Безбашенный – Античная наркомафия-8 (страница 73)

Даже по поводу усложнявших погрузку и разгрузку трюма водонепроницаемых переборок мореманы не ворчали так, как по поводу этих новых треугольных парусов, ну уж очень непривычных им даже по сравнению с уже опробованной латиной. Переборки – это ведь понятно для чего, хоть и неудобно с ними грузить-разгружать, так зато живучесть судна с такими переборками очевидна, а с парусами этими начальственная блажь зачем? И деды ведь под старыми плавали, и отцы, и всё благополучно возвращались, кто Нетона и прочих богов не гневил, и чего тут теперь начальству неймётся, когда всякий видавший виды человек знает назубок, что от добра добра не ищут?

С другой-то стороны новшества – интересны, и уж среди молодёжи находились желающие опробовать их в деле, послужив на таком новаторском судне. Но экипаж ведь в море на ком держится? На просоленных за множество плаваний старых морских волках, а вовсе не на восторженных желторотых юнцах. Они – основной костяк экипажа, но как ты их тут навербуешь, когда они от добра добра не ищут и ко всяким новшествам относятся с опаской? Во-первых, в деле не проверены, а во-вторых, это же переучиваться на них надо, теряя те самые преимущества наработанного с годами опыта, за который прежде всего и ценится матёрый профессионал. И будь ты даже хоть сотню раз большой начальник, будь ты хоть тыщу раз высокочтимый и уважаемый, перед тобой ведь тут не бесправные рабы, а вольные и знающие себе цену люди, и почти каждого приходится убеждать отдельно.

– Вот скажи мне, досточтимый, вот эти три больших машины – такие же, как и та малая, которая стоит вон на той рыбацкой посудине? – допытывается у меня Малх, тот самый мореман с погибшего "Дельфина Нетона", успевший и поробинзонить на островке к северу от Кубы.

– Абсолютно такие же, только больше и мощнее, – подтвердил я ему.

– И это что значит, что большому судну с такой машиной, как и этой скорлупке, не нужно будет больше ходить на вёслах?

– Ну, не совсем, Малх. По ту сторону Моря Мрака некоторые вещи мы очень не хотим показывать кому попало, и эти машины – тоже из их числа. Поэтому в испанских и африканских портах придётся делать вид, будто машин нет, а значит, и входить в гавань, и выходить из неё на вёслах, как вы всегда и делали. Но на Горгадах, в здешней Антилии и на Атлантиде, где нет ни лишних глаз, ни лишних ушей, вёсла с машиной и в самом деле не понадобятся. Ну, если только на самый крайний случай, когда машина сломалась или масло к ней кончилось.

– А зачем их три, когда достаточно и одной?

– Так ведь машина же и сломаться может. Если одна сломается, так две других исправны, вторая сломается – третья остаётся, а чтобы и все три сломались – это команда уж очень сильно прогневить богов должна. Это во-первых. Во-вторых, ты же помнишь и сам ваше крушение. Ну, о неправильных волнах говорить не будем, от них и машина не спасёт, но от обычных штормовых волн, чтобы они на скалы судно не загнали, разве не лучше двигаться против них? И разве не маловато против них будет одной машины? Ну и в-третьих, вот представь себе, что встретилась вам у испанского или африканского берега римская бирема, а то и вовсе трирема. Да, они в Море Мрака обычно не выходят, но мало ли, что взбредёт в башку их командованию? И разве уйдёшь от неё на одной машине? На двух – тоже уверенности нет, а вот на трёх – уйдёшь наверняка.

– Ну, если так – тогда да, – почесал загривок бывший робинзон, – Но тогда, если эти машины так хороши, зачем вообще нужны паруса, когда есть эти машины?

– Если тебе плыть недалеко, то не очень они и нужны, можно дойти и на одних машинах. Но через Море Мрака, хоть ты весь трюм амфорами с маслом загрузи, не хватит его на весь путь. А надо же и запасы для команды взять, и тот полезный груз, за перевозку которого досточтимые Тарквинии и платят вам ваше жалованье. Иначе зачем им были бы нужны все эти плавания через Море Мрака? Поэтому плавание как было парусным, так и остаётся в основном парусным, просто с вёслами теперь напрягаться меньше.

