Безбашенный – Арбалетчики князя Всеслава (страница 75)

И при всех этих её шаловливых приколах, девчонку практичнее Велии я даже представить себе могу с трудом. Это ведь она же мне и посоветовала с покупкой дома не спешить, а пока просто снять, да не шиковать при этом, а выбрать небольшой и недорогой – по реальным потребностям. Типа, нехрен окружающим пыль в глаза пускать – знают тут тебя все, как облупленного. Сдаётся мне, что дело тут не только в этом, и есть у неё ещё какие-то соображения, но о них она молчит как Зоя Космодемьянская – улыбается только с милым и таинственным видом. Тем не менее, совет был неплох, и я ему последовал, сняв небольшой домик в греческом квартале пригорода. Достаточно просторный и удобный, но скромненький с виду и без излишеств. Я ведь уже говорил, что не люблю этих помпезных греческих дворцов? Ага, из-за этой дурацкой открытой колоннады при входе. Но это я о дворцах говорю, в которых шишки только греческие и эллинизированные обитают, а вот простой греческий дом, как выяснилось, этого недостатка лишёню Снаружи его – глухая и крепкая каменная стена без окон, так что ни шантрапа уличная, ни соседи зыркучие ни из своих домов, ни с улицы не подглядывают и в твою частную жизнь свой любопытный нос не суют. В стене – входная дверь, без украшений, но прочная и добротная, такую пинком или плечом хрен высадишь, а чтоб бревном её высаживать – это ведь достаточно вескую причину надо иметь, чтоб дотащить до твоей двери то бревно не полениться. В общем и целом старому доброму принципу "мой дом – моя крепость" такой тип жилища вполне соответствует. А солнечный свет и вентиляцию в нём внутренний дворик обеспечивает, от посторонних глаз той глухой внешней стеной укрытый. Вот в нём уже имеется и эта столь илюбленная греками колоннада, но там-то к ней какие претензии? Там, где она на своём месте, я ничего против неё не имею. Вот как раз примерно такой вполне себе на мой вкус подходящий греческий дом я для себя любимого и снял.

Вполне соответствующе он был и обставлен внутри. Мебель античная, я бы сказал, своеобразная. С виду она выглядит легкомысленно – ну, в том смысле, что будь она в современном говённом исполнении, так ненадолго бы её такой хватило. Я имею в виду материалы. У нас ведь даже сосна или ель на мебель – далеко не самый ещё худший вариант, если с этим грёбаным ДСП сравнивать. В армии, когда ящики с боеприпасами таскали, так я от чего на говно исходил? От добротных сосновых и берёзовых досок, из которых те ящики были сколочены. На заведомо одноразовую в боевых условиях хрень, получается, нормальная древесина в стране есть, а на мебель, которую человек один раз и на всю свою нормальную гражданскую жизнь покупает – ни хрена той древесины нет. Это ли не маразм? Здесь же, в античном мире, не только из сосны, но и из березы мебель не делают. Обыкновенный дуб, который у нас считался бы уже настоящей роскошью, здесь на самую бедняцкую мебель идёт, а есть ведь ещё и вечнозелёные средиземноморские дубы, древесина которых ещё крепче, и именно из неё делается самая обычная античная мебель для античного "среднего класса". Потому-то и видок у неё такой ажурный, что не говно на неё идёт, а нормальный материал. А уж то, что в этом античном мире роскошью считается – ладно, не будем настроение себе портить, пока сами на неё не заработали.

Что ещё на современный взгляд непривычно и даже диковато, так это полное отсутствие книжного шкафа. Современников если вспомнить – ни одного не припоминаю, у кого бы его не было. Другое дело, что у большинства содержимое того книжного шкафа не столько ради чтения, сколько ради хвастовства выстроенными по формату и по цвету так и не прочитанными многотомниками общепризнанных классиков, но – были. Не иметь книг считалось у нас дикостью. А тут – хрен, и не оттого, что все такие дикари, а оттого, что массовая дешёвая книга отсутствует как явление. Я сперва хрен поверил, когда Юлька сказала, что несколько книг какого-нибудь популярного автора могут запросто стоить как хороший дом, но оказалось, что так оно и есть. Но если бы даже и были по приемлемой цене, мне-то с того хрен ли толку? Я и по-финикийски-то читаю с трудом, по-гречески – вообще никак, а у турдетан литературы вообще не существует. Нет, письменность-то у них есть, здорово германо-скандинавские руны напоминающая, вот только владеют ей немногие, и даже традиционные законы у турдетан сложены в стихах, дабы их легче было зубрить наизусть – нагляднейший показатель удручающе низкой грамотности населения.

