Блазар – Призрак с окраины. Книга третья (страница 6)

— Космическая активность? — спросил Нилак.

— Ноль, — ответил техник. — Орбитальных объектов нет, как и маяков. Радиосети планетарного уровня не вижу. Есть слабые локальные сигналы вдоль дорог, мачт и крупных зданий. Похоже на проводную передачу данных.

— Что у них с оружием?

— С такого расстояния плохо видно, но пока ничего серьёзного, какие-то механические самострелы. Орбитальной обороны, турелей и дроидов не обнаружено. Но сканирование пассивное. Если у них есть что-то серьёзное на местных принципах, можем не понять.

Нилак задумчиво посмотрел на экран планшета.

На экране дрона внизу двигались люди или достаточно близкие к людям гуманоидные существа. У портовых складов мелькнули светлые волосы, почти серебряные. У грузовых площадок — более тёмные лица. На одной из платформ работали широкоплечие фигуры с сероватым оттенком кожи. Пока всё увиденное оставалось сухими данными.

Город жил своей жизнью. Дымящие машины двигались по стальным линиям. По реке шли широкие суда с трубами. Воздушная машина ползла над крышами. По дорогам передвигались большие дымящие машины на колёсной базе. Где-то там были заводы, склады, рабочие, политики, деньги и учёт. Всё, что могло дать «Тени» шанс. И всё, что могло превратить случайную посадку в преступление перед Содружеством и против докосмического мира.

Закон Содружества в таких случаях был предельно ясен — не вмешиваться, но реальность, как обычно, положила причинное место на законы.

«Тень» была повреждена. Центральный искин мёртв. Гипердвигатели — в состоянии, о котором Торик говорил только матом и короткими техническими приговорами. Без материалов, станков и хотя бы понимания местной промышленности они могли сколько угодно соблюдать закон — прямо до момента, когда корабль окончательно станет дорогим памятником осторожности.

— В город не идём, — сказал Нилак.

Мириэль чуть повернула голову.

— Почему?

Она спрашивала не для себя. Она хотела, чтобы он проговорил вслух чёткий приказ для всех. Мириэль понимала, что в их бедственном положении нужен лидер, может быть, немного деспотичный, чтобы приказы не обсуждались в команде, а безоговорочно выполнялись. Если позволить команде самодеятельность, то команда не будет работать как единый организм, поэтому она подталкивала Нилака к решениям и принятию ответственности.

— Мы не знаем их язык. У нас нет местной одежды. Нет денег и документов. Мы не знаем, кто здесь власть, кто охрана, кто торговцы и какие законы можем нарушить. Мы не знаем жестов, обращений, правил дорожного движения и как торговать с местными. Не знаем, что для них нормальное явление, а что чудо. Поэтому сначала готовимся, потом всё проверяем и только когда будем уверены, выходим к людям.

Амба коротко спросила:

— Скафы, оружие?

— Скафы, оружие, приборы — всё это нельзя светить. Один неверный шаг — и мы уже не потерпевшие аварию, а опасные вторженцы.

Мириэль смотрела на город спокойно, без испуга. Нилак уже знал это выражение: она не меньше его понимала опасность, просто не считала нужным сыпать соль на рану.

— Тогда нужен не город, — сказала она. — Нужен край дороги. Место, где чужие бывают чаще.

— Потом, — сказал Нилак. — Сначала возвращаемся на шаттл. Организуй связь с Маркасом.

Техник поднял глаза.

— Дроны оставляем?

— Оставляем. В пассивном режиме и максимально скрытно. Без красивых пролётов над крышами. Нам нужно записать как можно больше речевых выражений. Фиксировать всё, что возможно: вывески, одежду, то, как покупают товары, знаки на грузах, любые материалы, которые они сами используют для передачи информации. Всё и очень подробно.

— Понял.

Шайвам скользнул взглядом по лесу за спиной.

— Чисто.

Нилак ещё раз посмотрел вниз.

