Блейк Крауч – Пустошь. Дом страха (страница 15)

Он оглянулся на своих дружков, и все трое рассмеялись.

– Неприятности мне не нужны.

– Сколько у тебя с собой денег? – спросил верзила, стоящий посредине.

Черные косматые бакенбарды, волосатая грудь, торчащая между черными джинсами и засаленной футболкой – он выглядел крайне неопрятно. Мне показалось, даже сквозь стекло я чувствую исходящий от него перегар.

– Не знаю, – сказал Орсон. – Надо заглянуть в бумажник.

Осторожно обойдя водителя, он направился к багажнику. Проходя мимо меня, улыбнулся и подмигнул. Я услышал, как открылся багажник, затем последовал шелест пластика.

Водитель заметил, что я пристально смотрю на него.

– Твоему дружку здорово достанется, если он будет так пялиться на меня.

– Он совершенно безобидный, – успокоил его Орсон. – Послушайте, я могу дать вам двадцать долларов. Этого хватит?

Водитель изумленно сверкнул глазами.

– Дай-ка проверить твой бумажник, – наконец сказал он.

– Зачем?

– Твою мать, я сказал, дай свой бумажник!

Орсон колебался.

– Парень, ты что, сдурел? Хочешь, чтобы я хорошенько надрал тебе задницу?

– Послушайте, ребята, я же сказал, что не хочу никаких неприятностей. – Орсон наполнил свой голос страхом.

– Тогда живо выкладывай свой бумажник, тупица! – сказал второй пассажир, грузный и рыхлый. – Нам нужно добавить пива.

– Вы почините мою машину?

Все трое взорвались презрительным хохотом.

– У меня больше, чем двадцать долларов! – взмолился Орсон. – Хотя бы загляните под капот и скажите, в чем дело.

Орсон приблизился к «Бьюику» спереди. Просунув руку сквозь решетку радиатора, он нажал на рычаг и поднял массивный капот, после чего вернулся туда, где стоял до того, с правой стороны машины, рядом со мной. Теперь я не видел ничего, кроме своего брата, разговаривающего с тремя пьяными.

– Ну только взгляните! – настаивал Орсон. – Ребята, если вы хоть что-нибудь смыслите в машинах…

– Я разбираюсь в машинах, – остановил его голос водителя. – Долбаный городской придурок ни хрена ни в чем не смыслит, так?

«Бьюик» заскрипел и просел на рессорах под тяжестью человека, забравшегося на бампер.

– Посмотрите на радиатор, – сказал Орсон. – Двигатель почему-то перегревается.

Машина снова дернулась.

– Нет, нет, внутри, – подсказал Орсон. – По-моему, там что-то расплавилось. Вам нужно посмотреть вблизи. Ребята, отойдите в сторону, вы загораживаете ему свет.

Приглушенный голос начал:

– Я ни хрена не вижу, твою мать…

Орсон захлопнул капот. Двое пассажиров пронзительно вскрикнули и в ужасе отскочили назад. На ветровое стекло брызнули капли крови. Орсон приподнял капот и снова с силой его захлопнул. Новые брызги крови, обмякшее тело водителя сползло на землю.

– Хватай ружье! – крикнул жирный, но оба пассажира не двинулись с места.

– Ребята, не беспокойтесь об этом, – тем же самым робким голосом промолвил Орсон. – У меня есть оружие. – Он направил на них мой «Смит-и-Вессон». – Надеюсь, вы не настолько налакались, чтобы не понять, что это такое. – Ты, – приказал он тощему, – подбери голову своего приятеля.

Парень выронил банку с пивом.

– Ну же, не бойся, она тебя не укусит.

Парень схватил голову за длинные сальные волосы и поднял с земли.

– Проходите сюда, ребята, – продолжал Орсон. – Идите вдоль машины. Вот так.

Оба прошли с левой стороны машины, Орсон прошел мимо меня. Я обернулся, чтобы посмотреть в заднее стекло, но крышка багажника была поднята. Орсон так его и не закрыл.

– Извините насчет бумажника…

– Залезайте внутрь, – приказал Орсон.

Машина не шелохнулась.

– Мне что, нужно прострелить вам обоим коленные чашечки и самому затаскивать вас в багажник? Если без этого можно обойтись, я бы предпочел не пачкать вашей кровью всю машину.

Щелкнул взведенный курок, и машина тотчас же затряслась под тяжестью людей, неуклюже забирающихся в багажник.

– Глупенькие, глупенькие мальчишки! – с укоризной промолвил Орсон. – Для вас было бы лучше, если б вы все трое заглянули под капот.

