Билл Меслер – Иллюзия правды. Почему наш мозг стремится обмануть себя и других? (страница 29)

Американцы не считают себя склонными к ритуалам людьми. Тем не менее в 2017 году американские пары в среднем тратили на свадебные церемонии 33000 долларов. И это не считая стоимости медового месяца, который, само собой, тоже ритуал. Среди самых малообеспеченных людей в мире, живущих на доллар в день или даже меньше, траты на свадебные и похоронные ритуалы часто оказываются важнее расходов на пищу и другие базовые потребности. Одно исследование показало, что половина беднейших семей за прошедший год тратила средства на свадьбы, и даже бо́льшая доля – на религиозные празднества. В одном из районов индийского штата Раджастан эта доля составила 99 %.

Инопланетяне, наблюдающие за людьми, будут озадачены тем, почему католики встают в церкви на колени и крестятся, а квотербеки в американском футболе благодарят небеса, сделав голевую передачу. Вездесущность ритуалов поразительна, ведь одной из их характерных особенностей является то, что они не служат никакой практической цели. В сущности, смысл ритуалов заключается в том, что в них нет никакого очевидного смысла. Вот почему присутствие обожженных наконечников стрел вокруг каменного питона в холмах Цодило намекает на то, что они использовались в ритуалах. Зачем утруждать себя изготовлением стрел только для того, чтобы сжечь их в огне?

Некоторые ритуалы оставались неизменными на протяжении сотен или даже тысяч лет. Древнейшие известные археологические свидетельства ритуальных захоронений отсылают нас примерно на 40 000 лет назад, на территорию современного австралийского озера Мунго. Тело 50-летнего мужчины после смерти покрыли красной охрой. Его похоронили в умиротворенной позе, с согнутыми коленями и скрещенными на талии руками. Не так уж и отличается от того, как сегодня своего близкого человека может похоронить нерелигиозная семья из Северной Америки. Ритуалы наведения чистоты, приготовления пищи или коронации правителей, практикуемые в отдаленных странах, поразительно схожи. Всякий раз, когда вы видите, что в разных местах и в разное время люди, которые никогда не взаимодействовали между собой, ведут себя одинаково, задумайтесь: такому поведению есть причины, скрытые в глубинах человеческого сознания.

Я вырос в Индии и часто поражался тому, что люди тратят деньги на «бессмысленные» ритуалы, когда у их детей нет одежды или когда их семья не может позволить себе купить школьные учебники. Зачем люди калечили себя или совершали мучительные паломничества, если в их жизни и без того было столько страданий? Во время поездки в Монреаль я наблюдал, как праведные верующие поднимались – на коленях – по 99 твердым каменным ступеням Оратория Святого Иосифа, чтобы разделить с Иисусом испытанную им боль. Мне было двадцать с небольшим, и эти ритуалы показались мне дикими и нелогичными. Только спустя десятилетия я понял, что люди приобщаются к таким ритуалам как раз из-за бедности, болезней и острой нужды: ритуалы отгоняют тревогу, связывают нас с историей и культурным наследием, объединяют нас в группы. Как мы увидим позже, один из самых верных способов устранить «бессмысленные» ритуалы – разобраться с источником угрозы или решить проблему, для борьбы с которой они были внедрены.

Значительные требования, предъявляемые к участникам ритуалов, принципиальны с точки зрения их социальной и психологической полезности. Конечно, существуют обряды, для которых не нужны существенные затраты, но большинство из них ставят перед своими участниками серьезные задачи. Некоторые требуют неимоверных времени и усилий или же отупляющей многократности. Другие – жестокого физического самобичевания. В Греции православные христиане практикуют ритуал анастенария в честь святых Константина и Елены, ходя босиком по горящим углям. На Филиппинах католики проводят ритуал Страстной пятницы, на полном серьезе пригвождая свои руки и ноги к крестам. В индийских штатах Махараштра и Карнатака индуистские и мусульманские деревенские жители иногда принимают участие в проводимой уже 700 лет церемонии, сбрасывая своих новорожденных детей с крыш высоких святилищ на ковры, которые внизу держат мужчины. Ритуал призван продемонстрировать набожность и принести детям удачу.

Прежде чем отвергнуть эти примеры, записав их в область религиозной догматики, подумайте о светских ритуалах дедовщины, столь распространенных в военных казармах и студенческих общежитиях. «Праздник Нептуна», который отмечают моряки при пересечении границы экватора, практиковался еще во времена деревянных парусников. Писатель Уильям Голдинг, сам бывший моряк, не стесняясь в выражениях, описал его в романе «Ритуалы плавания», удостоенном Букеровской премии. Человека силой вытаскивают из каюты и полуголым запихивают в «барсучий мешок» – чан с морской водой и человеческими экскрементами, – после чего заставляют унизительно прошествовать по палубе и поклониться капитану, облаченному в костюм Нептуна. Несмотря на то что с годами этот ритуал смягчился, в определенной форме он все еще практикуется.

