Блейк Крауч – Западня. Занесенные снегом (страница 17)

– А я? Независимо от того, скажу я вам что-то или нет, вы убьете меня, так?

– Если ты расскажешь то, что мы хотим знать, я оставлю тебя здесь прикованным к столу для пикника. Вероятно, кто-нибудь найдет тебя уже завтра. Это не важно. К тому времени мы уже скроемся.

– Я не знаю, могу ли верить вам. Если бы мы поменялись местами, я выжал бы из вас нужные мне сведения, а потом убил бы.

– Я уже сказала, что мы не такие, как ты.

Эстрада снова посмотрел в окно и наконец произнес:

– Боюсь, вы не обрадуетесь тому, что я сообщу. Я только маленькая переменная в этом уравнении.

– Просто скажи нам все, что ты знаешь.

И пленник стал рассказывать, наблюдая, как закат окрашивает пустыню во все более темные оттенки пурпура и как туман ползет вверх по склонам гор.

– Каждый раз все происходит одинаково. Мне звонит человек по имени Джонатан и говорит: «Им нужна еще одна». И тогда я начинаю искать. Конечно же, мне заданы параметры. Белая женщина. Большие темные глаза. Черные волосы с пышными кудрями. Красивая. Думаю, они полагаются на мой вкус. Наверное, есть и другие поставщики, которые специализируются на блондинках или рыжих. Когда я нахожу такую женщину, то выслеживаю ее несколько дней и узнаю о ней все, что возможно: привычки, распорядок дня… Потом, когда понимаю, что момент настал, я звоню Джонатану и извещаю его. Когда женщина оказывается в моем распоряжении, я снова сообщаю Джонатану. Время и место назначаются заранее.

– Где? – спросила мисс Шарп.

– Думаю, я пока погожу сообщать вам это. Достаточно сказать, что ехать приходится далеко. Там мы встречаемся. Джонатан – водитель-дальнобойщик, здоровенный мужик. Мы помещаем женщину в прицеп его фуры, и это последний раз, когда я ее вижу. Через некоторый срок – от пяти до десяти дней – на один из моих оффшорных счетов поступает вклад. Всякий раз сумма бывает больше предыдущей, я это специально обговорил. И я не вижу и не слышу Джонатана до тех пор, пока он не звонит и не говорит: «Им нужна еще одна».

Кейлин вытерла глаза. Она едва смогла подобрать слова и говорила шепотом:

– Сколько женщин ты похитил?

– Пять. Обычно я занимаюсь другой работой, но за эту хорошо платят.

– Как Джонатан вышел на тебя?

– По разным каналам. Когда мы впервые заключали сделку, он упомянул важное имя. Нужное имя. И я рискнул.

– Есть ли другие люди, которых Джонатан использует так же?

– Понятия не имею. У нас с ним не те отношения, чтобы задавать вопросы.

– Посмотри на меня, Хавьер, – сказал Уилл. Тот перевел взгляд на него, и Иннис протянул руку и взял фотографию своей жены. – Я хочу услышать, что было в ту ночь, когда ты похитил ее.

Бывшего адвоката трясло от страха, ярости и горечи.

Эстрада взглянул на снимок.

– Это было довольно давно.

– Пять лет назад. Моя дочь скучает по матери.

– Впервые я увидел ее, когда она выходила из клиники в Соноите. Это все, что я помню. И еще – в ту ночь, когда я забрал ее, лил дождь и постоянно сверкали молнии.

– В каком она была состоянии?

– Она боялась, – ответил Хавьер. – Они все боятся. Я пытался успокоить ее. Бо́льшую часть поездки они находятся под наркотой, но с ними обращаются хорошо, если вы об этом спрашиваете. По крайней мере, я обращаюсь хорошо. За поврежденный товар много не заплатят.

Уилл размахнулся и нанес удар. Эстрада влетел в дверцу машины и выплюнул зуб.

– Спокойно, Уилл, – сказала Кейлин.

