Безбашенный – Цивилизация (страница 114)

После завтрака мы направились на пляж – и искупаться в своё удовольствие, и проследить, как Хития будет преподавать Имильке с Гамилькаром заключительный урок плавания под водой. Я ведь упоминал уже, что для порядочной античной бабы плескаться в море с посторонними мужиками – нонсенс даже при всём этом греческом либерализме к наготе? Вот и надо, стало быть, искупаться самим, пока спартанка проводит сухопутную часть урока, потому как когда она дойдёт до плавательной практики – нас в воде быть уже не должно. Самой-то бывшей гетере эти условности по барабану, да и Лисимах же видит, что ничего предосудительного не происходит, но то на их взгляд, а тутошние зеваки – не поймут-с. И хрен бы с ними, да только нам ведь не нужно, чтобы тутошние кликуши о нас лишний раз судачили – чем меньше внимания мы привлекаем, тем лучше. Ну и Имилька, воспитанная в куда более строгих понятиях о приличии, уж точно не поняла бы. Наконец, официально мы с ганнибаловым семейством как бы не знакомы, и в этом смысле палиться нам тоже нет ни малейшего резона.

Окунулись, поплавали – красота, кто понимает! Греки-то в принципе купаются, но такого столпотворения, как на наших черноморских курортах в пляжный сезон, нет и в помине. Оно ведь понаехавшими с севера на тех курортах создаётся, а не местными, а тут – какие понаехавшие с севера? Это – античный мир, и по своей воле северяне сюда как-то не рвутся, а кто попадает – попадает в качестве раба, а не туриста, и купаться в море им особо некогда, если по хозяйской плети не соскучились. Так что есть народ, но плотность его – как на "диких" пляжах нашего современного мира. Увы, но и в античном мире тоже хорошего – понемногу. Судя по имитирующему гимнастическую разминку Лисимаху, как мы с ним и условились, нам пора закругляться…

– При полном погружении трубки вода заходит в эту штуку через вот эти дырки внизу, но воздух в ней сжимается и не пускает воду в её верхнюю часть, так что в саму эту трубку вода не попадёт, и не надо бояться захлёстывающей трубку волны, – Хития как раз объясняла удивлённо хлопающим глазами бабе и мелкому принцип действия защитного колпачка на верхнем конце дыхательной трубки, и мы едва не расхохотались – по-русски такая лекция звучала бы естественно, а с некоторых пор в одном достаточно удалённом месте на другом конце Средиземноморья – нормально звучит и по-турдетански, но ведь не по-древнегречески же, да ещё и с хорошо поставленным коринфским выговором, гы-гы! Сюрреализм, млять, для понимающих, и хвала богам, что по эту сторону моря означенных понимающих – всего трое!

– В то же время воздух в этой штуке будет сопротивляться и её погружению в воду, так что этот момент вы почувствуете, – продолжала спартанка инструктаж, – Для вас это будет знак, что погружаться глубже не нужно и даже опасно – вода с глубиной давит сильнее, и вы можете не суметь даже сделать вдох…

Уже глубже полутора метров это тяжело и не всякому под силу. Ну, ныряют-то и гораздо глубже, конечно, но не с трубкой же, а просто вдохнув перед нырком полные лёгкие воздуха – насколько хватает ныряльщику того воздуха, настолько он и ныряет, а для нормального дыхания через трубку там нужен уже компенсирующий давление воды водолазный костюм. Для нас это пока-что ещё запредельный хайтек – не в том смысле, что технически совсем никак, а в том, что некому и некогда у нас этим заморачиваться. То бишь технически-то можно, но не настолько пока-что нужно, чтобы отвлекаться на это от дел поважнее. Да и времени требует – хрен бы мы успели сваять что-то из этой оперы за то время, что было у нас на подготовку к этой командировке. А раз так, то мы даже и не помышляем о несбыточном, а довольствуемся посильным здесь и сейчас паллиативом.

Подковав обучаемых теоретически, спартанка приступила наконец к практике. Собственно, с трубкой Имилька и Гамилькар плавали уже не одно занятие, так что умели уже более-менее, но как плавали? С трубкой покороче и у самой поверхности – жопа во впадинах между волнами видна, грубо говоря. Глубже – только ныряли традиционно, то бишь без трубки. Теперь – на завершающем занятии – они это дело совместят, плавая на полутораметровой глубине и не боясь захлёстывающих верхний конец трубки волн, дабы не спалиться на липовом "утоплении" в ходе операции "Головастик", в детали которой они уже в общем-то посвящены, но даже не подозревают, что осуществится она уже сегодня – то-то отвиснут у них челюсти, когда Одноглазый объявит им об этом за обедом! Имилька точно забздит, ясный хрен, но она баба правильная, как нам припоминается по событиям двенадцатилетней давности, в которых "нас там не было", так что и перебздев, в ступор не впадёт, а уж ганнибалёныш, воспитанный отцом в ежовых рукавмцах – тем более. Пока же они, ни о чём таком не подозревая, просто практикуются "в условиях, приближенных к боевым". Ну, Хития считает, что в принципе к операции они готовы – настолько, насколько это вообще возможно за такой срок и втихаря.

