Безбашенный – Новая эпоха (страница 11)

Ну, во-первых, сам носорог. Не знаю, может опосля они в Московском зоопарке и появились, но в мои детские годы, когда отец меня туда водил, ни одного носорога там не было. А потом прошли как-то времена того совдеповского дефицита и тех "колбасных" электричек в Москву, и желание мотаться туда в этой вечной теснотище быстро пропало, так что и не видел я в прежней жизни того носорога вживую ни разу, а видел только на картинках, да по ящику. Нет их и на Карфагенщине, да и в Гребипте тоже, а посему и в этой жизни мне их понаблюдать как-то не довелось – ага, в аккурат до сегодняшнего дня. Такая же точно хрень и у всех остальных наших – никто нормального носорога вживую не видел, а видели все только совсем махонького – жука-носорога, гы-гы! Мы вообще были уверены, что не водится здесь носорогов, как не водится ни буйволов, ни антилоп гну, ни зебр, ни жирафов – слишком сухая для них, видимо, тутошняя саванна даже сейчас, хоть и далеко ей ещё до современной безжизненной Сахары. Мы и слона-то в этой саванне ни одного не заметили, хотя уж слона-то не заметить – сами понимаете. Но нет их здесь, этих больших саванновых слонов, а есть только мелкие лесные – там, где леса сохранились. И тут вдруг – нате вам сюрприз по многочисленным просьбам трудящихся – живой носорог!

А во-вторых, тут как раз львиный прайд этим носорогом заинтересовался – не иначе, как в гастрономических целях. Мы, как увидели такое дело, так просто в осадок выпали. Нет, ну мне, конечно, рассказывал как-то один знакомый биолог, что водится такое за большими львиными прайдами – могут и на бегемота напасть, и на носорога, даже на слона, но ведь на подростка же, а не на матёрого взрослого! Этот нам подростком как-то не показался – и сам не маленький, и передний рог на морде внушительный, но то ли матёрые ещё здоровее, то ли эти львы такими отчаянными оказались или из совсем уж голодного края припёрлись – им, надо думать, виднее.

В общем, они вокруг него кружат, он то одну львицу шуганёт, то другую, а они ж не унимаются, явно на полном серьёзе добыть его вознамерились. А ему оно надо, стать ихним обедом? Он от них наутёк, они за ним. Может быть, и загнали бы они его до упаду, и тогда он точно был бы их, но им не хватило терпения. Одна из львиц нагнала носорога и вцепилась ему в ляжку, причём хорошо так вцепилась, добротно. И вот тут-то он наконец рассвирепел! Лягнул обеими задними, да от души лягнул – львица отлетела на несколько шагов, выдрав у него из ляжки, впрочем, изрядный кусок мяса, он развернулся, да на неё, а та сплоховала – то ли сломал он ей чего-то при ударе, то ли контузил. Другая львица попыталась его отвлечь, но куда там! Он её просто боднул – даже не рогом, а мордой, но и так снёс её на хрен в сторону. Кажется, ещё и куснуть её при этом за бочину успел – за чёрными носорогами такое водится, любят они, как я где-то читал, кусаться не меньше, чем бодаться. А рогом досталось той, ушибленной. Кто сказал, что львы не летают? Вот мля буду, в натуре, век свободы не видать – эта взлетела метра на три! Ну, пусть на два с половиной, но на них – уж точно, тут – Володя с Серёгой свидетели. Ненадолго, правда, взлетела, да и приземлилась неудачно – не на лапы, а на бочину, и второй попытки ей не было суждено – мегафауна ведь не только бодаться, но и топтать умеет мастерски, и уж этот потоптал её на совесть. Ни прочие львицы, ни гривастый лев-самец даже вмешаться не рискнули, да и вообще прайд как-то стушевался, не иначе как придя к двум разумным выводам – о несъедобности носорожьего мяса и о наличии у них весьма важных и весьма срочных дел где-то в совсем другом месте…

При чём тут мы – это вы не меня, а его спросите, носорога. Мы бы спокойно себе поехали дальше, но львиный прайд, явно не условившийся заранее, в каком именно месте у них эти важные и срочные дела, брызнул врассыпную веером, и надо ж было так случиться, что льва с одной из его львиц как раз в нашу сторону нелёгкая понесла. Мало им в саванне места, что ли? И носорог – тоже хорош. Нет бы растоптать поверженную львицу в тонкий блин, потом обоссать или обосрать или там ещё как-нибудь свою победу отпраздновать, а этот дебилоид толстокожий зачем-то преследовать их ломанулся – ага, именно их, будто бы другие чем-то хуже. Ну и лошади наши, тупицы эдакие, ни хрена не сообразили, что ни разу не по их душу эти лев со львицей, а сами улепётывают на хрен, похлеще их перебздевшие. Всхрапнули, заржали, на дыбы вскинулись – спасибо хоть, наши "рогатые" сёдла от падения нас уберегли, иначе был бы вообще полный звиздец. Лошади, короче, понесли, а придурошный носорог на них внимание переключил и как-то в своём тупом умишке со своими обидчиками их связал, ну и нас вместе с ними до кучи. И теперь вот улепётываем уже мы от него вместо тех львов, которые давно уже, небось, отдышались, опомнились и звиздуют себе спокойненько куда-нибудь по каким-то своим львиным делам. Вот так и бывает по жизни – идёшь ты себе тихо и мирно по делу, никого не трогаешь, никто тебе на хрен не нужен, но тут найдётся ведь какая-нибудь сволочь, да втравит тебя в какой-нибудь на хрен не нужный тебе конфликт. И она в стороне, а ты за неё разгрёбываешься…

