничего. Зачем вы пришли?
– Пообщаться с вами. Справиться о здоровье. Как сердце? Сильно болит?
– Терпимо. Спасибо.
Майор медленно лёг обратно. – Вероятно, вы пришли объявить, что снимаете меня с должности «руководителя» миссии?
Произнося слово «руководитель» он вытянул пальцы, и издевательски показал кавычки.
– Это само собой разумеется. Я пришёл спросить о другом.
– Слушаю.
– Скажите, как продвигается миссия? Наш корабль всё ближе и ближе к родной Земле. Вы считаете, что справились с заданием?
– Миссия продвигается так, как и должна продвигаться. Несмотря на потери и некоторые проблемы, но мы сделали главное: дуна у нас, и он обучен.
– Вам не кажется, что всё могло пройти удачнее? Или, может, напротив: хуже?
– Могло быть что угодно. Но необходимо работать с тем, что имеем.
Он хмыкнул – плавно, издевательски, голос его вдруг стал манерным. – И правда…
– Что-то ещё?
– Давно ли вы проведывали дуну?
– Нет.
– Как у него дела?
– Хорошо. Вы можете проведать пришельца сами.
– Могу. Но хочу спросить вас.
– Вы уже спросили, агент.
– Да-да… Как вы думаете… за какой срок сумеете восстановиться? Всё-таки, инфаркт… это серьёзно. Вам стоило посещать бортового психолога. А-то и психиатра…
– Вы… – он раскашлялся. – Пришли издеваться?
– Ну, майор… – он вытянул руку вперёд, и посмотрел на неё так, как смотрят женщины на новый маникюр. – Не стоит делать из меня чистое зло. Да, я могу быть строг. Но это не только ради вашего блага, но и блага куда большего количества людей, чем присутствуют на космолёте.
– Очень хорошо. Вы хотели спросить о чём-то ещё?
– Вообще-то хотел…
Он сделал шаг ближе. Обе руки завёл за спину, сложил в замок ладони, и произнёс:
– Вам не кажется, что вы себя переоценили? Не примерили ли вы, майор, роль, которая не подходит?
Он поджал губы. – Да. Я не здоров. Сердце подвело в неподходящий момент. Однако уверен: Невелец вытащит меня. Не беспокойтесь. Я со всем справлюсь.
– Разве я говорил о вашем сердце? Нет-нет… речь об ином. Вам не кажется, что я вам не по зубам, майор? Вы действительно решили плести против меня интриги?
Невзирая на вколотое успокоительное, сердце майора кольнуло. Он почувствовал, как увеличился ритм, а какие-то приборы, присоединённые к груди Полова, противно запищали.
– Я не…
Вместо продолжения предложения послышался глухой хрип. Пульс увеличивался с каждой секундой, пот выступил на лбу, прибор теперь не пищал – орал сиреной.
– Не стоило даже думать об этом. Определённо не стоило. Это было глупо.
– А… В…
Сердце билось так, как барабанит ливень по крыше в летнем домике майора. Кровь бурлила в венах, стучала по вискам, словно тик механизма спрятанной внутри бомбы, сердцебиение стучало по черепу.
Майор ощутил, как весь организм готовился к взрыву.
Боль стала такой невыносимой, что впервые майор предпочёл бы смерть, чем продолжение мук. Пот лился со лба, заслонял собой глаза, и тонкая высокая фигура агента размылась.