Город был слишком большим, чтобы ворваться в него такими красивыми и с криками: вот, мол, мы космические скитальцы. Он видел не трубы и крыши, а налаженную инфраструктуру. Груз перемещают — значит, есть владелец. Есть документы, простои, штрафы и неустойки. Есть какая-нибудь полиция-милиция, служба безопасности, суды и адвокаты. И точно есть разумные, которые спросят, кто ты такой.

— Уходим, — сказал он.

Шайвам первым двинулся к спуску. Амба задержалась на секунду, пропуская Мириэль ближе к середине группы. Креаты без команды снялись с места и прикрыли задний сектор. Нилак пошёл последним с обзорной площадки, пока техник настраивал передатчик и прописывал дронам новые маршруты наблюдения.

Шаттл стоял в лесистой складке, куда они посадили его после спуска на планету. Маскировка размывала контуры, делала корпус похожим на тёмный провал между камнями и мокрой растительностью.

Шайвам первым проверил подход. Амба ушла вправо, креаты заняли задний сектор. Только после короткого жеста Шайвама Нилак поднялся к люку.

— Канал с «Тенью», — сказал Нилак.

Техник сел к консоли, быстро вывел связь через узкий направленный луч. На экране сначала пошла рябь, потом серые полосы собрались в изображение.

Маркас появился не сразу. Сначала — кусок аварийно освещённой переборки, чья-то рука с кабельным жгутом, потом уже его лицо. Спокойное, жёсткое и уставшее.

— «Тень» на связи, — сказал Маркас.

Нилак снял шлем, провёл ладонью по лицу и начал рассказывать Маркасу, что удалось увидеть.

— Планета населена. Здесь живут люди или существа, похожие на нас. Цивилизация докосмическая, но промышленная. Пар, металлургия, речной транспорт, тяжёлые дороги, воздушные машины. Радиосети планетарного уровня нет. Локальные сигналы есть, похоже, по проводам.

Маркас слушал, не перебивая.

— Первый контакт?

— Нет.

— Хорошо.

В угол изображения влез Торик.

— Металлургия какая? — спросил он.

— С расстояния — неплохая. Заводы крупные. Грузы идут регулярно. Но качество сплавов, станков и обработки пока неизвестно.

— То есть гипердвигатель быстро не соберём.

— Пока нет, — ответил Нилак.

— Жаль. Я уже начал верить в сказки, — сказал Торик.

Маркас даже не повернулся к нему.

— Риски?

Нилак коротко усмехнулся.

— Всё, что возможно... Нет языка, одежды, денег. Нет документов. Нет понимания местной власти. Не знаем, что у них считается нормой, а что поводом звать людей с оружием. Город большой, транспорт организован, грузы маркируются. Значит, там есть контроль. И, скорее всего, не декоративный.

Мириэль стояла рядом и смотрела внимательно на экран.

— В город сейчас нельзя, — сказала она. — Там слишком много чужого и непонятного.

Маркас кивнул.

— Какие предложения?

— Дроны остаются на планете. Собирают всевозможную информацию. Мы возвращаемся на «Тень». Нужно подготовить языковой пакет, местную одежду. Придумать легенду и решить вопрос с деньгами. Или с тем, что сойдёт за деньги в местных лавках.

Торик прищурился.

— Деньги?

— Один из дронов зафиксировал передачу бело-серого металла между разумными. Возможно, серебро, платина или местный аналог. Сначала соберём больше данных, потом решим, что с этим всем делать.

— Если прикажете мне сделать фальшивые деньги, то вся ответственность на вас. Фальшивомонетничество карается законами империи, и можно загреметь в рудники.

— До рудников ещё нужно дожить, а легализоваться нам точно нужно будет. Действуем по обстоятельствам, вся ответственность на мне. Под протокол.

— Принято, под протокол, — ответил Торик.

Маркас чуть наклонился к экрану.

— Возвращайтесь. Ждём вас.