Бхагван Раджниш – Удар по скале. Вечерние беседы с современным Буддой (страница 21)

Для тебя это тоже будет полезно, потому что только эго испытывает боль. Больше ничто не испытывает боли, только эго. Оно подобно ране — очень болезненно. Стоит к нему прикоснуться, и ему больно. Она удовлетворяла твое эго, а теперь ей хочется побыть одной, и это причиняет боль.

Постарайся понять. Позволь ей быть одной, оставь ее в покое и дай больше пространства. Каждый раз, когда почувствуешь, что ей нужно побыть одной, отойди в сторону — и она будет тебя от всего сердца любить за это, потому что с твоей стороны это жест любви. Когда кому-то нужно побыть в одиночестве, следует оставлять его в одиночестве. Если любишь ее, ты поймешь эту потребность — это потребность роста. И она будет благодарна тебе, благодарна больше, чем когда-либо. Всегда помни, что если тебя любят из страха, такая любовь фальшива, поскольку любовь не может возникнуть из страха. Это пустой жест. Любовь может возникнуть лишь из глубокого понимания, а не из страха.

Итак, это поможет вам обоим. И это должно было произойти. Каждый раз, когда ко мне приезжает пара, их старая модель поведения неизбежно меняется, поскольку раньше они жили в определенных отношениях, а теперь начинают расти. Вы уже не вмещаетесь в те старые отношения, вы становитесь все больше и больше. Ваши платья были сшиты для детей, и теперь они слишком малы, вам в них тесно. Поэтому не цепляйся за старые схемы, избавься от них. Помоги ей быть одной.

(Обращаясь к жене) А ты понапрасну не причиняй ему боль. Когда хочешь побыть одна, просто скажи, что хочешь побыть одна. Это тоже надо понять, потому что очень часто мы хотим побыть в одиночестве, но выражаем это желание очень некрасиво. Мы говорим другому человеку, чтобы он ушел или что он нам не нужен, что мы его больше не любим. Мы это говорим, хотя в действительности просто хотим сказать, что нам хочется побыть в одиночестве.

Итак, когда хочешь побыть одна, просто попроси его об этом и будь с ним ласковой, чтобы он смог понять. Если он не поймет, он будет причинять тебе неприятности, и тогда рост будет невозможным.

Вы оба растете, и у вас будет много любви. Вы готовитесь к ней. Нужно лишь немного терпеливо подождать. Не беспокойтесь. Через несколько недель вы увидите, что между вами возникает глубокое взаимопонимание и любовь совершенно нового качества. Все будет хорошо.

А как ваша дочь? Помогайте ей медитировать. Если она с этого возраста начнет делать медитации, она не столкнется в будущем с такими трудностями, как вы. И если она с самого начала станет медитативной, у нее будет совершенно иная жизнь. Ее выбор будет иным, ее любовь будет иной, все ее бытие будет иметь иное качество роста.

Это самое подходящее время, чтобы начинать медитировать. В этом возрасте ум почти чист, непорочен, невинен, и если в него посеять семена, они проникнут очень глубоко. Плоды, возможно, появятся не скоро, но рано или поздно они все же появятся.

Когда вы узнаете что-то новое в более взрослом возрасте, ваше собственное знание всегда действует как барьер, оно отвергает многие вещи, верно?

Ошо дарит их дочери подарок, игру.

*

В течение последней недели я чувствую, что внутри меня происходит борьба. Я чувствую, как мое сердце начинает открываться и струиться, а затем оно закрывается и сжимается. Я чувствую себя одновременно и счастливым, и печальным.

Наслаждайся и тем, и другим, не выбирай. Как только начинаешь выбирать, начинаются проблемы. Печаль — такая же часть жизни, как и счастье. Не нужно ее отрицать, ее необходимо принять. Когда ты в гармонии со всем, это прекрасно.

Человеку, который не может быть несчастным, не может быть печальным, чего-то не хватает. Его счастье поверхностно — печаль дает глубину. Поэтому не отвергай ее. А ум приучен отмахиваться от печали. Он приучен быть только счастливым — но это глупо!

Если хочешь смеяться, надо уметь плакать. Если не текут слезы, смех будет притворным. Если есть слезы, только тогда смех может быть глубоким и искренним. Человек растет в обе стороны одновременно, как дерево. Дерево растет ввысь, а корни его уходят вниз, глубоко в землю. В печали твои корни уходят вглубь, а в счастье твои ветви возносятся ввысь — ты и то, и другое. Прими то и другое и наслаждайся тем и другим. Если человек способен принимать противоположности, то ему больше нечему учиться.

Если ты спросишь меня, чему надо научиться, я скажу: будь счастлив и вместе с тем несчастлив — этого довольно. Вот вся философия и вся религия. Попробуй!

*

А ты как? (Саньясин молчит.)

(Смех) Скажи что-нибудь!

Я не знаю. Я смеюсь, но мне очень грустно, особенно, когда я слушаю тебя. Вначале это было прекрасно. Каждое слово было словно мед и великая радость, а теперь я чувствую, что все причиняет мне сильную боль. Возможно, это те же самые слова, но теперь они входят в меня как нож. Я очень сильно страдаю.

Страдай — тебе придется проходить со мной все фазы жизни. Ты будешь со мной грустить, страдать, праздновать. Тебе придется проходить со мной через все настроения.

Я не какая-то одна пора года, я — целый год. Придет лето и зима, будет весна и осень — и ты должен проходить со мной через весь год.

Есть люди, подобные отдельным временам года — у них один вкус. Если они лето, то они всегда лето, если они зима, то всегда зима. Я не ограничен подобным образом. И для меня люди, являющиеся только одной порой года, мертвы — они не знают, что такое жизнь. Жизнь — это бесконечное изменение, бесконечный поток. Волна за волной, и океан несет свои воды, волны разбиваются о скалы и продолжают свою песню.

Тебе придется жить со мной в разные времена года, в разных настроениях. И когда ты проживешь все времена года и все настроения, тогда ты поймешь, что такое богатство.

Так что позволь и этому происходить. Если мои слова были подобны цветам, пусть теперь они пронзают тебя как ножи. Если мои слова были бальзамом, пусть теперь они будут огнем и пламенем. Поскольку в конце концов тебе придется пройти через все противоположности — чтобы снова вернуться домой, вернуться туда, где все противоположности встречаются, сливаются и исчезают.

Однажды наступит момент, когда ты будешь слушать меня, и не будет ни грусти, ни счастья. Мои слова не будут ни цветами, ни языками пламени. Ты будешь просто слушать в полной тишине, совершенно безмолвно. Тебя как будто не будет — только тогда ты услышишь послание. А пока одно настроение сменяет другое — но каждое из них хорошо само по себе, наслаждайся ими, ладно? Если ты живешь со мной днем, кто тогда будет жить со мной ночью? Прими все мои грани, и каждая новая грань будет в тебе что-то ломать — блоки, лед — и помогать тебе течь. Я буду наносить по тебе удары разными способами. А сдача означает, что ты готов.

Чтобы я мог помочь тебе, ты должен быть готов. Если ты скажешь, что сдаешься и последуешь за мною в рай, но не пойдешь за мной в ад, значит, ты не сдался. Только если ты готов последовать за мной куда угодно, лишь тогда ты готов идти со мной.

Мое понимание таково: пока ты не коснешься самого дна ада, ты никогда не познаешь рая. Именно для этого существует ад — чтобы очистить тебя, разрушить в тебе все ненужное, так чтобы в тебе смог расцвести рай. Это парадоксально — это звучит парадоксально, но цветок рая расцветает в аду.

Поразмышляй над этим! (Смеется)

Глава 13

Поиск превращается в путь

28 декабря 1975 года, вечер, зал Джуан-цзы, Пуна, Индия

Первым встает художник из Берлина.

Я думаю, что во мне начинается что-то новое, но я еще не начал...

Начни! Всегда трудно начать что-то новое, потому что ум пытается отложить это. Ум полностью устраивает прошлое. С новым возникает какое-то неудобство. Но не откладывай.

Если ты чувствуешь, что приближается что-то новое, что ты хотел бы чего-то нового, начни делать это — поскольку лишь через действие оно внедрится в твое бытие. Лишь через действие мы узна$ем, кто мы, лишь действие открывает нашу сущность. Танцуя, ты узна$ешь, что ты танцор — иначе это узнать невозможно. Если ты ни разу не танцевал, ты никогда не узнаешь, что ты танцор, ты не познаешь этой грани.

Действие всегда меньше, чем бытие. Что касается бытия, ты бесконечен, ты — это все. Но что касается действия, есть предел. Тебе приходится выбирать: делать что-то одно и не делать другое.

Ты прирожденный художник, это твое естественное проявление. Поэтому если возникает что-то новое и свежее, ты, вероятно, колеблешься, ведь ты известный художник — у тебя есть имя, определенный имидж, твое прошлое, привычный образ жизни — все это может стать препятствием.

Иногда быть знаменитым очень опасно, поскольку ты больше не можешь играть с новым. Ты начинаешь бояться. Знаменитость означает, что ты слишком много вложил в прошлое. Всегда оставайся любителем, никогда не становись специалистом. Всегда играй с новым, и пусть твоя жизнь будет развлечением, а не серьезным делом. Серьезные люди умирают еще до смерти.

Итак, начни прямо сейчас и не теряй времени — это может быть все, что угодно, и ты не узнаешь, пока не попробуешь.

Это как женщина, носящая ребенка в утробе. Пока ребенок не родится, она никогда не сможет узнать, каков он — мальчик или девочка, красивый или уродливый. Это невозможно узнать. Можно почувствовать — женщина может почувствовать, что в утробе есть нечто живое и толкающееся, но кто это, никому не известно. Даже матери не дано этого знать.