Безбашенный – Цивилизация (страница 121)

– Здесь не очень-то хорошие дороги, а ещё хуже – повозки.

– Морем доберёмся за полдня.

– Морем?! Ты серьёзно?! Пираты же!

– Ну и что? Море – оно большое, а нам с ними – в разные стороны…

25. Операция "Мумия"

– Я думала, мы достаточно понятно объяснили тебе, что не в твоих интересах задерживаться в Никомедии, – не слишком любезно встретила кидонийку "несравненная" Андромаха Фиванская, неплохо сложенная блондинка и текущая знаменитость вифинской столицы, – Ты же прекрасно поняла, что ты здесь лишняя, и даже уезжала, вроде, куда-то. Зачем ты снова здесь? Афродита свидетельница, мне не хочется ворошить старое, ну так и не вынуждай меня к этому. Тебе и так не позавидуешь, а если тобой заинтересуются ещё и жрицы храма? Зачем тебе эти лишние неприятности?

– Не тревожься, я абсолютно не собираюсь отбивать у тебя Прусия-младшего, – успокоила её Мелея.

– Попробовала бы ты его у меня отбить! – усмехнулась знаменитость, – Только тебе, самозванке, и помышлять о подобном! – по циркулирующим в городе слухам, она как раз и состояла в текущих любовницах царского наследника и будущего Прусия нумер Два, которому дожидаться трона оставалось уже недолго.

– Тебе парик не жмёт? – самым невинным тоном съязвила кидонийка, намекая на довольно жиденькие собственные волосы знаменитости.

– Помалкивала бы лучше! – окрысилась та, – Тебе твоя роскошная грива сильно помогла? Она ведь скрыла от тебя то, что она самозванка, а вовсе не настоящая гетера? – это уже адресовалось мне.

– Я варвар, несравненная, в ваших эллинских тонкостях разбираюсь слабо, и они меня мало волнуют, – ответил я, – Но раз уж для вас они так важны, то давайте на эту тему и побеседуем, пока вы не набросились друг на дружку с ногтями наперевес.

– Ну что ж, я охотно расскажу тебе то, о чём "поскромничала" уведомить тебя наша пышноволосая и несравненная Мелея Кидонская, – усмехнулась гетера.

– Не утруджай себя, Андромаха, я вполне могу сделать это и сама, – решилась кидонийка, – А ты поправишь меня там, где я приукрашу в свою пользу, и добавишь там, где я опять "поскромничаю", как ты выражаешься.

– Хорошо, пусть будет так, – согласилась фиванка.

– Ну… гм… в общем, кое в чём Андромаха права, – начала Мелея, – Я и в самом деле не могу считаться настоящей гетерой, поскольку я не получила от Школы пояса, а точнее – звезды Школы на его застёжку. Меня выгнали из Школы перед самым выпуском. Я сдала экзамен, даже получила испытательное задание, но выполнить не успела – к его исполнению меня так и не допустили…

– Скажи ещё, что ни за что, ни про что! – хмыкнула Андромаха, – С тобой ещё мягко обошлись за то членовредительство и попытку убийства, которые ты учинила!

– Не преувеличивай. Ножницами я ткнула Лаодике в руку, которой она держала их, когда пыталась обрезать мне волосы, а тебе только пригрозила ими, чтоб не вздумала подходить. К Эринне я ими даже не прикасалась…

– Верно, ты "всего лишь" швырнула её лицом в стену! И между прочим, ты ей сломала нос и расквасила губы!

– Разве я не просила добром оставить меня в покое? Как ещё с вами быть, если по-хорошему вы не понимаете?

– Но не калечить же при этом! Тебя разве пытался кто-то искалечить?

– Нет, вы "всего лишь" пытались заклевать меня, как заклевали Ксантию.

– А за что, кстати? – поинтересовался я.

– Да они обе были чокнутые! – ответила блондинка, – Они вообще ни с кем из нас нормально не ладили, только меж собой и спелись! Мы даже сначала думали, что они вообще трибады, но потом две настоящих трибады нашлись среди нас самих, и во всём остальном они были нормальны, как и все – не то, что эти…

– Но продолжать дразнить нас с ней трибадами и позднее вам это не мешало, – напомнила ей кидонийка.

– А как вас было не дразнить, когда вы обе чокнутые? Когда мы, нормальные девчонки, играли в кости, сплетничали о мужиках или обсуждали наряды и украшения, вы с Ксантией чем занимались? Какие-то книжки читали и обсуждали их!

– И что, вам это сильно мешало?

– Да вороны бы с вами, если бы вы изучали себе всю эту муть потихоньку и не демонстрировали этого открыто! Но вы же нас этим своим дурацким рвением подставляли перед наставницами! Вы, значит, старательно учитесь, а мы – разгильдяйки, получается! Вам сколько раз намекали, что так не делается, и надо быть, как все!

– А если нам было не интересно? И можно подумать, кого-то из вас хотя бы раз наказали за ваше разгильдяйство!