– А с парусами – больше, – возразил мореман, намекая на треугольные кливера со стакселями.

– Да, с ними – больше. Из-за их количества и высоты. Зато каждый из них не так велик, как большой треугольный, и не нужно возиться с заменой ими старых прямых. Да, к ним надо ещё привыкнуть, но если и ошибся с каким-то одним из них – не настолько же он велик, чтобы опрокинуть судно. А ошибиться со всеми ими вместе – уж настолько-то бестолковой команде кто же такое судно доверит? – и мы с ним рассмеялись.

– Ну а ты что мне скажешь, почтенный? – Малх обернулся к Акобалу, – Кого ты навигатором выделишь?

– Навигатором будет Гигин с "Медузы".

– Гигин? Ну, мужик толковый. Правда, чуть судно не утопил, но для той волны простительно, да и спас же он его всё-таки. А один битый, если по справедливости, и двух небитых стоит. Хоть и далеко ему до нашего Ларса…

– Так где же я ещё такого же найду? Есть ещё пара человек не хуже, но ты сам, Малх, отдал бы их на моём месте? И так не худшего выделяю, далеко не худшего, и ты не думай, что я отдаю его с большим удовольствием. Для меня это немалая потеря.

– Понятное дело, почтенный. А помощником кто?

– Элий с "Осьминога".

– А почему не Авкат? Они же с Гигином сработанные!

– Ну интересно ты рассуждаешь, Малх! А "Медузу" я на кого оставлю? Не на Фаба же, в самом деле! – судя по их смеху, названный человек в помощники навигатора не годился абсолютно, – Не переживай, сработается Гигин и с Элием – матросами оба на "Каракатице" начинали и знают друг друга как облупленных.

– Хвала богам, если так. А кормчим кого?

– Кормчим будет Мид с "Каракатицы". Гигин, конечно, своего хотел забрать, но не могу же я и Авката до такой степени оголить. Отказал я ему, конечно, и тогда он Мида попросил. Ну, тоже не ваш Карутан, конечно, но в него его навигатор вцепился так, что не так-то легко и мне уступил. Не худших отдаю, Малх, далеко не худших, самому жалко…

– Ну, Мид – кормчий хороший. А помощником к нему кого? Своего-то ведь ему навигатор разве добром отдаст?

– Конечно не отдаст, а давить на него мне и совесть не позволит. Но я надеюсь, Малх, что и нет в этом особой нужды. Я от всех своих навигаторов требую характеристик на всех людей из их экипажей. Как бы я иначе замену подбирал для тех, кто на повышение у меня идёт? И тебя почтенный Ларс характеризовал очень хорошо. Ты ведь, когда Марул приболел, подменял его у Карутана?

– Было дело, почтенный. Да только ведь, если честно, крыл меня Карутан тогда последними словами. И сыном ослицы я у него успел побывать, и бараном, а уж раззявой и бестолочью был у него всё время, пока Марул не поправился.

– Ну так а чего ты ждал? – хохотнул наш главный флотоводец, – Это ж Карутан! Кормчий был, каких поискать, и руль чувствовал, и судно, и волну, но и сквернослов был тоже, каких поискать. Но он-то как раз и просил Ларса, если Марул на повышение пойдёт, то на замену ему – только тебя и никого другого. Кормчим тебя ставить ещё рановато, сам ведь понимаешь, подучить тебя ещё надо, а помощником у хорошего кормчего ты вполне справишься, а заодно как раз и подучишься у него. Принуждать тебя я, конечно, не могу, но подумай, Малх. Моряк ты отличный и без работы, конечно, и так не останешься, но что это за работа на каких-то мелких торгашей? Да, я понимаю, после этого крушения и всего прочего хочется жизни поспокойнее, но ведь ты же, гром и молния, океанский моряк! Да и сколько же тебе ещё в матросах ходить? Судно же новое, и ещё такие же строиться будут, и уж помощник кормчего с такого судна надолго в помощниках не закиснет.