В общем, несёмся мы галопом и совсем не туда, куда направлялись, и лошади наши уже уставать начинают, а эта тупая толстокожая скотина так и прёт по-прежнему за нами как наскипидаренная. Танк не танк, для танка он может и маловат, но уж на БМП или на БТР тянет вполне, так что один хрен бронетехника, а противотанкового ружжа у нас на него нет. Володя уж и за гранатой тянется, но вовремя передумывает – тут на такой дистанции и самих осколками посечёт на хрен. К счастью, впереди спасительный лес…

Вот сейчас бы в заросли заглубиться, и если этот урод не отстанет, так среди деревьев можно уже рискнуть и гранатой шарахнуть. Но у самой опушки наши кони вдруг снова всхрапнули и как-то не отреагировали на наши шенкели, а серёгин скакун и вовсе в сторону метнулся. Глядим – а там молодой слон-подросток посреди кустов, который и сам перебздел и затрубил. Наши с Володей кони его по бокам обогнули, а преследующего нас носорога прямо на него вынесло, да только элефантёныш дожидаться столкновения не стал, а тоже задал стрекача. Навстречу слонопотама покрупнее вынесло, мы с Володей от греха подальше в стороны, хорошо хоть, кони к хоботным более-менее привычны – один хрен бздят, но хотя бы в панику не впадают. Носорог же при виде взрослого слонопотама обороты сбавил, но всей серьёзности момента явно не оценил и воинственных намерений не утратил. А зря – слоны ведь, в отличие от носорогов, поодиночке шляются редко. На помощь собратьям из чащи выломился вообще матёрый элефантище, к компромиссам явно не склонный.

Лесной слон не так уж и велик, помельче степного и даже индийского, и будь носорог матёрым белым – тут возможны были бы варианты. Хотя – какие тут в звизду варианты? На матёрого белого львы напасть перебздели бы и хрен бы его раздраконили, и пасся бы он себе спокойно дальше, а мы объехали бы его аккуратно и ехали бы дальше своей дорогой. Но попался – и львам, и нам – чёрный, и случилось то, что случилось, и вот он здесь, перед матёрым слоном, против которого у него шансов ноль целых, хрен десятых. Так оно, ясный хрен, и вышло. Размер в нашем грубом материальном мире имеет значение, и когда две горы живого мяса столкнулись, то большая, естественно, снесла меньшую. Опрокинутый на бок носорог ревел и дрыгал всеми четырьмя конечностями, под которые не рекомендуется попадать человеку, но слонопотама они не впечатлили, а вот его бивни вошли в носорожье брюхо так, будто там и есть их законное место. А бивни у матёрого лесного слона длинные, если не сломаны, и у этого они не были сломаны, так что проникли они глубоко и действие произвели соответствующее. Что ж, мир праху толстокожего. Как там у того Зайцева, который Барон, в песне про преторианцев? Мы в битве пали, мы проиграли, но честь гвардейцев судить не вам…

Мы опасливо отъехали подальше на случай, если и элефантус примет нас за плохих парней, но тут из леса вышел крепкий чернобородый мужик с большой корзиной, окликнул хоботного, и тот, перестав обращать внимание на нас, направился к нему. А я, разглядев на мужике чалму, узнал его – Кавад, старший из трёх добытых агентурой тестя антиоховых "индусов". "Индус" – это в данном случае именно в кавычках, потому как это специальность, если кто не въехал. Так по традиции во всех странах вне Индии, имеющих в своих армиях свою собственную элефантерию, слоновых погонщиков и дрессировщиков именуют, первые из которых были натуральными индусами. Но с тех пор доброе столетие уже миновать успело, и везде успели обучиться собственные национальные кадры, и по национальности Кавад, как и оба его коллеги – перс. По-персидски, конечно, никто у нас ни бельмеса не смыслит, но в этом и нет нужды – все трое, будучи как-никак бывшими подданными эллинистического монарха и служащими его элитного вида войск, хорошо владеют греческим. Здесь, вдали от Греции и её колоний, и с греческим напряжёнка, но Арунтий, заполучив их, приставил к ним переводчиков из числа владеющих греческим карфагенских финикийцев. Финикийские колонии и фактории ещё со времён Ганнона Мореплавателя по всему тутошнему западноафриканскому побережью натыканы, и торгующие с ними местные мавры финикийским владеют сносно. Ну, пик расцвета той финикийской колонизации давно миновал, некоторые из тех колоний с факториями уже и не существуют вообще, некоторые полностью ассимилировались среди мавров, но есть ещё и вполне сохранившиеся – расположенный неподалёку отсюда Могадор, например, из которого потом в реале выросла современная Эс-Сувейра. Городишко, как и Гадес, на острове разместился, так что здешним финикийцам отстоять свою самобытность среди не владеющих мореплаванием мавров было куда легче, чем другим, менее везучим. Дань мавританскому царьку, конечно, платят и они, но от разбоев и вымогательств со стороны его соплеменников в основном избавлены, как и от ежегодного "сексуального налога" в праздник Астарты. В общем, живут относительно благополучно.