Болот Бегалиев – Эфенди. Поиски Синди (страница 2)
"Слушай, Батай, ты кто: овца или баран? Ты девчонка или парень?"
Батай возмутился:
"Я – мужик!"
Сосед, усмехнувшись, кивнул на старую глинобитная стену:
"Ну раз ты мужик – бодай стену!"
Батай даже не задумался. Отступил на пару шагов, пригнулся, как баран на бою, и со всей силы боднул стену лбом. Камни дрогнули, эхо гулко разнеслось по двору. Батай немного пошатнулся, моргнул, но стоял, стиснув зубы. Тогда сосед, будто подначивая его ещё больше, сказал:
– Эх, брат, для верности – ещё раз!
Батай, покраснев, снова отступил и второй раз боднул стену. Теперь он пошатнулся сильнее, ноги его затряслись, он стоял, сцепив руки в кулаки, борясь с головокружением. Несколько мгновений он просто молчал, глядя перед собой остекленевшими глазами.
Наконец сосед, прищурившись, спросил:
– Ну что, голова не болит?
Батай, моргнув, тяжело вздохнул и, собравшись, гордо ответил:
– Нет, не болит!
Сосед хлопнул его по плечу и рассмеялся:
– Молодец, Батай! Не овца ты – настоящий баран! Прямо рогатый, крепкий, а не какая-то мямля.
Они оба рассмеялись, а весь двор ещё долго пересказывал эту историю, восхищаясь упрямством и стойкостью простого деревенского паренька.
Эфенди тоже рассмеялся, представив, как юный Батай со всей серьезностью врезался в стену ради своего мужского достоинства. В золотом свете заката всё казалось добрее и теплее – даже странные истории о бодливых мальчиках.
Ослы мерно стучали копытами по каменистой тропе, а ветер носил по долинам отголоски их дружеского смеха. – Я Эфенди, рад знакомству, – ответил он просто, глядя на Поюзбека, как на давнего друга.
– Куда путь держишь? – спросил Поюзбек, лениво откинувшись на спину и подбросив в костёр щепку.
– Я ищу Синди, – сказал Эфенди, посмотрев в звёздное небо. – Делгара агай сказал: она живёт в Шнапсленде. Я поеду туда.
Поюзбек на мгновение задумался, а затем улыбнулся: – Тогда давай вместе поедем. Мы ведь подружились, и тебе не будет скучно со мной. Да и с ослами вдвоём веселее: один отстанет – другой догонит!
Эфенди кивнул: – Хорошо.
Поюзбек тут же понял, что Эфенди немного… своеобразный. Взгляд у него задумчивый, движения – как в замедленном сне, а зубочистку он делал из сухой травинки с таким усердием, словно изготавливал древнее оружие. Но Поюзбек ничего не сказал. Он был человек скрывающий свои намерения.
Они сняли седла с своих ослов, отпустили их пастись вблизи, где трава колыхалась под ветерком, и устроились на подстилке из плащей и причиндалов. Над ними – огромное небо, где звёзды сияли так ярко, что казались живыми.
– А давай я расскажу тебе ещё одну историю, – вдруг сказал Поюзбек, повернувшись на бок.
– Давай, – кивнул Эфенди, разглядывая свою травяную зубочистку.
– Значит, слушай… Однажды пошёл я в мечеть – намаз читать. Всё чинно-благородно, стоим, кланяемся. Намаз заканчивается, и тут сосед справа поворачивается ко мне и говорит: «Ассаламуалейкум ва рахматуЛЛох».
А я в ответ – не подумав – с ходу: «Ва алейхисалам, Бека!»
Повернулся к нему с такой уверенностью, будто мы во дворе сидим. А он – вздрогнул, посмотрел на меня и… рассмеялся! Настолько, что начал намаз заново читать, с нуля! Стоит, борется с собой, но хихикает. Не смог сдержаться – в голос!
Потом я по одному башмаку у всех собрал – левый от одного, правый от другого – и выкинул их в реку! И сам сбежал, будто джинна увидел!
Эфенди не понравился такое поведение Поюзбека и спросил:
– Скажи, друг мой, почему тебя зовут Поюзбеком?
Поюзбек лежал боком, взглянул куда-то вдаль и заговорил спокойно:
– Мои родители были офицерами. Мать родила меня прямо в поезде – между двумя станциями, где не было ни вокзала, ни врача, только ритмичный стук колёс и ветер за окном. А отец, как узнал о моём рождении, спрыгнул на полном ходу с поезда и сорвал охапку полевых цветов. Когда он вернулся в вагон, мама посмотрела на него и спросила:
– У нас родился сын. Как мы его назовём?
Отец улыбнулся, поставил букет в жестяную кружку и ответил:
– Раз уж он появился на свет в поезде, пусть будет Поюзбек – человек пути, рожденный в движении.
Эфенди задумался и тихо сказал:
– Знаешь… Это звучит как эпизод из кино.
Поюзбек прищурился, усмехнулся чуть хитро и добавил:
– На самом деле всё ещё проще, но не менее красиво.
Когда мой дед впервые увидел поезд – огромную железную махину, дымящую и грохочущую, он побежал за ним со всех ног, стараясь догнать. Но, конечно, не смог. Тогда он остановился, отдышался и сказал себе:
«Если я не смог обогнать поезд, то пусть мой внук будет носить имя в честь этого железного коня – быстрого, сильного и неутомимого».
Так и получилось. Я – Поюзбек, внук мечты и железной дороги.
Поюзбек продолжил:
–Поюзбек усмехнулся, чуть прикрыл глаза, словно вспоминая что-то далёкое, почти кинематографичное:
– Однажды еду я на своём мотоцикле по просёлочной дороге. Пыль столбом, солнце в зените. Вдруг вижу – стоит на обочине красивая, дорогая машина. Капот открыт, рядом – девушка, растерянная, с ключом в руках, не знает, с чего начать.
Я остановился, снял шлем и спросил:
– Не нужна ли помощь?
Она вздохнула с облегчением:
– Машину завтра заберут, не поможете мне найти гостиницу?
Ну, гостиниц поблизости не было, так что я отвёз её к себе. Говорю:
– Дом старый, но крыша не течёт. Отдохнёте.
Она осмотрелась, и первая её фраза была:
– А где у вас душ?
Показал. Вошла, прикрыла дверь… наполовину. Сквозь щель было видно её фигура, как она моется. Пар струился в воздухе, и всё во мне вскипело – и я как жеребец. Чтобы остудить себя, я вышел во двор и начал колоть дрова. Ночь была длинная, но я держался, как воин у костра.
Утром приехал её жених – в костюме, на новой машине. Забрал её. Она протянула мне деньги:
– За гостиницу.
Я только покачал головой:
– Пусть дорога тебе будет доброй, а воспоминания – лёгкими.
Она уехала.
– Ты больше не увидел её? -сказал Эфенди через некоторое время.
Поюзбек чуть улыбнулся, будто продолжая старую историю:
– Прошло немного времени. Она вдруг снова появилась на моём пороге – вся при параде, в ярком платье, уверенная в себе. Смотрит прямо в глаза и говорит:
– Вы что, не хотите меня? Все парни бегают за мной. А вы даже не спросили, как меня зовут.
Я пожал плечами, спокойно посмотрел на неё: