Билл Болдуин – Легион Кэнби (страница 31)

— У меня есть третий вариант, — напряженно думая, предложил Кэнби. Посади экипаж в передний швартовочный купол, а мы попытаемся бросить им трос. Даже с двадцатипроцентной мощностью нам будет легче буксировать «Чуму», чем Конфрасс — «Голод».

— Я как раз на это надеялся! — крикнул Гиббоне. — Сейчас же пошлю туда людей.

Отворачиваясь от дисплея, он принялся отдавать распоряжения.

Кэнби немедленно приказал Беннету сформировать швартовочный экипаж и развернуть правый купол, затем связался с Конфрасс.

— Я возвращаюсь за «Чумой», Ольга, — сообщил он, оглядываясь через гиперэкраны на ее навигационные огни, едва различимые сквозь шторм. — Она почти полностью в воде.

— Не сомневалась, что ты так сделаешь, — заметила Конфрасс. — Я сама еле-еле не сбиваюсь с курса со своей сладкой парочкой.

— Понятно, — бросил Кэнби. — Продолжай двигаться на юг к Норфолку. Скарбински говорит, что шторм идет на убыль, значит, скоро будет легче. К тому же примерно через час начнет светать.

— Удачи, командир, — пожелала ему Конфрасс. — Увидимся в Норфолке.

— До встречи, — ответил Кэнби исчезающей с экрана Конфрасс, осторожно поворачивая штурвал.

За бортом поднимались бесконечные ряды волн и капризно мерцали в свете навигационных огней. Огибая большой круг, позволявший «Войне» с буксиром благополучно занять нужный курс, «Смерть» болталась в бурном потоке, словно сорванный с дерева листок Кэнби заметил, что даже затаил дыхание, колдуя над управлением — после почти десяти лет бездействия. Но возле командира на месте первого помощника спокойно сидел Чанг О'Коннор и во всем помогал ему. Кэнби подумал, что в подобные минуты без такой поддержки просто не обойтись. Качая головой, он посмотрел на гиперэкраны, а затем заставил себя ослабить сжимающие рычаги управления пальцы — теперь требовались лишь легкие касания. С большинством из нынешнего экипажа Кэнби уже приходилось бывать в переделках и выходить из них, но… лиха беда начало.

— Норма, — повернулся он к дисплею. Тотчас же на экране возникла голова Гриффит.

— Командир? — спросила она из машинного отделения.

— Мы возвращаемся за «Чумой». Скорее всего не обойдется без маневрирования, а я знаю, у тебя не было времени как следует проверить рулевую машину. Так что…

— Ловите «Чуму», — настойчиво сказала Гриффит. — Я тут буду держать все под контролем.

— Спасибо, Норма, — поблагодарил ее Кэнби.

— Это моя работа, — ответила Гриффит, и ее изображение на дисплее растаяло.

— Правый купол развернут, — доложил Беннет. — Швар-товочный экипаж здесь, со мной, и мы с буксиром стоим неподалеку.

— Очень хорошо, — отозвался Кэнби, глядя, как «Чуму» швыряют огромные волны. — Сколько тебе нужно времени, чтобы немного осветить объект, Лейла?

— Все уже готово, командир, — сообщила Петерсон. — На всякий случай. Смотрите.

В ту же минуту бушевавший океан осветился неровным сиянием, описавшим небольшую дугу, прежде чем отыскать барахтавшийся в волнах корабль.

— Лейла, — изумленно пробормотал Кэнби, — ты бесподобна.

— А разве кто-то сомневался? — парировала Петерсон.

Кэнби собрался было тоже сострить в ответ, когда О'Коннор завопил:

— Рифы! Рифы! Полный назад!

Не успело еще разнестись это страшное сообщение, как с кормы раздалось еще одно предупреждение;

— С правого борта рифы!

— Мы на мелководье, — услышал Кэнби крики Наргейт швартовочному экипажу. — Ради бога, бросайте якоря! Скорее!

— Стоп, Беннет! — рявкнул Кэнби, смерив навигатора свирепым взглядом. Наргейт заверещала:

— Черт, Кэнби, мало тебе, что ты довел корабль до беды? Теперь еще хочешь погубить нас всех?

Кэнби оставил ее вспышку без внимания — отвечать было некогда. «Чума» стремительно уваливалась под ветер, а экипаж Кэнби, еще не привыкший к военной дисциплине, которая спасала их в прошлом от многих опасностей, парализовали вырвавшиеся у Наргейт слова.

Голосом, перекрывавшим шторм и гул двигателей, Кэнби начал отдавать приказы, одновременно осторожно двигая корму «Смерти» поближе к переднему швартовочному куполу «Чумы», чтобы можно было выстрелить трос. Каждая команда Кэнби звучала точно и четко, что в прошлом прославило его как непревзойденного мастера космических полетов. Действуя в основном интуитивно, Кэнби крепко держал штурвал и разворачивался против ветра. В считанные секунды корабль стоял почти параллельно «Чуме» и всего лишь в нескольких ярдах от ее купола.

Кэнби приготовился, прикинул расстояние и крикнул: «Огонь!» Швартовочный экипаж сразу же выстрелил трос. Но в суматохе тот скользнул обратно в беспокойные волны, прежде чем его успели забрать на борт. Кто-то из швартовочной команды «Чумы» безуспешно попытался поймать трос — огромная волна подняла «Смерть» так высоко, что его отбросило на сотню футов в сторону.