– Хвала Афродите, наставницы Школы – как раз нормальные, в отличие от вас. Но разве в этом дело? Вы вообще всё время умничали и выпендривались своим умом! Мы эту дурацкую философию читали, чтобы остроумных цитат из неё надёргать и блеснуть ими на симпосионе, а вы – ВСЕРЬЁЗ изучали! И вороны бы с вами, у каждой из нас свой бзик в конце концов, но ТАК же тоже нельзя! Начинаются симпосионы, и любой из нас при выпуске могло достаться задание соблазнить какого-нибудь шибко умного философа, а как тут их соблазнишь, когда вы с Ксантией умничаете, а нас этим дурами выставляете?!

– Кто вам мешал учиться получше?

– Ты издеваешься, что ли? Делать нам, что ли, было больше нечего? С чего ты вообще взяла, будто все должны быть такими же чокнутыми, как и вы? Если бы вы хоть рассчитывали, что философы достанутся в качестве задания именно вам – вас можно было бы ещё как-то понять, да и мы были бы только рады и за вас, и за себя. Но кто поручил бы вам философов? Наставницы что, не знали нас всех как облупленных? Или вы не знали, что этот "честный" розыгрыш заданий по жребию – на самом деле фарс?

– Я так и не понял, несравненная, какова связь волос со знанием философии? – вмешался я в их перепалку, – Ну, обрезали бы вы ей волосы – чем это помогло бы вам в состязании умов и знаний?

– Да ничем, конечно, – махнула рукой Андромаха, – Использовала бы парик, и мы бы даже помогли ей обзавестись хорошим париком – не надо считать нас совсем уж сволочными стервами. Это вообще идея была не моя, а Лаодики…

– Но участвовать в её затее тебе это не помешало! – съязвила кидонийка.

– Этого не было бы вообще, если бы ты сделала так, как мы тебя просили. Мы же по-человечески просили и даже подарить тебе хотели эту пару накладных локонов, чтобы ты не тратилась на них сама. Не убыло бы от тебя, если бы ты прицепила и их к своей гриве, чтобы поменьше выделяться среди нас. Мелея своей гривой затмевала нас всех, – это она уже мне объяснять начала, – К нам боги оказались скупее, и многим из нас приходилось носить парик или хотя бы накладные локоны, а у Лаодики волосы – и вовсе одно название, и ей без парика было вообще никак. А на симпосионах ведь нас оценивают опытные любители женской красоты, и на фальшивки у них глаз намётан. Ну и как тут на них впечатление произведёшь, когда у этой – вон какая собственная копна? Это же разве честно? Мы просили её немножко нам подыграть с парой накладных локонов – у неё всё равно осталось бы преимущество, просто не такое резкое, и нам прибавилось бы шансов. Но она послала нас к воронам! Мы и без её помощи не пропали, но ведь это неуважение – естественно, мы рассердились! Резать ей за это волосы мне бы и в голову не пришло, но Лаодика решила, что нечего ей выделяться, пусть тоже в парике с нами посостязается, а к нему ведь ещё и привычка нужна, которой у неё нет – так не делается, конечно, но без этого у Лаодики, пожалуй, не было бы шансов вообще. Ну а Эринна хотела отомстить ей за синяки после их драки…

– Скажи ещё, что незаслуженные! – хмыкнула Мелея.

– Ну да, за Ксантию. Но ты могла бы быть и поаккуратнее.

– С какой стати?! Это Эринна затюкала её до ухода из Школы! Не она одна, вы все участвовали, но заводилой была она!

– И за это нужно было разукрашивать её синяками накануне симпосиона?

– А то, что она судьбу девчонке исковеркала – это нормально?

– Ну, так уж прямо и исковеркала! Жизнь гетеры нелегка, и если Ксантия такая неженка – как она тогда собиралась выдержать её? Ещё и благодарна нам быть должна за то, что от большой ошибки её уберегли.

– Тебе не кажется, что это не вам было за неё решать?

– Может и не нам, но тогда и ей не следовало ерепениться вместе с тобой. Ты – да, ершистая, и тебя не очень-то затюкаешь…

– Боюсь, что если вы будете вспоминать все ваши дрязги с самого начала, то так вы и до ночи не кончите, – заметил я, – Чем закончилась эта история с волосами?

– Ну, что Мелея натворила, она сказала уже и сама, – напомнила Андромаха, – Розог за это досталось всем, включая и меня. Лаодику выгнали в портовые порны, Эринна с её шрамами провалила испытание и получила низший разряд, да и молва ведь по городу разошлась, а с таким позором – какая уж тут популярность? Ну а Мелею – как раз за то, что изуродовала её – вообще не допустили к испытанию и отправили в храм Афродиты Пандемос иеродулой. Не самое строгое наказание за такое…

– Ну да, раздвигать ноги для всякого желающего, зарабатывая деньги для храма, а в праздник Афродиты – вообще бесплатно! – фыркнула кидонийка.

– А сбежав из храма, ты теперь не просто самозванка, а ещё и беглая иеродула, и уклонившись от служения богине, ты совершила святотатство, – заметила блондинка.

– То есть, появляться в Коринфе ей теперь нельзя? – уточнил я.

– Если пройдёт слух, то ей и здесь не поздоровится, как и в любом эллинском городе, где чтут богов и к служению им относятся серьёзно.