Позагорав, смыв морскую соль в ручье и обсохнув, мы собрались – здесь и без нас занимающихся надёжно страхуют Лисимах и володины "амфибии", а нам ещё нужно проверить готовность прочих участников. Навестили рыбака Архелая, которому по плану предстояло "утопить" ганнибалово семейство, проверили, даже сплавали с ним на место для окончательной рекогносцировки. Затем проверили "спасателей", которые ломанутся "на помощь" первыми и добавят неразберихи, и наконец – "эвакуаторов", которые тоже прикинутся спасателями, но "не успеют", а посудина у них поменьше и особого внимания к себе не привлечёт. Вроде бы, предусмотрели всё, и дело на мази…

За обедом я налопался поплотнее, потому как для меня ужин был под вопросом. Это Володя с Васькиным после операции "Головастик" вернутся и нормально отужинают, мне же плыть на южную сторону залива и в лучшем случае курировать, ну а в худшем – проводить самому операцию "Хулиган". И ночевать я буду, соответственно, уже на той стороне залива, и конкретные обстоятельства будут зависеть от множества в том числе и не учтённых факторов. Где-то в чём-то придётся и импровизировать на ходу.

А после обеда – началось. Больше всего я не люблю суматоху, если только не я сам же её и организовал в соответствии с планом. На данном этапе всё должно было идти спокойно и размеренно, но – увы, иногда оно кому должно, всем прощает. Мы-то ведь как предполагали? На море случайности неизбежны, но не на улице же! Чай, не демократия афинского образца в Вифинии, а натуральная эллинистическая монархия, с которой особо не забалуешь, и откуда бы в ней взяться уличным беспорядкам? Но греки, как оказалось – и в Вифинии греки. Ладно, любите вы помитинговать – хрен с вами, митингуйте, то ваши греческие дела, а мы-то тут при чём? Если уж вам надо побузить непременно сегодня, так идите на площадь и бузите там, а на улице-то нахрена столпотворение устраивать?

Некогда было разбираться в социальных проблемах греческих гегемонов, да и не интересовали они меня абсолютно, мне в гавань нужно было поскорее, а чуток опосля – и менту со спецназером, а как тут поскорее, когда толпа митингует прямо за воротами, и затор ещё тот. Пришлось с чёрного хода выбираться, да обходными путями, а в результате я, конечно, припозднился. Посудина "эвакуаторов" не могла ждать и отплыла по графику, так что нагонял я её на спешно нанятом лодочнике. Нет, ну я мог, конечно, погрузиться и на "спасателей", которые были ещё у причала, но пересаживаться с них к "эвакуаторам" на месте означало спалить их знакомство, чего категорически не хотелось. Лучше всего, когда каждый отвечает за своё, а в остальном – моя хата с краю, граждане начальнички. Нагнал, расплатился с лодочником, пересел – дальше, хвала богам, дело пошло в штатном режиме. Погрузку на "спасателей" Володи с парой "амфибий" и Хитии с Лисимахом я наблюдал уже в трубу – тоже в спешке и запыхавшись, тоже с небольшим отставанием от графика, но уже в допуске, как говорится. Беда с этими греками, млять, и я очень надеюсь, что организаторы этой бузы огребут за неё от городской стражи по первое число…

Забавно было наблюдать в трубу, когда и "спасатели" подплыли поближе, как пловцы спецназера обуваются в кожаные ласты и проверяют трубки, а главное – готовят муляж спины акулы со спинным плавником – кошачьей, кажется, которая тоже не опасна, но покрупнее катрана. Ещё забавнее было, когда Хития затыкала мундштуки-загубники трёх дыхательных трубок леденцами – ныряешь "как есть", под водой принимаешь эту трубку, загубник в рот, леденец глотаешь, а через трубку дышишь.

Дальше, собственно, всё шло по плану. Архелай в гавани принял на борт двух расфуфыренных без пяти минут "утопленников" и доставил их на место – пришло время "топить" их. Двое "амфибий", обмотав верхние колпаки своих трубок водорослями для маскировки, нырнули с муляжом, и вскоре между посудиной Архелая и мелью показался акулий спинной плавник. Разве ж можно упустить такую добычу? Ганнибалёныш на носу с трезубцем – что твой Посейдон, только без бороды, гребцов поторапливает, те тужатся, аж вспенивая воду, да поглядывают на поплавок, которым место "катастрофы" заранее помечено. Акулий плавник идёт в аккурат к нему, преследователи за ним, спартанка, уже переодевшаяся и в ластах, сбрасывает плащ – ага, оставаясь в одних только ластах, берёт у Лисимаха три трубки и тоже ныряет. Пацан мечет трезубец, но попал в цель или нет, мне не видно, да и не столь это важно – шаланда налетает наконец на мель. Хорошо налетает, со всего маху, Гамилькар с матерью и доброй половиной архелаевых рыбаков, включая и его самого, летят за борт вверх тормашками, и даже я – в трубу и зная, куда там смотреть – едва замечаю исчезновение в этой неразберихе расфуфыренных бабы с пацаном…