Он захлопнул багажник и направился к пикапу, а я услышал, как парни захныкали. Затем они начали кричать и колотить по крышке багажника кулаками и ногами. Забравшись в кабину пикапа, Орсон погасил фары и прожекторы на крыше, и я услышал все еще льющуюся из динамиков балладу, надрывное гитарное соло, звенящее в пустыне. Наконец мои глаза освоились в темноте, и к этому времени музыка умолкла. Открылась передняя левая дверь «Бьюика», и Орсон взял с заднего сиденья деревянный брусок и моток веревки.

– Если они и дальше будут шуметь, – сказал он, – пригрози, что прибьешь их.

– Смотри! – Я указал на шоссе, где вдалеке снова показался свет фар.

Отвязав от антенны носовой платок, Орсон бегом вернулся к пикапу. Забравшись в кабину, он включил передачу и съехал с шоссе, направив пикап в пустыню. Несколько минут возился в кабине. Пленники в багажнике продолжали стонать. Опьянение усилило их страх, отчего мольбы стали отчаяннее. Я не сказал ни слова, а свет фар продолжал приближаться.

«Форд» на полной скорости уехал в пустыню. Я проводил его взглядом сначала в ветровое стекло, затем в окно со стороны водителя. Через десять секунд пикап скрылся в ночи. Орсон бегом вернулся к своей машине, запыхавшийся. Показав мне большие пальцы, он оттащил обезглавленный труп водителя к багажнику, затем подбежал к моей двери.

– Мне нужна твоя помощь, – сказал Орсон, распахивая дверь.

Расстегнув наручники, он вручил мне ключи от машины. Проходя к багажнику «Бьюика», я слышал вдалеке шум приближающейся машины и видел задние габариты микроавтобуса, еще не успевшие полностью растаять во мраке – крошечное красное пятнышко, едва различимое. Я цеплялся за эту семью. Мы их отпустили! Мы их отпустили! Опустив взгляд, я увидел, что номерной знак на «Бьюике» по-прежнему отсутствует.

Орсон указал на распростертого на земле водителя.

– Как только я скажу, отпираешь багажник и кидаешь его внутрь, – сказал он. – Сможешь?

Я молча кивнул.

– Джентльмены! – крикнул Орсон. – Багажник открывается, но я держу вас под прицелом. Если только шелохнетесь, я нажимаю на спусковой крючок!

Посмотрев на меня, Орсон кивнул. Я открыл багажник, стараясь не смотреть внутрь, а также на тело, которое мне предстояло поднять. Оторвав водителя от земли, я запихнул его тяжелое обмякшее тело поверх двух его приятелей, после чего захлопнул крышку, и мы вернулись в машину.

Орсон завел двигатель, когда встречная машина уже поравнялась с «Бьюиком». Свет ее фар озарил салон, и я ахнул, увидев свой комбинезон, облитый кровью, которая собиралась на плотной ткани лужицами и стекала в сапоги. Я крикнул, призывая Орсона остановить машину. Вывалившись из «Бьюика», я упал на четвереньки и закружил на месте, оттирая руки сухой землей до тех пор, пока кровь не скаталась в шарики.

Из машины до меня донесся голос Орсона. Мой брат колотил руками по рулевому колесу, сотрясаясь от хохота.

Глава 12

Всю дорогу обратно к бревенчатому дому пленники продолжали колотить по крышке багажника. Орсон наслаждался громогласными проявлениями их страха. Когда они начинали кричать, он подражал их голосам, нередко перекрывая их мольбы.

Глядя на проселочную дорогу, озаренную светом фар, я спросил у Орсона, как он поступил с пикапом. Брат ухмыльнулся.

– Закрепил руль веревкой, чтобы пикап никуда не сворачивал, и вставил брусок враспор между передним сиденьем и педалью газа. – Орсон взглянул на светящийся циферблат часов. – За ближайшие полчаса он проедет двадцать пять миль по голой пустыне. После чего уткнется в горы и там остановится, если только, конечно, до того не встретится с оленем. Однако для того, чтобы остановить это чудовище, понадобится здоровенный самец.

Рано или поздно пикап найдут. Быть может, через несколько дней, быть может, через несколько недель. Но это не имеет значения, поскольку к тому времени эти ребята уже превратятся в удобрение для полыни. Местные правоохранительные органы установят, откуда они выехали и куда направлялись. Станет ясно, что на шоссе что-то произошло, но что именно? Завтра впервые за несколько недель пойдет дождь и смоет всю кровь. Нас видели всего две машины, но обе были с номерами других штатов, так что они просто проезжали мимо. Тайна исчезновения этих парней останется нераскрытой, а судя по их грубому поведению, я не поверю, что кому-либо будет до них какое-то дело.

Подъехав к дому, Орсон свернул к сараю. Когда мы вышли, он подошел к «Бьюику» спереди, поднял капот и предложил мне заглянуть внутрь. Фонарь, установленный на стене сарая, осветил железную нишу.

– Ну и что? – спросил я, разглядывая ржавый двигатель.

– И ты тоже купился бы на это. Смотри!