– А как насчёт Левкона с Дамом? Мы ведь с ними – одна компания, а уж после этого крушения и острова…

– Ну так и поговори с ними. Мы с Гигином обо всей вашей троице говорили, и всех вас троих он, если вы согласны, с руками оторвёт. Ты пойми, я же не могу экипажи оголять. Пару-тройку матросов поопытнее я ему отдам, но в основном кто у него будет? Желторотые салажата! А вы трое – матёрые, у самого молодого три плавания за плечами, крушение пережили и уцелели, на островке необитаемом выжили и сами с него вернуться сумели. У меня каждый опытный человек на счету, а с вами и салажатам зелёным страшно не будет. Откажетесь – принуждать не будем, всё понимаю, но тогда мне придётся вместо вас ещё трёх опытных матросов у их навигаторов забрать, чтобы и Гигин не одних только салаг получил, а имел и хороший основной костяк команды. Да я сам хоть сейчас с руками вас троих в свой собственный экипаж оторвал бы, но Гигину вы ещё нужнее, да и будущее вот за такими машинными судами. Иначе разве отдавал бы людей? Тяжело ведь с ними…

– Сборная солянка, значит, будет у почтенного Гигина?

– Так ведь не могу же я забрать у навигатора весь его сплаванный экипаж! А он тогда с кем через Море Мрака пойдёт? Вас же никто сразу через океан не пошлёт. Пока вы судно опробуете и освоитесь на нём на местных рейсах, заодно и сплаваетесь.

– Ну, мы подумаем, почтенный. Ничего тебе пока не обещаю, но – подумаем…

И Акобала тут понять можно, и мореманов. В принципе все давным давно уже знают, что не в самый рациональный сезон пересекают Атлантику тарквиниевские суда. В сезон ураганов попадают, который как раз на лето и осень приходится с пиком в сентябре теоретически, а реально с августа по октябрь когда сам захочет – в разные годы бывает и так, и эдак. То бишь от юга Испании в мае – это ещё нормально, но ближе к Антилам – это уже июнь, начало сезона. Июль на Кубе – пока расторгуешься, пока починишься, а теперь ещё и колониальные вопросы пока порешаешь – быстрее, чем за месяц хрен со всем этим управишься. Вот и выходит, что отплытие обратно с Кубы в августе, а прибытие домой – в сентябре. Сезон ураганов уже в разгаре, и хорошо, если выдался год с пиком в сентябре, а лучше – в октябре. В этом случае есть шансы проскочить ураганоопасную зону удачно, то бишь относительно безболезненно, а вот если на август в какой-то год пик придётся – тут уж туши свет, сливай воду, как говорится, потому как в самый этот пик при отплытии как раз и вляпаешься. Финики эдемские давно уже к этим сезонам приноровились и в дальнее по их меркам плавание в период с июля по январь отправляются только самые отчаянные. Зато в спокойный сезон, то бишь с февраля по июнь, у них самая навигация, когда и на их малых посудинах Карибское море пересекать не стрёмно. И если по уму через Атлантику плавать, то бишь с учётом их опыта, то это не весной поздней надо из Испании отплывать, а осенью, где-то с середины октября. В Луже в это время уже штормит, но нашим-то не в Лужу, а к Канарам с Горгадами и далее к Вест-Индии, где сезон ураганов как раз идёт на убыль. А с Кубы обратно где-то с февраля на март, дабы в зимние шторма на европейских уже широтах не влететь и прибыть в Испанию после их окончания, где-то в апреле. Так-то все это давно знают и понимают, но тут фактор времени ключевым становится. Полгода в плавании, полгода дома, если на местные какие рейсы Тарквинии не припашут. Летний же привычный вариант, с мая по сентябрь – это четыре месяца в плавании, а восемь – дома, с семьёй. Тоже, конечно, припахать могут, но один хрен семейной жизни получается на два месяца больше. Поэтому и не переходит никто на куда более безопасный зимний график.