Бланк Эль – Гостья другого времени (страница 4)

На ноги Алес покосился, но вместо ожидаемого эффекта я получила совсем иное — злое, брошенное сквозь зубы:

— Так и знал, что нелегалы не только наглецы, но еще и хамы, думающие только о себе.

Кто бы говорил?! У меня от изумления глаза на лоб полезли. Сам меня обзывает, и сам же возмущается.

— А ради чего «паразитам» раздавать реверансы компьютерной программе? Мы тут...

— Игроки? — рявкнул вышибала, не дав мне договорить. — Бессмертные и неуязвимые? С неограниченными возможностями? Возомнили себя хозяевами жизни! Заявляетесь к нам как к себе домой! На все готовы ради достижения эфемерных и бессмысленных целей! Тупицы с промытыми мозгами! Ты бы хоть на мгновение поставила под сомнение все то, что вам внушали! Идиотка! Только полная дура не отличит, где реал, а где виртуал.

Ой, мамочки... Когда тот, кого ты считаешь игровым персонажем с запрограммированными поступками, вот так орет, поневоле начнешь сомневаться.

— Ладно-ладно! Стоп! Тайм-аут! — решила остановить поток обвинений, пока тот не зашкалил за максимум. Подождала, пока Алес откинется на боковую спинку, которой — вот клянусь! — раньше у дивана не было. Посмотрела на решительный прищур черных глаз, поняла, что уйти от темы не получится, и недоверчиво спросила: — То есть ты живой? Настоящий. Так?

— Верно.

— Ага...

Я почесала кончик носа, пытаясь сообразить, как же ему доказать, что он ошибается. Ясное дело — сбой игры даром не прошел для самой игры. Она теперь позиционирует себя реальностью. Правда, Алес ждать, пока умные мысли посетят мою голову, не стал, сам рванул в наступление:

— И тело, в котором ты находишься, тоже настоящее. Разве не чувствуешь? Ты сильно ушиблась об пол, когда я тебя схватил. Замерзла под холодным душем. Согрелась. Проголодалась. Наелась. Разве в игре такое возможно?

— Возможно, — уверенно заявила я, радуясь, что хоть это могу объяснить. — Игрок полулежит на специальном кресле, очень-очень мягком, и надевает специальный шлем — эти устройства блокируют все ощущения тела, и мозг ничего не воспринимает извне. А в шлеме есть сеть микроконтактов, соприкасающихся с кожей. Они формируют импульсы, уходящие в мозг и возбуждающие соответствующие зоны коры. И возникают ложные ощущения, которые ничем не отличаются от настоящих. Игрок все воспринимает так, как если бы это происходило с его телом на самом деле. Это очень качественная имитация. Вот сейчас, например, я глажу коленку, — сопроводила свои слова наглядной демонстрацией. — Мне щекотно, я чувствую тепло и структуру кожи, а на самом деле в кресле сижу и ни я сама, ни кто другой меня не касается.

Алес слушал с таким вниманием, что под конец объяснения я начала чувствовать себя некомфортно. Как-то это ненормально: доказывать игре, что она — игра. Пусть даже ее производное и сидит сейчас передо мной в облике очень даже привлекательного мужчины.

— Любопытно... — пробормотал он едва слышно и добавил уже громче: — Значит, ты ведешь себя неадекватно именно потому, что уверена, что тебя здесь нет, а все происходящее — управляемая галлюцинация? И тебя ничто не смущает?

— А что меня должно смущать? — напряглась я. На упрек в неадекватности решила пока не реагировать.

— Например, вот это.

Он указал на окно, за которым смеркалось. Мерцающая полусфера, закрывающая город, гасла, небо чернело, проявились звезды и огромный диск Юпитера.

— И что в этом такого? — не поняла я. — Игровой уровень на Ио. Ну не Сатурн же я должна видеть!

— Это точно... — скривился Алес. Осмотрел меня сверху вниз и нашел новый аргумент: — А внешность? Разве ты на самом деле выглядишь так, как сейчас? — Дождался, когда я отрицательно мотну головой, и заметил: — Было бы проще ее не менять, оставив привычный облик.

— Не проще, — парировала я. — Идентифицировать себя с персонажем опасно. Потом в жизни забыться можно. А сам выбор — это фишка симулятора реальности. Элемент случайности образа.

— Неподходящие для игры одежда и обувь — тоже фишка? То-то ты убегала от меня босиком и с черепашьей скоростью. Мне даже спешить не пришлось, просто шел следом.

— Разумеется, — ничуть не смутилась я. — Условия и должны быть сложными, иначе любой дилетант игру за пять минут пройдет, а это неинтересно. Кстати, выиграть этот уровень оказалось сложнее, чем я ожидала.

— Дай угадаю, — скептически усмехнулся Алес. — Ты для этого хотела угнать аэрокар.

— Пешком за купол не попадешь, — со знанием дела прокомментировала я. — А знаешь, как мало шансов успешно и быстро добыть ключ-карту? Время-то утекает! Не успеваешь толком сориентироваться, понять, где именно оказался и как действовать, а уже понимаешь, что скоро на выход.

