Блю Рэй – Туфлей мажору по балде (страница 3)
– Больницы для слабаков, – с ноткой веселья выдаю я и пытаюсь не зашипеть от боли.
Вадим явно никогда не станет врачом. У него тяжелая рука, и каждое его небрежное прикосновение отдает мелкой болью в виске. Отмахиваюсь от его помощи, тем более, там ушиб-то небольшой… Надеюсь…
Вадим махает на мое сопротивление рукой и сдается. Садится напротив в кресло, пока я мечтательно валяюсь на диване. Выглядим с ним как пациент на приеме у психолога.
– Ну, а теперь, давай рассказывай! – командует дружище. – Что с тобой приключилось…
Запрокидываю руки за голову и пялюсь в потолок. Пытаюсь подобрать слова, но в итоге выдаю всё как есть.
– Кажется, я влюбился, – произношу мечтательно.
Вадим- засранец начинает громко кашлять, как будто подавился. Он типа удивлён. Ага, только вот я ни чуточку не верю его актерскому мастерству.
– Не пугай меня так, – хватается за сердце.
– Эй, я, вообще-то, серьезно! – немного обидно даже.
– Да, скорее всего, у тебя обычное сотрясение, – подозрительно осматривает мою голову.
И ведь моего друга можно понять, я и сам немного в шоке от всего этого. Но черт, та девчонка прямо как будто огромную стрелу мне в грудь вонзила.
– Нет, ты не понимаешь… Она такая… – пытаюсь описать ее образ, но не получается, все слова как будто улетучились из моей башки. – Прямо секси, понимаешь?
– Ну, так много кто секси, а в твоем окружении так почти все, – ворчит друг. – И это же не означает, что ты в них каждый раз влюблялся.
Он прав! Но я не могу просто точно всё рассказать. Поэтому прикрываю глаза, чтобы вспомнить ее образ… И единственное, что всплывает, – это ее промокшая блузка…
Ух, какие там красоты мне открылись, а потом вспоминаю ее взгляд, такой дерзкий! Прямо огнище! Еще немного и она бы точно меня прибила, так что, можно сказать, я отделался малой кровью.
– В общем, найду эту красотку и впервые начну встречаться! – твердо заявляю я.
Вадим кривится в насмешке.
– Нет, это все-таки сотрясение, тебе бы провериться, сдать анализы, снимок твоей башки в идеале, конечно, – говорит Вадим спокойно.
– Да всё нормально у меня с головой…
Я и сам в шоке от своих мыслей, ведь серьезные отношения – это не для меня. Черт, да я даже дважды с одной девушкой ни разу не пал. Но что-то мне подсказывает, эта промокшая красотка просто так не запрыгнет в мою постель, тут надо постараться.
– Ладно, – устало вздыхает. – Скажи хоть, как зовут ту несчастную, что умудрилась перейти тебе дорогу.
Ха, а вот это точно подмечено! Именно дорогу она мне и перебежала.
– Без понятия, – пожимаю плечами. – Как-то не до этого было.
– Кир, ты точно спятил, – снова ворчит Вадим и потирает свою переносицу.
А меня всё никак не отпускает. Прямо так и мелькает эта сцена перед глазами: я, промокшая блузка и летящая в меня туфля. Так меня еще никто не отшивал. Да чего уж там: меня вообще никто не отшивал в жизни.
– Найду её! И присвою! Станет моей, – уверенно заявляю я.
– И почему у меня сразу появилось плохое предчувствие… – тихо шепчет Вадим.
Но это уже неважно. Решено! Найду и завоюю эту дерзкую девчонку. Осталось только по горячим следам выследить.
Резко вскакиваю с дивана и решительно направляюсь к выходу. Вокруг все плывет. В голове как будто бьют маленьким молоточком, и все это отдается в животе.
Пытаюсь устоять. Вадим, как всегда, перегибает палку и пытается меня подхватить. Да не собираюсь я падать. Что за бред? Отталкиваю его неуклюжую попытку помочь.
– Хорошо, – недовольно отвечаю на перепуганные глаза Вадима. – Сначала схожу в больницу, а потом уже займусь поисками красотки!