Обратите внимание, что в среде, где зачастую больше всего распространены ритуалы дедовщины – на армейской службе, в спортивных командах и студенческих общежитиях, – как правило, особое значение придается сплочению группы. Ритуалы – действенный способ отделить «своих» (тех, кто вместе прошел через суровое испытание или необычный обряд) от «чужих» (тех, кто не понимает, о чем речь). Социально-сплачивающий эффект ритуалов можно наблюдать, даже если они лишены обширного культурного контекста, в котором обычно существуют. Для одного эксперимента исследователи сами придумали ритуал, а участники должны были его выполнить. Психолог Николас Хобсон, позже пересказал мне инструкции, полученные участниками: «Возьмите чашку, наполните теплой водой. Убедитесь, что она не слишком холодная и не слишком горячая. Возьмите две монеты разного размера. Монету поменьше – в ту руку, которой пользуетесь меньше, побольше – в доминантную руку. Мы хотим, чтобы вы аккуратно поместили их в чашку с водой. Возьмите чашку, наклоните голову и выполняйте дальнейшие инструкции по мере их поступления». Это была полная бессмыслица. И тем не менее, когда позже испытуемых попросили принять участие в незамысловатых играх, которые показали бы, насколько они доверяют друг другу, прошедшие ритуал продемонстрировали бо́льшую нацеленность на сотрудничество с другими, нежели те, кто ритуал не прошел. Любопытно, что упрощенные вариации выдуманных ритуалов, как обнаружили Хобсон и его коллеги, не сработали. Для того чтобы ритуал был психологически и социально эффективен, необходим определенный уровень вовлеченности участников и сложности. Возможно, именно поэтому ритуалы часто оказываются эффективнее, если подразумевают более серьезные требования.

Когда группа собирается для проведения ритуала, это может способствовать тому, что французский социолог Эмиль Дюркгейм называл «коллективным подъемом», дающим участникам ощущение сопричастности и спокойствия. Сегодня мы можем назвать это чувство «социальной сплоченностью». Подумайте об исключительной жизнестойкости иудаизма. Невообразимое множество его ритуалов и тот факт, что иудеи прилежно практиковали их на протяжении веков – иногда вопреки угрозе геноцида, – стали одними из важнейших факторов, что позволили иудеям держаться вместе и выжить.

За последние годы исследователи обнаружили немало доказательств влияния ритуалов на укрепление связей внутри группы. Многие ритуалы требуют от людей сплоченных действий. Одно из исследований показало, что у членов университетской команды по гребле вырабатывалось больше эндорфинов, когда они гребли синхронно с партнерами, нежели когда участвовали в индивидуальном заплыве. Эндорфины, помимо снятия боли и стресса, ассоциируются с социальными связями.

Поодиночке мы тоже участвуем в ритуалах. Они могут касаться того, как мы пьем кофе и читаем газету по утрам или как надеваем «счастливую» рубашку перед ответственной презентацией на работе. У меня есть специальная футболка, которую я надеваю на важные игры моей любимой футбольной команды. Сближает ли меня эта футболка с другими болельщиками? Возможно. Но чаще всего я смотрю игру по телевизору в одиночестве, и рядом никого нет. Очевидно, что одежда никак не влияет на ход игры. Так зачем же я ее надеваю? Скажем так, от этого легче. Ритуал успокаивает меня перед лицом неопределенности. Опять же, спрашивать, является ли это спокойствие иллюзорным, значит упускать главное. Я знаю, что футболка не повлияет на результат игры. Но чувствую я обратное. Она укрепляет мою надежду и настраивает мышление на позитивный лад. И в этом вся суть.

Бывшая звезда бостонских «Рэд Сокс» Уэйд Боггс, один из величайших игроков в истории бейсбола, каждый день ровно в 17:17 проводил тренировку. Каждое утро в 7:17 он занимался интервальным бегом. Перед игрой он ел исключительно курицу, за что удостоился прозвища Человек-Курица[89]. И каждый раз, когда подходила его очередь отбивать мяч, он вычерчивал битой в грунте ивритское слово יח, хай («жизнь»). (Евреем он не был.) Боггс заслуженно пользовался репутацией одного из самых суеверных американских спортсменов. Но если он и перегибал палку, то многие другие спортсмены, хоть и в более умеренных проявлениях, составляли ему компанию. Майкл Джордан прославился тем, что на каждую игру надевал свои шорты «Северной Каролины» под форму «Чикаго Булз».