— Охотно верю. Только любую игру можно завершить по собственному желанию. А эту нельзя.

— Тут ты прав, — вынужденно признала я. — Но нам говорили, что это временный баг и над ним работают. Кстати, способ экстренного выхода все же есть.

— Погибнуть? — таким зловещим тоном прошипел Алес, что я вздрогнула. Только расслабилась, и на тебе...

— Да, — осторожно подтвердила, потому что потемневший пронзительный взгляд ничего хорошего мне не сулил. — Но это крайний вариант. Чаще случайный. При нем все набранные очки сгорают, приходится заново начинать играть, с нулевым рейтингом и с первого уровня сложности. А это неинтересно.

— Меня это должно успокоить? — вышибала принял мои объяснения за попытку защититься. В его интонациях снова слышались звонкие резкие злые нотки, порождающие неприятный холод в груди. — Люди гибнут, а вы оправдываетесь непреднамеренностью? Ты в курсе, что это преступление?

— Это игра... — выдавила из себя единственное, что могла. А когда Алес схватился за голову, прошептав что-то многосложное и наверняка нецензурное, почувствовала себя той самой дурой, которой он меня обозвал в начале разговора.

Уверенность, внушенная организаторами, медленно таяла, оставляя после себя дурно пахнущие лужи. Паника, порожденная словами мужчины, росла, сковывая ужасом осознания его возможной правоты. Я пыталась, старалась вернуться в приятный, удобный и легкий для восприятия мир игры, и не могла. Разум Алесу верить не хотел, а подсознание кричало, что он прав.

— Я не причиню вреда этому телу, — шепотом пообещала. Сказать в полный голос не смогла — в горле стоял неприятный ком.

— И на том спасибо.

Ответил он совершенно серьезно. Поднялся с дивана, прихватив с собой пустые контейнеры, и ушел в кухонную зону, а вернулся с двумя стаканами.

— Сок. Апельсиновый, надеюсь, любишь?

Я вцепилась в стакан как утопающий за соломинку. Мне сейчас было все равно, что именно пью. Хотелось хоть чем-то перебить неприятный осадок, оставшийся от разговора. Новыми впечатлениями, новым вкусом...

— Концентрат? — последнее меня действительно отвлекло. И отсутствие натуральности я определила моментально. — Почему разбавляешь так сильно?

— Иначе еще больше пить хочется, — Алес о чем-то задумался, пояснил машинально. — Ладно, — словно итог подвел. — Давай-ка спать, мне завтра рано на работу.

Он снова встал и... И так и остался стоять, глядя на меня с высоты своего роста. Выразительно так глядя. А самое удивительное — молча.

— Что? — не поняла я.

— Ты не здесь спать будешь, — отрезал, наверняка имея в виду диван.

— А где? — я расстроилась. Такой удобный, и не мне. Обидно. А ведь гостям нужно отдавать самое лучшее!

Хотела уже об этом ему напомнить, но вовремя вспомнила про обвинение в эгоизме и промолчала. Лучше не нарываться.

Со вздохом поднялась и послушно полезла по лесенке на второй ярус, куда указал мужской палец. Скептично посмотрела на тоненький матрас, в одной части вздувшийся как подушка. Потянула на себя сложенную ткань, убеждаясь, что это одеяло, похожее на флисовое. Ну и легла, потому как выбора мне не оставили.

По всей видимости, общий свет Алес выключил и оставил ночник. Потолок погас, но откуда-то снизу шло мягкое мерцающее свечение.

Я закрыла глаза и тут же их снова распахнула, потому что услышала:

— Об искусственной стимуляции зон мозга. Стереотаксические аппараты позволяют сформировать очаг возбуждения в головном мозге с точностью до трех сотых миллиметра. То есть магнитное воздействие или электростимуляция нейронов идет в массовом режиме на уровне ядра или архитектонического поля...

Э-э-э... Я от изумления дар речи потеряла. Он вот так изъясняться умеет? Даже приподнялась, заглядывая за ограничивающий бортик.

Фух... Это он читает, оказывается. Лежит на диване, который уже вовсе и не диван, а очень даже широкая кровать. Трансформер, видимо. Одна из его рук приподнята, а над ней экран, похожий на виртуальный планшет. А на нем текст, который мне внятно так озвучивают:

— Попытка синхронизации волновых колебаний на разных участках коры часто приводит к искаженным результатам, отличным от планируемых. Практика создания бинаурального эффекта с частотой один к десяти приводит к нарушению естественной мозговой активности и целому ряду психофизиологических расстройств.

— И что это значит? — дождавшись окончания чтения, поинтересовалась я.

— Создать в воображении полноценный образ, во всем идентичный реальному, невозможно, — перевел Алес с русского научного на русский обывательский. — Даже в будущем. Что уж говорить о прошлом.

— А ты откуда знаешь о будущем? — нахмурилась я.