Бертольд Брехт – Стихотворения. Рассказы. Пьесы (страница 58)

Которая, казалось, призвана к господству над миром, Подвигая его вперед. Какой оптимизм! Какой подъем! Эти заводские цехи: величайшие в мире! Автозаводы вели пропаганду деторождения: они производили автомобили (в рассрочку) Для тех, кто еще не родился! Тем, которые Выбрасывали вон почти не ношенные костюмы (но так, Чтобы они тотчас же погибали, желательно в яму с негашеной известью), Выплачивались премии! Эти мосты: Цветущую землю они соединяли с цветущей землей! О, они бесконечны! Величайшие в мире! А эти небоскребы: Они, взгромоздившие груду камней на такую высь, Что всех переросли, озабоченно наблюдали из своего поднебесья, как новостройки, Которые только что поднялись над землей, угрожали Подняться выше их, городских мамонтов.  (Кое-кто начал было опасаться, что рост городов Уже нельзя будет остановить, что людей Задушат те двадцатиэтажные города, которые вырастут над ними, И что их замуруют в гробах и погребут друг под другом.) И все же: какой оптимизм! Даже трупам Румянили щеки и подрисовывали благодушную улыбку  (Я воспроизвожу эти черты по памяти, другие Я позабыл), так что даже Усопшим не позволяли утратить надежду. Что за люди! Боксеры их — самые сильные в мире! Изобретатели их — самые практичные! Их поезда — самые быстрые! И самые многолюдные! И все это, казалось, создано на тысячу лет. Ведь жители города Нью-Йорка твердили, Что их город построен на скалах и поэтому он Незыблем. В самом деле, вся их система общественной жизни была несравненна. Какая слава! Какой век! Впрочем, этот век Продлился каких-нибудь восемь лет. Ибо в один прекрасный день по миру пронесся слух о небывалых катастрофах,^{60} Потрясших прославленный континент, и все стали Отталкивать с отвращением его банкноты (вчера еще столь вожделенные) Как гнилую, смердящую рыбу. Сегодня, когда стало известно, Что эти люди обанкротились, Мы на других континентах (которые, правда, тоже обанкротились) видим все вещи Совсем иными, чем они нам представляются внешне. Что такое эти небоскребы? Мы смотрим на них спокойней. Небоскребы — да ведь это просто жалкие сараи, когда они не дают дохода. Устремляться так высоко — при такой нищете? До самых облаков — будучи по уши в долгах? Что такое эти поезда? В поездах, подобных отелям на колесах, Нередко теперь не проживает никто, И никто никуда не едет С несравненной быстротой. Что такое эти мосты? Они соединяют  (Самые великие в мире!) свалки со свалками. А что такое эти люди? Говорят, они все еще румянятся, однако Теперь только затем, чтобы оторвать местечко. Двадцатидвухлетние Женщины нюхают теперь кокаин, прежде чем идти Завоевывать себе место у пишущей машинки. Отцы и матери впрыскивают дочерям под кожу яд, Придающий им более пылкий вид. Все еще продаются пластинки, хотя и не так уж бойко, Но о чем, собственно, поют эти козы, которые никогда