Бертрис Смолл – Вспомни меня, любовь (страница 4)

– Помилуй, Блейз, – сухо заметила ее мать, леди Морган, – у тебя было уже достаточно случаев убедиться, что дети появляются на свет именно тогда, когда они к этому готовы; не раньше и не позже. – Она повернулась к королю: – Поезжайте на охоту, ваше величество, и обязательно захватите с собой лорда Уиндхема. Я не знаю ни одного мужчины, от которого был бы хоть какой-то прок, пока его жена трудится над продлением их рода.

– Потому что свою часть этой работы мужчина делает первым, мадам! – ухмыльнулся король.

Мужчины отбыли на охоту, а Блейз, сопровождаемая матерью и сестрами, с трудом добралась до своей спальни. Там, после полутора часов энергичных усилий, она произвела на свет двух девочек.

– Не могу поверить! – изумилась графиня. – Я была уверена, что Тони умеет делать только мальчиков, а тут он подарил мне сразу двух милых дочурок!

– Они совершенно одинаковые, и лицом, и телом! – восхищалась ее мать. – Я все удивлялась, почему ни одна из моих дочерей не рожает близнецов, в то время как у меня их было четыре пары. Наконец ты первая сделала это, Блейз.

– Я поеду верхом и скажу папе, – предложила Нисса. – Он будет потрясен, уверена! – Она склонилась над малютками. – Какие они хорошенькие!

– Теперь, – промолвила леди Морган, – когда у тебя появились эти милые малышки, ты уже не так будешь скучать без Ниссы, если она уедет.

– Нет, мама, – возразила Блейз. – Никто не займет ее место в моем сердце. Ведь она – единственное, что осталось мне от Эдмунда. Я буду считать выполненным свой долг перед его памятью, только когда увижу ее в счастливом замужестве. Вы не можете не согласиться, что Эдмунд был прекрасным человеком.

– Согласна, – признала леди Морган, а леди Дороти Уиндхем, невестка Эдмунда, подтвердила сказанное кивком. – Не будь его, твои сестры не смогли бы так удачно выйти замуж, а твой отец не сумел бы поправить наши пошатнувшиеся дела. Я благословляю тот день, когда он впервые приехал к нам в Эшби. Каждый вечер я молюсь за упокой его души.

Новорожденных запеленали, а их мать устроили со всем возможным комфортом. Геарта, доверенная горничная Блейз, приготовила бодрящий напиток из молока, вина и пряностей. Подкрепив свои силы, молодая мать выразила желание остаться одной и отдохнуть.

Дамы вернулись в Большой зал и там коротали время в приятной беседе, поджидая возвращения мужчин с охоты, поскольку все они, за исключением старого лорда Моргана, присоединились к королю.

– Интересно, как она назовет своих крошек? – спросила Блайт, леди Кингсли.

– Да, мама, сумеет ли она проявить такую же чудесную изобретательность в отношении женских имен, как ты? – добавила, улыбаясь, Блисс, графиня Марвуд.

– Нисса – единственное в своем роде имя, – заметила их мать.

– Но его придумал Эдмунд, – уточнила леди Дороти. – Блейз выбрала для дочери христианское имя в память первой жены Эдмунда, Кэтрин Хэйвен, но Эдмунд заявил, что назовет девочку Нисса, что по-гречески значит «начало». Эдмунд говорил, что она должна стать первой из их многочисленных детей. Он не мог знать, бедняжка, что не ему, а моему Энтони суждено продолжить род Уиндхемов. Мне до сих пор не хватает Эдмунда, хотя вот уже пятнадцать лет, как его нет на свете.

– Блейз выбрала для своих сыновей очень удачные имена, – сказала Блайт.

– Но теперь это девочки, ты, тупоголовое создание! – уколола острая на язык Блисс свою сестру-двойняшку. – Впрочем, уверена, что Блейз выберет для дочерей прекрасные имена.

– По-моему, у моих дочерей тоже хорошие имена, – заявила Блайт.

Блисс бросила на сестру уничтожающий взгляд, но приезд лорда Уиндхема положил конец дискуссии. Ко всеобщему изумлению, вместе с ним вернулся король.

– Я должен сам поздравить мою милую девочку, – прочувствованно сказал король. – Позвольте поздравить и вас, сэр, с таким чудесным семейством! – Он сердечно пожал руку Энтони Уиндхема.

Проснувшись, Блейз увидела короля. Она порозовела, припомнив времена, когда его визиты в ее спальню носили более интимный характер. Мысли Генриха Тюдора в этот миг также обратились в прошлое, но в речах он был вполне благопристоен.

– Я счастлив, мадам, убедиться, что вы прекрасно выглядите после этих трудов! – Склонившись, он запечатлел поцелуй на ее руке.

Блейз тепло улыбнулась в ответ:

– На этот раз все длилось недолго, ваше величество. Я уже как хорошая кошка: в последние годы рожаю быстро и легко. Рада, что вы вернулись повидать меня!

– Я уже видел твоих девчушек, Блейз. Они такие же прелестные, как их мама. Как ты их назовешь?

