Бесси Стритер Олдрич – Фонарь в её руке (страница 13)
Ритм вдалбливался в голову, и Эбби устало отвернулась. А потом, словно заворожённая чем-то неприятным, снова посмотрела наружу. Да. Всё те же четыре удара.
Маленький Мак спал, и Эбби легла рядом. Она закрыла глаза и заставила себя думать о дороге возле дома дедушки Дила, о гледичиях и клёнах, о роще чёрного ореха за домом, о зарослях орешника возле школы. Как прохладно и уютно выглядела белая школа с зелёными ставнями! Как хорошо было бы сейчас вытянуть ведро из колодца дедушки Дила.
В воображении Эбби крутила ворот поднимала воду и опускала лицо к прохладной тёмной глубине ведра. Она уснула. И во сне гуляла в прохладе клёнов и дубов Большого леса, собирала анемоны и кремово-белые майские цветы. Потом опустилась на ложе из прохладных папоротников за домом Джанет Грейвс.
Вдруг фургон заскрипел и резко качнулся. Эбби открыла глаза и, ещё не вполне понимая, где находится, поспешно приподнялась и выглянула наружу. Горячее солнце заливало плоскую прерию.
Её охватил сильнейший приступ тошноты — настоящая морская болезнь пассажира «прерийной шхуны», раскачивающейся на волнах горячего сухого внутреннего моря. Позже утром на горизонте показалась тёмная полоска деревьев на фоне безоблачного неба. Оазис? Или мираж, который исчезнет, стоит приблизиться?
— Уипинг-Уотер! — крикнул Генри Лутц.
Значит, новый дом уже недалеко. Они пересекли мелкую извилистую речку недалеко от каменной мельницы. Мужчина с вёдрами молока в руках остановился посмотреть на караван. Вилл шёл рядом с волами, промокший почти до голенищ.
Мужчина ухмыльнулся и весело крикнул:
— Ну вот, крещение новой страной вы уже приняли! Теперь на вас её клеймо. Назад уже не вернётесь!
— А я и не хочу возвращаться! — так же весело отозвался Вилл.
Эбби в фургоне едва не застонала от тошноты, жары и тоски по дому. На другом берегу стояла пара волов, запряжённая в настолько странный крытый фургон, что даже Эбби заинтересовалась и села. Кузовом служила настоящая лодка, выкрашенная в ярко-синий цвет. Её нос изгибался почти вплотную к невозмутимым волам, а корма образовывала основание заднего входа под полотняным тентом.
Возле неё ждал мужчина с женой и двумя младенцами. Он представился:
— Гус Райнмюллер.
Потом равнодушно ткнул большим пальцем в сторону женщины:
— Моя жена, Кристина.
Кристина казалась такой же невозмутимой, как волы. Лицо её было терпеливо-бесстрастным. Невозможно было определить, молода она или уже немолода. Бесцветные волосы были заплетены в множество мелких косичек и плоско уложены от одного уха к другому, так что на затылке это напоминало маленький овальный коврик. Итак, это была уже третья семья, направлявшаяся в тот же район, где предстояло поселиться Дилам.
После обеда все вместе двинулись дальше на запад. Длинная растянутая вереница фургонов медленно и молча ползла навстречу солнцу. Лишь Сара Лутц время от времени выкрикивала что-нибудь весёлое. Эбби лежала на дне фургона, настолько измученная тошнотой и жарой, что ей казалось: больше в жизни её уже ничто не заинтересует.
К вечеру на фоне опускавшегося солнца проступила ещё одна длинная полоска деревьев.
— Стоув-Крик! — крикнул Генри Лутц.
Они прибыли. По берегам ручья виднелись старые бизоньи лежбища — неглубокие впадины, где огромные животные когда-то валялись и месили копытами грязь. Высохший бизоний помёт тоже напоминал о том, что совсем недавно лохматые стада неторопливо бродили вдоль русла. Они пересекли ручей — теперь это была почти одна ложбина с несколькими дюймами воды.
Генри Лутц, ехавший впереди, остановился. Когда Вилл и Эбби подъехали, он крикнул:
— Ну вот и всё. Приехали. Это ваша земля.
В руках у него был грубый план участка.
— Моя — вон там, к западу. Участок Оскара к северу от моего. А Райнмюллера…
Гус и Кристина уже подъехали в своём нелепом фургоне-лодке.