— Еще раз! — прокричал Кэнби, инстинктивно приводя в работу регуляторы тяги.

К этому времени «Чума», которую отнесло за «Смерть», сама едва не налетела на рифы. «Смерть» оказалась почти в таком же плачевном положении, однако Кэнби не привык к поражениям — ни в чем. Сжав челюсти, он подождал, пока швартовочная команда справится с буксиром, а потом ослабил регуляторы тяги, пока два купола не расположились почти перпендикулярно — всего в паре футов друг от друга.

— Да брось ты его вручную, Беннет! — приказал Кэнби. Тотчас же, описав широкую дугу, швартов упал в руки поджидавшего его экипажа «Чумы» — как и Петерсон, Беннет тоже предвидел очередное распоряжение командира. Впрочем, удивляться было некогда. Обоим кораблям еще грозила опасность.

Кэнби продолжал маневрировать. Мало-помалу он взял «Чуму» на буксир, удерживая «Смерть» возле самых рифов и периодически выкрикивая приказы. Уже давно рассвело, а Кэнби все боролся со штормом. Порой казалось, что два корабля слепо летят прямо на покрытую пеной отмель, где их неминуемо подстерегает гибель. Но снова и снова «Смерть» уступала твердой руке капитана, а трос держал. В одну из таких критических минут Кэнби прищурился.

— Видишь вращающийся маяк на западном мысе? — спросил он, вглядываясь сквозь дождь.

— Да, — проговорил, задыхаясь, О'Коннор, — вижу.

— А башню чуть севернее — ту, что похожа на елку?

— Вижу.

— Это широковещательная башня — «WNRG19», далеко на суше. Я помню ее еще с флотских времен. Если огонек удержится к югу от башни, все будет в порядке, если нет — я посадил оба корабля на рифы.

— Господи! — воскликнул О'Коннор. — Может, нам обойти еще раз?

— Не получится, — сказал Кэнби, качая головой. — Посмотри на карту. У нас едва хватает места пройти отмели тем курсом, который мы взяли. Но если мы сможем обойти с наветренной стороны скалу под названием Зуб Сатаны, то минуем самую дальнюю точку. Иначе…

— Почему мы не вышли тем же путем, что и зашли? — спросила Наргейт.

— Я бы так и сделал, — буркнул Кэнби, — если бы позволил прилив. Но в борьбе со штормом у нас просто не хватало мощности.

Взглянув в гиперэкраны, капитан сжал губы. Никто и не обещал, что будет легко.

— Гриффит, — приказал он, — на короткое время мне понадобится вся стартовая энергия.

— Бог ты мой, прошу у командира прощения, — проворчала Гриффит, — но мы еще не проверяли корабль с такой энергией.

Кэнби почувствовал, что улыбается.

— Теперь уже некогда, — заметил он. — Кроме того, ты что — хочешь жить вечно?

— Конечно, нет, — буркнула Гриффит. — Терпеть не могу старость.

Спустя несколько секунд она заглянула с экрана в глаза Кэнби.

— Считай, что вся энергия твоя. Пользуйся!

— Это самоубийство! — завопил кто-то с кормы.

— Это необходимость, — парировал Кэнби. — Смотрите, — предложил он, показывая на землю, — сейчас две башни почти сливаются. Нас по-прежнему сносит в подветренную сторону… Гиббоне! Отдай все, что есть у «Чумы», и следуй за мной.

Затем он толкнул регуляторы тяги вперед от отметки «СТАРТ» до отметки «БОЕВАЯ НАГРУЗКА» и с замирающим сердцем стал ждать. В какую-то секунду результат показался сомнительным. Удары двух неотрегулированных двигателей сотрясали весь корпус. Оглядываясь назад, Кэнби заставил себя дышать. Буксир все еще держался, а оба корабля двигались против шторма. Кэнби сделал все что мог — теперь это должно или сработать, или нет. Он ощущал нараставшее напряжение экипажа. Затаив дыхание, все ждали…

Немного впереди белел от пены океан, и волны, вместо того чтобы катиться одна за другой, казалось, беспорядочно метались. Кэнби разглядел в водном хаосе темный вал не больше сотни метров шириной, но вскоре тот скрылся из виду. Скорее по наитию, чем по каким-то другим соображениям, Кэнби повел корабли между бурунами. Командиром овладело полное спокойствие, он правил рулем так, словно его кто-то вел. Снова и снова, когда пена откатывалась в подветренную сторону, экипаж оживлялся, предполагая, что опасность миновала, но огромные волны вздымались перед ними одна за другой.

Наконец два корабля достигли такого места, где, казалось, их подстерегала сама погибель. Кэнби ждал этого Сосредоточившись, он вгляделся в волны, заметил скалу как раз тогда, когда она на секунду обнажилась, затем обогнул дальний край узкого прохода, рывком в самый последний момент сдвинул руль управления и благополучно вывел оба корабля из рифов в тяжелые волны открытого океана.

По всей их рубке — так же как и на «Чуме» — прокатились крики радости. Гиббоне выглядел на экране так, будто провел за приборами лет десять. Кэнби прекрасно понимал причину. Его помощнику досталась более трудная работа ждать и следовать за человеком, суждению которого приходится безоговорочно подчиняться.