Хозяин дома запросил сперва два шекеля в неделю, но после торга согласился на полтора – всё-таки пригород. На острове, внутри городских стен, за такую плату можно было снять разве только пару каморок на верхнем этаже многоэтажки, в которых ютилась основная маса гадесской бедноты. Среди пригородных же одноэтажек на материке, где арендная плата умеренна, греческие дома наиболее удобны. Кроме того, как я сообразил опосля, Велия таким образом ещё и окунула меня в грекоязычную среду, где я уже волей-неволей начну потихоньку овладевать и греческим. Ну, хитрюга! Впрочем, у меня как-то особых возражений и не возникло. Мамаша ейная при нашем прибытии проверила мой финикийский "моя твоя понимай" и, отсмеявшись, признала, что я уже не неотёсанный варвар, а – ну, не то, чтоб отёсанный, а хотя бы ошкуренный, скажем так. Типа, не совсем уж безнадёжен. Ну, спасибо и на том, гы-гы!

Как и ожидал Ремд, "досточтимый" Волний оставил нас в Гадесе. Мы не сразу поняли, в каком именно качестве. Судя по тому, что нам было рекомендовано обзавестись жильём, наш перевод в какую-нибудь очередную захолустную дыру не предусматривался. Не полагался нам больше и паёк, но жалованье нашим увеличили до трёх шекелей в день, а мне, назначив старшим в нашей четвёрке, дали пять. Собственно говоря, я мог запросто позволить себе поселиться более-менее прилично и на острове. Но во-первых, нам всем следовало всё-же держаться поблизости друг от друга, а во-вторых – моя акселераточка ведь дурного не посоветует, убедился уже. Ну и в-третьих – нам была рекомендована максимально возможная боеготовность, а стража у городских ворот на острове довольно косо смотрит на посторонних в полном вооружении. Пропуска-то в финикийскую часть города нам сделали – полоски кожи с финикийской тарабарщиной, которую я сам мог прочитать лишь с немалым трудом, но на острове и добропорядочные граждане так не ходили. С кинжалом на поясе – нормально, а вот кожаный панцирь и меч уже вызывали косые взгляды даже при наличии пропуска. Пропускать-то пропускали, но с недовольным ворчанием, да и встречным стражникам на улицах приходилось постоянно показывать "ксиву". В шлеме же, в нагруднике, со щитом и с арбалетом к воротам не стоило даже и близко подходить. В качестве сопровождающих самого "досточтимого" или кого ещё из влиятельных граждан, наверное, пропустили бы и в таком виде, а самим по себе – дохлый номер. Ну и нахрена нам, спрашивается, такие сложности?

Основная наша служебная обязанность, если нет особых указаний сверху – находиться в заведении "Пещера Диониса", принадлежащем греку Пелагону. Выпивка и закусь, что интересно, "за счёт заведения" – платит за всё, надо полагать, наш наниматель. Ограничение одно – не напиваться до бестолкового состояния и не наедаться до полного отяжеления брюха, что вынуждает следить за Серёгой, который и на свои-то нажраться не дурак, а уж на халяву – тем более. Ещё здесь, мягко говоря, не приветствуются драки, если нет на то соответствующей санкции сверху, поэтому приходится следить и за любящим помахаться Володей.

– Прям как "братки солнцевские"! – прикалывается тот, когда я очередной раз отрываю его от стола, где игроки в кости начинают горячиться. И пожалуй, имеется в его шутке немалый резон. Для чего, спрашивается, держать под боком людей, успевших уже зарекомендовать себя не самыми плохими вояками, да ещё и бесплатно кормить и поить их ежедневно, если не собираешься в один прекрасный день использовать их по прямому назначению? Да и публика в этой "Пещере Диониса" в основном нам под стать – тёртые калачи, во многих из которых тоже угадываются успевшие попылить по горным тропам и позвенеть на них железом. Рожи у доброй половины разбойничьи – хвала богам, что и тут по большей части знакомые. Гвалт, стук игральных костей, парочка флейтистов чего-то дудит, на помосте смазливые бабёнки стриптизят – до Софонибы, не говоря уж о Велии, им далеко, более-менее в моём вкусе лишь пара-тройка, но за день намозолят глаза так, что вечером я уж точно снова взлезу на свою бастулонку. Нет, ну в натуре – как бандюки тут сидим в ожидании "дела"…

Мысль материальна – только я подумал о том, что сытую и денежную жизнь наверняка скоро придётся отрабатывать, как нарисовался мой непосредственный босс – этруск Фуфлунс, приходящийся какой-то дальней роднёй нашему нанимателю.

– Фуфло пришло, – прокомментировал Володя, – Ща озадачит…

– Не каркай! – оборвал я его, но поздно – тот уже накаркал.

Босс сразу взял быка за рога:

– Пришло время поработать, парни! Этот Хриз уже вконец обнаглел и объявил Тарквиниям войну!

– Откуда ему такую забористую коноплю привозят? – поинтересовался один из наших бандюков-турдетан, и всё заведение загоготало.