Bogdan Zamatov – Переселенец (страница 2)
Войдя в квартиру, сразу с порога я заметил смотрящие на меня ноги одного из оперативников он лежал в конце коридора подобно указателю растянувшись и указывал своими верхними конечностями путь. Я замер осматриваясь и машинально стал шарить в кармане куртки в поисках бахил, старая привычка таскать с собой парочку на всякий случай, сами понимаете на подобных выездах всякое бывает, а пачкать обувь не хотелось. Надев бахилы, я подошёл к первому трупу.
Он лежал с рваной раной на лице, идущей от ключицы и заканчивающийся где-то на затылке. Я слегка нагнулся, всматриваясь в характер раны. Местами кожа была рассечена до кости, резали не бритвой, нет, не ножом, такое ощущение, что ему сзади накинули на голову несколько крюков, которые он пытался сорвать с себя метаясь в панике по комнате. Но крюки, только плотнее впивались, причиняя немыслимую боль и в конце концов обессилев от кровопотери он упал и испустил дух. Мне в тот момент вспомнилась картина из далекого детства, когда мы мелкими в деревне дразнили бродячих кошек пойманной рыбой. И вот одна из них так резко бросилась пружиной на тушку плотвы, я едва успел убрать её в сторону. Но когти голодного животного угодили по рыбьей тушке и так ловко рассекли брюхо рыбе, что плоть едва сдерживала внутренности, которые выглядывали из раны грозя вот-вот выпасть. Я выпрямился, и переступив тело вошёл в зал, где во всю велась фиксация места преступления.
У стены зала, проломив своим телом шкаф-стенку сидел второй оперативник похожий на сломанную и брошенную всеми игрушку. Голова его была не естественно вывернута, а роба на груди напиталась бурым стекая сплошным пятном вниз образовывая лужу, в которой он сидел в пересмешку с упавшими книгами, поломанным МДФ и прочим хламом. Я подошёл ближе под ногами похрустывали стрелянные гильзы и всякий хлам свалившейся со шкафа. Шею ему свернули, а точнее выкрутили так, как я давеча минеральной воде. Шею крепкому мужчине свернули так что позвонок сместился и торчал в бок. Я отстранился и посмотрел на сидящего на стуле и курившего патологоанатома.
– Изящно скажи? – выдавил он вместе с дымом. Я беззвучно кивнул, подтверждая тем самым, что на такие дела мы выезжаем слава богу или кому там не часто.
– Ромка – начал патологоанатом, всё так же покуривая – это какой-то право слово фильм ужасов. Тому бедолаге чуть скальп не сняли личико попортив, а этому грудь пробили и шею сломали. А он детина хоть куда, попробуй такому шею сломать, очень постараться надо. Другое дело, когда такой вот крепкий мужик ребенку шею так скрутит, а тут же наоборот.
Я оглядел комнату, судя по всему, в ней то и случился конфликт, переросший в побоище. Стены комнаты были изрешечены выстрелами табельных автоматов пустые гильзы валялись тут же среди общего хаоса, как опята в осеннем лесу. Один АКС-74У лежал в паре метров от тела второго оперативниками. Второй лежал у окна без рожка, который пустой валялся по середине комнаты.
Помимо двух тел патрульных, были ещё два. Пожилая женщина, как в дальнейшем выяснилось Тамара Михайловна, хозяйка квартиры ну с ней ничего не ясного не было, скончалась женщина от выстрелов. Четкие две дыры коричневым пятном расплылись на груди женщины.
– Кучно попали в старушку, – обернулся я к Василию (он же патологоанатом).
– Да, досталось бедной, как утку на охоте расстреляли. – с грустью в голосе и покачивая головой заметил Василий.
И действительно она лежала как утка нелепо раскинув дряблые руки, царстве ей небесное.
Я прервал рассказ у меня пересохло в горле, и я допили бутылку минералки со свистом. Поставив допитую тару под стол, где она звонко пискнула, увидев в соседстве кучу стеклотары из-под водки и коньяка. Свернул голову второй бутылке, но уже как-то нежнее, перед глазами всплыла и тут же погасла картина «полицейский со свёрнутый шеей» автор не известен, но уже у меня на кухне. Он стоял у Семёна за спиной, в арке кухни, белесый его глаз дико вращался, пытаясь посмотреть на меня, но ему не давала сломанная шея. я как-то не произвольно сильно зажмурился и потряс головой. Затем резко открыл, готовый метнуть бутылку, но видение уже растворилось. Семён смотрел на меня пытаясь понять, что со мной, но вопросов не задавал, он вообще молчал, с тех пор как включил диктофон и сидел, поедая бутерброды запивая их кофе. Выдохнув, я открыл крышку бутылки, поставил на стол, чтобы газики немного вышли и продолжил рассказ.
– Второе тело принадлежало девочке лет десяти или двенадцати. Но то есть, по началу я не знал, поскольку тело было закрыто. Я подошёл, нагнулся и неспешно открыл мешок.
