Блейк Пирс – Прежде чем он столкнёт (страница 26)
«Я знаю», – ответил Эллингтон со вздохом.
«Послушай… Я перешлю тебе несколько фотографий того, что мы нашли в доме у подозреваемого. Изучи их. Рассмотри все мельчайшие детали. Дай знать, если что-нибудь –
«Хорошо. Это я могу сделать. Но послушай… Я не думаю, что есть смысл мне здесь оставаться. Я приехал вчера, движимый инстинктом тебя защитить. А так как ты
«А я разве не ответила?» – игриво спросила Макензи.
«Нет, не ответила».
Она кивнула, поцеловала его в уголок рта и направилась к двери: «Я скину фотографии минут через пятнадцать».
Когда Макензи выходила за дверь, Эллингтон окликнул её по имени. Она ещё никогда не слышала в его голосе такую тревогу: «Макензи!»
«Да?»
«Будь осторожна».
«Буду», – ответила она.
Они с любовью посмотрели друг на друга, и Макензи вышла на улицу, вновь оставив Эллингтона наедине с ноутбуком. Осознавая, что, находясь в городе, Эллингтон не мог быть рядом, когда она надеялась завершить расследование, Макензи почувствовала себя невероятно одинокой. Ну, и, конечно, она не могла не думать с тревогой о его вчерашнем предложении.
Так оно и было. Предложение стало для неё неожиданным, но приятным сюрпризом. Она была практически уверена, что ответит «да», но сейчас не могла позволить этому важному событию, которое изменит всю её жизнь, помешать работе, особенно когда она была так близка к разгадке.
Она бросила мобильный на сидение. Только он упал, как сразу начал звонить. На экране высветился номер Тейта – он перезванивал. Слегка обидевшись, она ответила на звонок.
«У вас есть для меня новости?» – спросила Макензи.
«Простите, что пропустил ваш звонок. Чёртов телефон… – Тейт сделал паузу, вздохнул, а потом продолжил. – Мы отправили трёх офицеров для осмотра здания Уэлдона, – сказал шериф в трубку. – Если вы хотите присоединиться, я и офицер Робертс едем в баптистскую церковь Величия».
Макензи приняла приглашение и двадцать секунд спустя услышала, как пиликнул телефон, когда Тейт прислал адрес. Она открыла сообщение и, как ей показалось, уже в сотый раз поехала по петляющей паутине просёлочных дорог, пустынных и забытых миром.
Когда Макензи заехала на квадратную гравийную парковку у западного крыла баптистской церкви Величия, Тейт и Робертс были уже на месте. Они шли к главному входу – белой двери в деревенском стиле, отчаянно нуждающейся в покраске. На небольшой табличке, разместившейся на лужайке, было написано: «ВОСКРЕСНАЯ СЛУЖБА – 10.00».
Церковь стояла вдоль просёлочной дороги, примерно в полутора милях от так называемого «центра» города. Как и всё остальное в Кингсвилле, вокруг её окружали только небо и деревья, отчего кладбище позади церкви выглядело чертовски пугающе. Колокольня церкви была до смешного высокой. Кто бы ни стоял за её проектированием во время постройки церкви, он, видимо, решил немного поиздеваться над окружающими. Колокольня представляла собой ироничный средний палец, показанный всем будущим прихожанам церкви.
«Кто-нибудь звонил пастору?» – спросила Макензи.
«Я пытался, – ответил Тейт. – Он навещает больных в Арлингтоне, но его жена благосклонно поведала нам, где можно найти запасной ключ».
Сказав это, Тейт поднялся по ступеням и встал на цыпочки. Он наклонился вперёд, провёл рукой поверх двери и нашёл отломанный кусок деревянной обшивки. Он вытащил его и показал им ключ, который висел на гвоздике на тыльной стороне деревянной доски. Он взял ключ, положил деревянную доску на крыльцо и вставил ключ в медный замок в двери.
Когда они вошли в церковь, Макензи невольно вспомнила детство. Внутри пахло, как на чердаке у бабушки, где она как-то сидела на старом, покрытом плесенью стуле и взахлёб читала книги первого сборника о Нэнси Дрю. Кроме этого запаха присутствовал слабый аромат лимона – пахло полиролью для мебели, которой недавно натёрли скамьи.
Внутри церковь была довольно маленькой. Когда они подошли к алтарю, Макензи посмотрела на потолок. Он был около пяти метров в высоту, и она постаралась представить огромную колокольню над их головами. Все трое прошли алтарь и вышли к большой двери, которая вела вглубь здания.
