Бертольд Брехт – Стихотворения. Рассказы. Пьесы (страница 79)
Осекские вдовы в черном тряпье
В Прагу пришли в печали:
— Снизойдите, люди, к нашей судьбе!
Наши дети не кормлены. Горе в семье.
Их отцы в ваших шахтах пропали.
— Как, — спросили пражские господа, —
Осекским поможем вдовам?
Осекские вдовы в черном тряпье
Подошли к полицейским солдатам:
— Снизойдите, люди, к нашей судьбе!
Наши дети не кормлены. Горе в семье… —
Но солдаты подняли приклады.
— Так, — сказали солдаты, — и только так
Осекским поможем вдовам.
Осекские вдовы в черном тряпье
Наконец прорвались в парламент:
— Снизойдите, люди, к нашей судьбе!
Наши дети не кормлены. Горе в семье. —
И парламент во весь регламент
Начал прения: — Как, депутаты, как
Осекским поможем вдовам?
Осекские вдовы во вдовьем тряпье
Под открытым остались небом.
Но ведь кто-то же должен в Праге помочь?
Осыпала ноябрьская хмурая ночь
Вдов холодным и мокрым снегом.
Хлопья снега тихо шептали: — Так
Осекским поможем вдовам.
1934
Портной из Ульма
Перевод Е. Эткинда
(Из «Детских песен»)
«Я умею летать, епископ,
Посмотри, как я летаю», —
Портной попу сказал.
И полез он все выше и выше,
И на самой церковной крыше
Он себе большие крылья привязал.
«Все это враки, дети,
Нечего тут толпиться.
Человек летать не может,
Человек не птица», —
Так епископ ответил.
«Портной отдал богу душу», —
Сказали епископу люди. —
Погиб чудак портной.
Развалились крылья на перья,
Он лежит под церковной дверью
На холодной жесткой мостовой.
Епископ сказал: «Мы будем
В колокол бить и молиться.
Человек летать не может,
Человек не птица», —
Сказал епископ людям.
1934
Слива
Перевод Е. Эткинда
(Из «Детских песен»)
Среди двора она росла,
Она была совсем мала.
Вокруг нее ограда,
Ее давить не надо!
Она растет который год,
А все никак не подрастет.
Ах, невозможно это
Без солнечного света!
Как, это слива? Что за диво! 