От Ядринцева Кирилла еще никому не удавалось скрыться. И промокшая милашка будет не исключением!
4.
Злобно ударяю кулаком по столу так сильно, что всё разлетается в разные стороны, включая прекрасную яркую туфельку.
– Да где она?! – срываюсь на хрип.
Две недели поисков привели ровным счетом к нулю. Ничего! На камерах видеонаблюдения почти ничего не видно из-за сильного дождя. След ее теряется через два квартала. Эта девчонка как будто провалилась сквозь землю.
И как, спрашивается, мне ее найти! Я нанял лучших людей в этом деле, и у них примерно такой же результат – нулевой.
– А это даже любопытно, – спокойно произносит Вадим.
Ему весело, в отличие от меня. Ненавижу проигрывать, а ведь этого именно со мной еще и не случалось.
– Чего здесь может быть любопытного, – устало сдаюсь я и сажусь в его кресло.
Базу по поискам моей золушки с туфлей я решил устроить у друга в офисе. Здесь собрал все, что смог достать, в основном записи видеонаблюдений и несколько моих заметок.
– Впервые вижу, как ты одержим так сильно, – подтрунивает друг.
Что-то он меня сегодня слишком сильно раздражает.
– Кажется, я схожу с ума, – выдаю я обессиленно.
Мало того что я целыми днями занят ее поисками, так еще и по ночам она мне снилась пару раз. Может, это всё-таки сотрясение мозга во всем виновато?
– Тебе просто надо отвлечься, – советует Вадим. – Сменить фокус внимания, и тогда цель сама придет в твои руки.
– Может, ты и прав, – сдаюсь, наконец.
Мой телефон начинает трезвонить отвратительной мелодией. Специально установил, чтобы не пропустить входящие от него. Хмурюсь и отвечаю на звонок в самый последний момент. Никогда не беру на этот номер трубку сразу. Обожаю его позлить.
– Да, отец, ты что-то хотел? – спрашиваю безразлично.
– Ты опять дурью маешься! – сразу же переходит он в наступление.
– Тебя мои дела не касаются, – взаимно отвечаю.
Молчит. Даже через расстояние чувствую, как он закипает от злости и сдерживает себя из последних сил. Все наши разговоры заканчиваются не самым приятным образом. В основном, один из нас бросает трубку. Чаще он, чем я.
Так уж получилось, что у этого старикана нет на меня рычагов воздействия. Он лишил меня всего наследства, угрожал отказаться от меня как от сына, если, по его мнению, я не возьмусь за голову и не начну вести себя нормально. Ну, то есть, впахивать, как проклятый, а не наслаждаться жизнью. Это отец пытался вбить мне в голову еще с детства.
Но вот незадача – сын его оказался любителем жизни. А потом подфартило в прямом смысле слова. Моя тетка, его сестра и по совместительству владелица половины акций его фирмы, оставляет завещание. И… барабанная дробь, переписывает всё на меня.
Я думал, отец в тот момент, когда оглашали завещание, взорвется от ярости. Но нет, он устоял. А у меня началась совершенно другая жизнь – независимая.
– Ты в составе директоров, ты должен хоть изредка появляться на собраниях, – пытается сохранить спокойный тон.
Точно! Сегодня там было что-то важное… А мои голоса теперь на вес золота. Ха! Какая ирония. Потому что меньше всего я сейчас хочу участвовать в этих интригах.
– Прости, – вообще не жаль. – Не смог. Дела.
– Ты должен! – начинает злиться.
Никогда не был прилежным сынком, и быть таким не собираюсь.
– Единственный человек, которому я хоть что-то должен… – начинаю срываться так же, как и отец. – Это моя мать! И ты ее свел в могилу!
Бью по больному. Но это правда, и отец прекрасно всё знает. Кидает трубку. Причем в буквальном смысле. Слышу, как его телефон ударяется и, скорее всего, разлетается на мелкие части. Не выдержал, сорвался. На душе растекается приятное тепло.
Но потом воспоминания о смерти матери вытесняют все мысли. Никогда ему этого не прощу!
– Так что ты там говорил про смену фокуса внимания? – пытаюсь отвлечься и переключаюсь на друга.