Они вошли в просторную комнату, в которой стояли несколько круглых столов и стулья. Комната походила на большой класс. Здесь не так сильно пахло старым чердаком. Наверное, кто-то недавно протёр полы. Макензи посмотрела на пол в поисках свежих следов, но ничего не увидела.
Здание церкви ничем не отличалось от других маленьких церквей по стране. Они попали в длинный коридор с несколькими классными комнатами. В конце коридора находилась скромная кухня, а в центре была запертая дверь. Простая табличка, напечатанная на компьютере шрифтом Times New Roman, гласила: «Вход на колокольню!»
«Вы уже бывали наверху?» – спросила Макензи Тейта и Робертса.
«Ни разу».
«Я вообще первый раз в этом здании», – ответил Робертс.
«Мы тут все впервые, – с нервной улыбкой сказал Тейт. – Можете идти первой».
Макензи открыла дверь и вошла внутрь. Здесь была небольшая ниша, резкий поворот направо, а потом лестница, которая уходила вверх под сумасшедшим углом. Лестница была деревянной и, наверное, не моложе пятидесяти, а может, и всех ста лет. Каждая ступень скрипела под её весом, и скрип повторялся, когда на неё наступали Тейт и Робертс.
Макензи не чувствовала опасности, но всё равно держала руку над пистолетом. Чем выше она поднималась, тем более пыльной становилась лестница. Вокруг было очень мало света. Свет исходил откуда-то сверху и едва освещал ступени. Когда Макензи начала нервничать от замкнутости пространства, оказалось, что она дошла до верха.
Здесь находилась небольшая площадка, а также были ещё пять ступеней, которые вели прямо в колокольню. С места, где она стояла, Макензи могла заглянуть внутрь башни и внутрь огромного медного колокола. Она прошла оставшиеся пять ступеней и оказалась в колокольне. Она подошла к краю и посмотрела на боковой двор церкви.
«Вы там в порядке?» – с площадки спросил её Тейт.
«Да, правда, тут тесновато. Подождёте внизу?»
Тейт был только рад. Макензи обошла башню по кругу. Сам колокол был очень красивым, благородного медного оттенка, который выглядел ещё очаровательнее, отражая рисунок башенной стены в форме маленьких квадратных окон.
Макензи выглянула в три из них, пытаясь вспомнить чувство отрешённости от мира, которое испытала на мосту Миллер Мун Бридж и платформе водонапорной башни. Не сразу, но Макензи поняла, что здесь она не сможет его испытать. Если кто-то выпадет из окна колокольни, то сначала ударится о крышу на высоте примерно восьми метров.
Колокольня не дарила ни чувства свободы, ни ощущения контроля. К тому же из-за колокола здесь было очень тесно. Заставить кого-то подняться по ступеням лестницы не составило бы труда для убийцы, но вот вытолкнуть жертву с силой с вершины колокольни – непростая задача. Не говоря уже о том, что чтобы добраться до колокольни, нужно сначала взломать дверь церкви.
Макензи вернулась к лестнице и покачала головой. «Без шансов, – сказала она, спустившись на платформу, где её ждали Тейт и Робертс. – Здесь слишком тесно, да и крыша мешает свободному падению. Если убийца получает удовольствие, скидывая жертв с высоты и наблюдая за тем, как они падают на землю, это место ему не подходит».
«Хотите поехать к аптеке Уэлдона и проверить то здание?» – спросил Тейт.
«Почему бы нет», – ответила Макензи, хотя ей казалось, что проверка ничего не даст. Мысль о том, что убийца будет ограничивать пространство – даже если речь идёт о заброшенном здании с обилием больших и легкодоступных окон, – не соответствовала его почерку. И всё же Макензи хотела всё досконально проверить, и если это означало осмотр потенциального места убийства, который не даст никаких результатов, так тому и быть.
К тому же, альтернативой осмотру был разговор с МакГратом, в котором ей придётся признать, что у неё до сих пор ничего нет. С этой мыслью Макензи спустилась вниз по крутой лестнице следом за Тейтом и Робертсом. Ей продолжало казаться, что расследование близко к концу, но она начала сомневаться, будет ли этот конец
ГЛАВА 28
Он был у всех на виду, пересекая лужайку средь бела дня. Последнюю неделю он прятался в лесу и под домами незнакомых людей. Выйдя на улицу посреди дня, он думал, что сильно рискует. Он чувствовал себя вампиром, и это ему нравилось. Было бы неплохо стать вампиром, потому что то существо, в которое он превратился,.. было намного-намного хуже, чем кровососущий бессмертный.