Пленник слизнул кровь с разбитой нижней губы. Он улыбался, глаза его сверкали, и несколько мгновений Иннис был твердо уверен в том, что этот человек безумен.

– Полегчало? – спросил Хавьер. – Мне кажется, что да.

– Этих женщин покупает именно Джонатан? – спросила Шарп.

– Я так не думаю. Как и я, он – лишь хорошо оплачиваемый исполнитель.

– Тогда кто? Куда их забирают?

– Может быть, в Мексику. Может быть, перевозят на кораблях в другие части света. Скажем, в Таиланд. Или в Восточную Европу. Я – лишь слепое звено в этой операции и намеренно не хочу ничего знать.

Уилл посмотрел на Кейлин. Костяшки его правой руки саднило.

– Неверный ответ, Хавьер, – произнесла женщина. Она открыла дверь, вышла из машины и распахнула переднюю пассажирскую дверцу. – Вылезай.

Эстрада не пошевельнулся.

Уилл столкнул его с сиденья, и он упал на заасфальтированную площадку. Иннис вышел, обошел машину спереди и оттащил пленника на шаг от машины.

– Я пойму, если вы захотите подождать в автомобиле, – обратилась к Уиллу мисс Шарп.

– Я с вами, – отозвался тот.

– Тогда волоките его на дорожку. Я не хочу оставлять кровь на асфальте.

Иннис схватил Хавьера под мышки и приподнял. Тот был крепко сложен и весьма тяжел. Путь в двадцать футов занял почти минуту. Наконец Уилл уселся прямо на землю, задыхаясь и истекая по́том.

Небо было темно-синего цвета, и лишь на западе алела узкая полоска, на фоне которой выделялись силуэты сагуаро. Иннис окинул взглядом площадку и дорогу. Было темно – лишь на расстоянии мили горела россыпь огней. Там располагался парковый кемпинг.

– Перевернись на спину, – приказала Кейлин.

Хавьер подчинился и посмотрел на нее снизу вверх. Правая сторона его лица распухла – похоже, у него треснула челюсть.

– Что бы ты делал на моем месте? – спросила Шарп.

– Мы были бы на складе в Темпе, – ответил Эстрада. – В дело пошла бы кислота. А еще я умею кое-что проделывать с паяльником и мощным магнитом.

– У меня есть только пистолет. – Женщина нацелила оружие ему в пах.

– Один момент, – сказал он, хотя в голосе его не прозвучало ни намека на страх. – Если вы сделаете это, я не в состоянии буду позвонить.

– Позвонить кому?

– Дело в том, что месяц назад я получил звонок от Джонатана. И до сих пор нахожусь на стадии поисков.

– Ты еще никого не нашел?

Хавьер покачал головой.

– Усадите его, Уилл, – сказала Шарп.

Иннис прислонил Эстраду спиной к поваленному стволу сагуаро. Кейлин достала «Блэкберри» пленника, включила его и нашла адресную книгу.

– Это он? – осведомилась она, показав ему один из номеров. – Джонатан?

– Да.

– Что ты должен написать ему в эсэмэске?

– Я не пишу эсэмэсок, он буквально живет за рулем. Мы связываемся голосом.

Бывший агент ФБР присела на корточки рядом с похитителем.

– Позвони ему и скажи, что ты уже нашел женщину и готов с ним встретиться.

– А что взамен?

– Твой хрен еще некоторое время останется при тебе. Сделай все как надо, и я оставлю тебя здесь. Может быть, ты снова увидишь свою семью.

Горы Суеверия теперь были лишь черной стеной на темном небе.

– Вот, держите это возле его уха и нажмите «вызов», когда я скажу. – Кейлин передала «Блэкберри» Уиллу и снова нацелила «глок» между ног Эстрады. – Главное – ясность, Хавьер. Если ты заговоришь по-испански или если скажешь Джонатану что-то, не имеющее смысла, я сочту, что ты предупреждаешь его, и нажму на спуск. Понятно?