— Участок Райнмюллера точно к югу от земли Дила.
Эбби выбралась из фургона. Тело затекло, её мутило, а от слепящего солнца раскалывалась голова. Сара Лутц уже выпрыгнула из своей повозки и подошла к ней — круглолицая, розовощёкая, с весёлыми чёрными глазами.
— Ну вот, ты дома! — рассмеялась она. — Теперь ты живёшь здесь. О господи, да у тебя уже гости!
Она с нарочитой церемонностью пожала Эбби руку:
— Разрешите зайти и посидеть немного? Благодарю, я сяду в кресло-качалку, миссис Дил. Да, спасибо, чашечку чая с удовольствием.
Эбби тоже невольно рассмеялась. Нелепая игра в такой момент неожиданно развеселила её. И тут:
— А-а!
Эбби взвизгнула, подпрыгнула и бросилась к фургону. У самых ног молнией пронеслось маленькое тёмное существо, похожее на ящерицу.
— Это всего лишь прыткая ящерка, — сказал Вилл. — Безобидная, как мышь.
— И такая же мерзкая! — отозвалась Эбби.
На ночь все расположились общим лагерем. Получилась целая компания: Вилл, Эбби и маленький Мак; Оскар Лутц с женой и тремя детьми; Генри и Сара Лутц, дедушка Лутц и маленький Дэн, осиротевший племянник Сары; Гус и Кристина Райнмюллер с двумя младенцами. Фургоны поставили кругом, а посередине развели один общий костёр. Солнце скрылось за краем мира.
Один из мужчин нашёл в русле родник и принёс воду. Остальные накормили лошадей и отвели их на водопой. Женщины приготовили ужин, затем вымыли тарелки и чашки у ручья. Детей уложили спать в повозках, а взрослые собрались вокруг огня. На небе появились звёзды — бледно-жёлтые цветы в собственной небесной прерии.
Завыл койот. Где-то вдали ему ответил другой. Эбби вспомнила ночь во время путешествия из Иллинойса, когда ей было восемь лет. Но тогда всё было иначе.
Рядом находился лес. Укрывающий, защищающий лес. Она слышала, как в темноте живут маленькие ночные существа, слышала тысячи крохотных шорохов среди деревьев. А здесь была какая-то странная, парадоксальная шумная тишина.
Полное безмолвие — кроме далёких койотов. Тишина — кроме едва слышного дрожания травы. Тишина настолько глубокая, что сама грохотала в своей бескрайней пустоте. Тишина.
Трава. Звёзды. Люди возле костра вдруг показались слишком маленькой группкой посреди этой безмолвной необъятности. Слишком незначительной.
Слишком беспомощной.
Страх ещё только начал складываться в мысль, когда Эбби увидела в тенях одну фигуру. Потом вторую. Ещё одну. И ещё.
Они бесшумно, по-кошачьи крались между фургонами и руслом ручья.
Глава X
Эбби не могла вымолвить ни слова. Только протянула руку и коснулась руки Вилла, оцепенев от ужаса. Вилл и остальные мужчины тоже всматривались в тёмные фигуры, скользившие среди теней.
— Они мирные, — прошептал Вилл. — Бояться нечего.
Мирные? Неужели действительно мирные? Всю ночь индейцы стояли лагерем чуть севернее, возле русла ручья. Эбби не сомкнула глаз. Мак лежал у неё на руках.
Всего полтора года назад произошла резня у форта Фил-Кирни. А два месяца назад Красное Облако передал, что не подпишет новый договор в форте Ларами. Здесь они были гораздо ближе к враждебным племенам, чем дома. Невозможно было понять, к какому племени принадлежат эти люди. В темноте невозможно было даже определить, сколько их.
Всю ночь Эбби лежала, мучимая страхом, напряжённая всем телом, прижимая маленького сына к груди. Утром страх немного рассеялся. Если бы они замышляли зло, решили поселенцы, то сделали бы это ночью. Оказалось, это небольшая группа пауни — мужчины, женщины и дети.
Поперёк спин их пони были навьючены десятки ощипанных куриных тушек, облепленных мухами. Выяснилось также, что из группы привязанных лошадей исчезла одна, принадлежавшая Генри Лутцу. Мужчины негромко посовещались и решили, что разумнее смириться с потерей и не задавать вопросов. По всей видимости, один из воинов просто уехал на ней.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.