– Если ты не возражаешь, Гэл, – сказала Блейз, – я хотела бы назвать ту, что родилась первой, Джейн, в честь покойной королевы. А вторую Анной, в честь принцессы Клевской, которая скоро станет твоей спутницей и нашей королевой. Мне кажется, так будет правильно, поскольку именно в этот день, когда я родила моих девочек, ты был здесь, у нас.

Услышав это, король, сентиментальный человек, всегда наслаждавшийся ролью милосердного монарха, даже прослезился. Вытащив из рукава камзола лоскут белоснежного шелка, он утер глаза. Затем, обращаясь к лорду Уиндхему, спросил:

– Есть у вас в доме священник, Тони?

Граф кивнул в ответ.

– Тогда позовите его, – распорядился король. – Пусть он сегодня же окрестит ваших дочерей, а я буду крестным отцом им обеим. Таково мое желание, моя девочка. Отныне ты и твоя семья станут частью моей жизни.

– О, Гэл, это такая честь для нас, – пролепетала Блейз, в свою очередь готовая расплакаться. – Ты так добр!

Послали за отцом Мартином. Священник жил в семье со времен Эдмунда Уиндхема и успел состариться на службе у графов Лэнгфорд. Услыхав сразу все новости: что графиня разрешилась двойней, что новорожденных будут крестить немедленно, что крестным отцом будет сам король, старик засуетился, привел в порядок парадное облачение и велел позвать мастера Ричарда, чтобы тот помогал ему во время церемонии.

Блейз не могла не присутствовать при таком важном в жизни ее дочерей событии, поэтому ее принесли в домашнюю часовню на носилках. Глаза Блисс округлились от негодования, а Блайт с трудом удержалась от смеха, когда они, крестные матери, узнали, какие имена выбраны для девочек. Во время церемонии малышек держала на руках Нисса, их третья крестная. «Джейн Мэри», – почти пропела Блайт. «Энн Мэри», – процедила Блисс, отвечая на вопрос священника.

Король не к месту поклонился, по очереди принял из рук Ниссы детей и передал их отцу Мартину.

После завершения обряда все выпили вина за здоровье новых членов семейства Уиндхем, и король начал готовиться к отъезду.

– Я дам вам знать, когда госпоже Ниссе следует прибыть ко двору, – объявил он Блейз. – Я хочу, чтобы она приехала заранее. Пусть разузнает, где что расположено, что ей положено делать и вообще кто есть кто, если она намерена всерьез служить принцессе, то бишь королеве Анне. Я ожидаю прибытия невесты поздней осенью. У тебя не много времени, моя деревенская девочка, чтобы приготовить дочь к отъезду. Я прослежу за тем, чтобы никто не обидел ее, пока она будет на нашем – моем и королевы – попечении.

Блейз взяла руку короля и, подняв к губам, почтительно поцеловала.

– Благодарю тебя, Гэл, за твою доброту ко всем нам, – вымолвила она и, изнуренная всеми тяготами этого длинного дня, откинулась на подушки.

Улыбаясь, король отошел от ее постели и вернулся в Большой зал, где попрощался со всеми Уиндхемами и их родней.

– До встречи во дворце, госпожа Нисса. С вами и с вашими братьями. Верно служите королеве, и вы будете моими друзьями, – пообещал он, покидая Риверс-Эдж.

– Ну и денек! – воскликнула леди Морган со вздохом облегчения. – Кто мог знать, какой это будет необыкновенный день, когда он начался так буднично? Три моих внука определены ко двору, и родились сразу две внучки. – Устроившись в большом кресле у камина, леди Морган обратилась к Блисс: – Кстати, когда было решено, что вы возвращаетесь ко двору? Для меня это новость.

– В самом деле, мадам, – подхватил Оуэн Фицхаг. – Я немало удивился, скорее, даже поразился, услыхав ваше заявление, хотя и не стал опровергать вас в присутствии короля. Мы даже не обсуждали это, Блисс. Миновали годы с тех пор, как мы были при дворе последний раз. Я не уверен, что теперь мы не окажемся там лишними.

– Ох, Оуэн, не будь таким старым ворчуном! – беззаботно прощебетала его супруга. – Это воистину фантастическая удача для Ниссы. Тридцать первого декабря ей исполнится семнадцать, Оуэн, а она еще даже не помолвлена! Если немедленно что-то не предпринять, она останется старой девой. Королевский двор – самое подходящее место, чтобы найти хорошего мужа для девушки такого круга, как Нисса, и с таким приданым, как у нее. Кроме того, Филипп и Джайлс тоже будут в свите новой королевы, так что Блейз необходимо, чтобы кто-то присмотрел за ее детьми. Мы возьмем с собой Оуэна-младшего и Эдмунда, сына Блайт. Это прекрасно!

– Что? – обескураженно переспросил ее муж.

– Моего Эдмунда? – взвизгнула Блайт.

– Ну конечно! – подтвердила Блисс. – Филипп Уиндхем, Оуэн-младший и Эдмунд Кингсли дружат с самого рождения. Между ними и разницы-то всего несколько месяцев. Они никогда не разлучались надолго, и хотя у Филиппа будут какие-то обязанности, думаю, он сумеет выкроить время, чтобы побыть со своими кузенами. О, для них это будет совершенно восхитительный сезон! – закончила Блисс, с победной улыбкой глядя на своих родственников.