Блейк Крауч – Темная материя (страница 73)

– Нет, этот меня вполне устраивает. Просто надо наскрести деньжат. Что подразумевает проверка?

– У вас есть УВОО?

– А что это такое?

– Идентификационная карточка владельца огнестрельного оружия, выпущенная полицией штата Иллинойс. Можете подать заявление, и вам ее выдадут.

– И сколько времени это займет?

Женщина не отвечает. Только смотрит на меня как-то странно, а потом протягивает руку, забирает «Глок» и возвращает его в ящик под стеклом.

– Я что-то не то сказал? – спрашиваю я.

– Вы ведь Джейсон, верно?

– Откуда вы знаете мое имя?

– Я вот стою тут и думаю, не рехнулась ли совсем. Так вы не знаете, как меня зовут?

– Нет.

– Послушайте, по-моему, вы пытаетесь меня запутать, и это не…

– Я никогда раньше с вами не разговаривал. И в этом магазине не был по меньшей мере года четыре.

Продавщица запирает ящик и кладет ключ в карман.

– Думаю, Джейсон, вам лучше уйти.

– Не понимаю…

– Если это не какая-то игра, то вы головой повредились или Альцгеймером обзавелись, а может, просто спятили.

– О чем вы говорите?

– Вы действительно не знаете?

– Нет.

Женщина наклоняется и кладет локти на прилавок.

– Вы приходили сюда два дня назад. Сказали, что хотите купить оружие. Я показала вам этот самый «Глок». Вы сказали, что оружие нужно для защиты дома.

Что это значит? Зачем Джейсону-2 оружие? На всякий случай или он действительно ждет меня?

– Вы продали мне пистолет?

– Нет. У вас не было идентификационной карточки. Вы сказали, что вам нужно собрать деньжат. По-моему, у вас и водительских прав нет.

По спине у меня пробегает холодок. Колени как ватные.

– И тот случай, два дня назад, – не единственный. Не знаю почему, но вы произвели на меня какое-то странное впечатление, и позавчера я спросила у Гэри, другого нашего продавца, не видел ли он вас раньше. Так вот, видел. Три раза за последнюю неделю. И вот, пожалуйста, сегодня вы снова здесь.

Я приваливаюсь к прилавку.

– Значит, так, Джейсон, – продолжает продавщица. – Видеть вас в этом магазине я больше не хочу. Даже если бандаж понадобится, сюда не приходите. Нарисуетесь – позвоню в полицию. Понимаете, что я вам говорю?

Она испугана, но настроена решительно, и я бы не хотел встретиться с ней в темном переулке, где она сочла бы меня за потенциального обидчика.

– Понимаю, – киваю я.

– А теперь убирайтесь из моего магазина.

Выхожу в метель. Снежинки бьют в лицо, голова идет кругом.

Оглядываюсь, вижу приближающееся такси и поднимаю руку. Машина сворачивает к тротуару и останавливается. Открываю заднюю дверцу, забираюсь внутрь.

– Куда? – спрашивает водитель.

Куда?..

Это вопрос.

– В отель, пожалуйста, – отвечаю я.

– Который?

– Не знаю. Что-нибудь поближе, в пределах десяти кварталов. Что-нибудь дешевое. Вы не могли бы выбрать сами?

Шофер оборачивается и смотрит на меня через плексигласовую перегородку.

– Хотите, чтобы я решил сам?

– Да.

В какой-то момент мне кажется, что он не согласится. Может, просьба слишком странная? Неужели высадит? Но нет, таксист запускает счетчик и отваливает от тротуара.

Я смотрю в окно. Тут и там свет фар, огни, фонари и снег, снег…

Сердце гулко ухает в груди, мысли разбегаются.

Надо успокоиться.

Подойти к ситуации с точки зрения логики и здравого смысла.

Такси останавливается перед убогого вида отелем под названием «Конец света».

Водитель оглядывается:

– Устроит?

Расплачиваюсь и иду к вестибюлю.

По радио идет репортаж об игре «Буллз»[7]. Упитанный портье за стойкой поглощает что-то китайское из развернувшейся перед ним флотилии белых картонных коробочек.

Смахивая с плеч снежок, регистрируюсь под девичьей фамилией матери – Джесс Маккрей.

Плачу за одну ночь.

У меня остается четырнадцать долларов и семьдесят шесть центов.

Поднимаюсь на четвертый этаж. Запираю дверь на задвижку. Вешаю цепочку.

Все вокруг угрюмо и безжизненно.

Кровать с унылым покрывалом «в цветочек».

Мебель из ДСП.

По крайней мере, тепло.

Подхожу к окну и выглядываю наружу.

Снегопад сгущается, улицы начинают пустеть, и на обледенелой мостовой остаются следы шин проезжающих автомобилей.

Я раздеваюсь и кладу последнюю ампулу в Библию, лежащую в нижнем ящике прикроватного столика.

Потом иду в душ.