– Белоснежное личико, которое было заляпано кровью, с вздернутым носиком больше походило на фарфоровую куклу, насколько её кожа была гладкой и ровной. Светлые, почти белые волосы были перепачканы бурым, как и всё тело. Я закрыл её почти сразу и достав сигареты подошёл к Василию. Угостив его, мы закурили.
– Девчушка без ранений, переломов тоже не видно, как её убили, не понятно, уже будет в морге разбираться. – словно прочитав в моих глазах вопрос ответил Василий – ну что скажешь Роман, как думаешь, чего же у их тут случилось?
– Понятия не имею – дёрнул плечами я – ты как думаешь?
– Я думаю, девушку ту, что живая была допросить надо, она точно расскажет.
Я скосился на коллег, упаковывающих вещь доки. Поймав мой негодующий взгляд один из них, доложил, что в комнате был ещё один человек, девушка лет двадцати, без сознания, но живая, её на скорой увезли. Так же мне дали адрес больницы, наспех написанный на листке бумаги. Василий, наконец оторвавший свою задницу от стула, подошёл ко мне и дёрнул за рукав дёрнув головой намекая отойти.
– Пойдём, там ещё есть на что посмотреть – он зашагал во вторую комнату. Подойдя к столу, во второй комнате он остановился и принялся разглядывать всё лежащее на нём с неподдельным интересом будто и не видел всего этого ранее. Я встал рядом и правда стол бы очень интересным. Обычный, старый письменный стол был накрыт белой простынью, но она не совсем была белой из-за бурых капель предположительно засохшей крови. Тут же стояла медицинская бикса с инструментами, в прямом смысле, там были отвертки, плоскогубцы. На столе лежали кожницы, скальпель одноразовый, несколько использованных перчаток, зажимы и щипцы. Все было перепачкано кровью как будто тут препарировали кролика. Я окинул комнату взглядом, две кровати, большой шкаф с одеждой и единственное окно с видом на двор, словом, обычная комната, не считая этого хирургического стола.
– Видал такое? Твои уже всё запечатлели, я попросил пока не убирать их в вещь доки, хотел тебе показать. Ей богу Рома, тут творился какой-то религиозный вертеп, не спроста это всё тут накрыли, вот попомни, не с проста.
– Думаешь? – протянул я – Тут ни надписей, ни свечей, вон, только лампу на струбцине поставили. Нет Василий, не похоже, тут что-то другое. Надо ждать, пока девушка та очнётся, а пока вскрытия дождаться, да и улики все изучить.
Василий на слове улики вновь потащил меня с собой, подвёл к столу в зале и поднял бережно упакованный прозрачный пакет. В нём лежало месиво из частей очков виртуальной реальности, болтов, небольших штифтов и бог весть чего ещё. Всё это было вымазано кровью.
– Вот эту штуку нашли на полу в той комнате у стола с инструментами. Видал раньше такое?
Я отрицательно покачал головой. Положив по-дружески руку на плечо Василию, я произнес.
– Дождёмся экспертиз, а там посмотрим.
Так я и сделал. Улик было как у дурака фантиков, но что толку от них? Никаких посторонних следов нет. Результаты экспертизы дали мне понять, что в квартире, до злощастных двух часов ночи находилось трое. А именно не известная девочка как установлено одиннадцати лет, девушка двадцати одного года Екатерина Андреева, как было установлено по паспорту, и которая второй день прибывает без сознания и хозяйка квартиры Тамара. Эти три разные по возрасту женщины не являлись друг другу родственниками, со слов опрошенных соседей, не известную девочку никто не смог опознать, а вот Екатерину узнали сразу. Она снимала комнату у Тамары, пенсия как не крути, а у преподавателя института не большая, а жить как-нибудь надо, ну так это в прочем отношения к делу не имеет. Екатерина эта уже год как живёт у Тамары и ничего плохого про неё соседи сказать не могли, да и сама Тамара отзывалась о ней с большой любовь по словам соседей. Откуда взялась маленькая девочка у Тамары и Кати было не ясно, да и что они с ней собирались делать тоже. Отпечатки пальцев, кровь, волосы – всё это принадлежало лишь тем, кто находился в квартире в эту ночь, других следов найдено не было. Результаты вскрытия ничего нового не показали, хозяйка скончалась от пулевых ранений, слуги закона от перелома шеи и потери крови, вызванной разрыванием мягкий тканей лица и аорты. А вот с девочкой, с девочкой было вот что.
Глава 2
ГЛАВА 2.
Я вновь прервался, отпивая минералки уже не так много, сушняк меня немного попустил, но при долгом разговоре в глотке пересыхало быстро. Желудок приятно заурчал, принимая наконец яичницу, как древний вулкан принимает сброшенную туземцами в его жерло девственницу, а значит блевать отменяется. Я схватил колбасу и сыр, сделал бутерброд и принялся его жевать.