Звериным рыком
Изрыгают ложь.
А правда молчит.
Разве не так?
Почему тебя славословят твои тираны, почему
Обвиняют тебя угнетенные?
Эксплуатируемые
Тычут в тебя пальцами,
Эксплуататоры до небес возносят порядок,
Задуманный в доме твоем.
Но при этом все видят, что ты
Подвернула стыдливо подол,
Обагренный кровью
Лучшего из твоих сыновей.
Люди смеются, слушая речи,
Раздающиеся в доме твоем.
Но тот, кто видит тебя, хватается за нож,
Как при виде грабителя.
О Германия, бледная мать!
Благодари сыновей своих,
Превративших тебя в посмешище
Или в пугало
Для народов всех стран!
1933
Стихотворения 1933–1938 годов
Время от времени, с той поры, как мы вместе работаем
Перевод Ю. Левитанского
Время от времени, с той поры, как мы вместе работаем
Для блага многих и для грядущего,
Исчезает один из содружества нашего,
Чтоб уже не вернуться.
Они ему рукоплещут.
Они загоняют его в роскошный костюм.
Они с ним подписывают договорчик солидный.
И он изменяется день ото дня заметней.
Он сидит на старом стуле своем, как гость.
Нет больше времени у него работать для будущего.
Он не участвует в выработке формулировок
(Ему жаль свое время на это тратить).
Он легко восхищается.
Он принимает весьма задушевный вид.
Он обижается быстро.
Некоторое время еще
Он подшучивает над своим роскошным костюмом.
Еще временами он говорит,
Что решил обмануть их, тех, кто платит ему
(Это грязные люди).
Но мы знаем — не долго он будет сидеть у нас.
Потом исчезает один из содружества нашего,
Нас одних оставляет с нашей трудной работой
Обычным идет путем.
Говорят, что ты больше не хочешь работать с нами
Перевод Б. Слуцкого
Говорят, что ты больше не хочешь работать с нами,
Ты слишком устал. Ты избегался.
Ты слишком вымотан. Ты больше не в силах учиться.
Ты конченый человек.
С тебя нечего спрашивать, потому что ты выдохся.
Так знай же,
Мы требуем, чтобы ты знал:
Когда ты устанешь и заснешь,
Никто больше не разбудит тебя и не скажет:
— Вставай, еда на столе. —
Откуда возьмется еда?
Если ты уже избегался,
Ты останешься лежать. Никто
Не сыщет тебя и не скажет: 
