Бертольд Брехт – Стихотворения. Рассказы. Пьесы (страница 251)

Он, как хлеб, ломал законы, Чтоб народ отведал права натощак. И легко было крестьянам Подкупить пустым карманом Своего судью по имени Аздак. Чтоб своих не дать в обиду, Он обвешивал Фемиду^{162}, Передергивая, если что не так. В черной мантии судейской, Под защитой полицейской, Он два года попирал закон, Аздак.

Певец.

Кончились дни мятежей! Вернулся великий князь. Вернулась жена губернатора. Началась расправа. Снова горело предместье. Погибло много людей. Страшно стало Аздаку.

Судейское кресло Аздака снова стоит во дворе суда. Аздак, сидя на земле, чинит свой башмак и беседует с полицейским Шалвой. Снаружи доносится шум.

Видно, как за стеной на острие копья несут голову жирного князя.

Аздак. Дни твоего рабства, Шалва, а может быть, даже и минуты теперь уже сочтены. Я взнуздал тебя железными удилами разума, которые до крови разорвали твой рот, я хлестал тебя разумными доводами и посыпал твои раны солью логики. По природе своей ты слабый человек, и, если с умом бросить тебе аргумент, ты жадно впиваешься в него зубами, ты уже не владеешь собой. По природе своей ты испытываешь потребность лизать руки высшему существу. Но высшие существа бывают разные. И вот наступил час твоего освобождения, скоро ты сможешь опять следовать своим низменным страстям и тому безошибочному инстинкту, который велит тебе совать свои толстые подошвы человеку в лицо. Ибо прошли времена смятения и беспорядка, описанные в песне о хаосе, которую мы сейчас еще раз споем с тобою на память об этих ужасных днях. Садись и смотри не фальшивь. Бояться нечего, песня эта не запрещенная, а припев у нее просто популярный. (Поет.)

Брат, доставай нож! Сестра, закрывай лицо! Время вышло из колеи^{163}. Знатные плачут, смеются ничтожные. Город кричит: Давайте прогоним богатых и сильных! В канцеляриях — сумятица. Списки рабов горят. Господа вращают камни на мельницах. Заточенные выходят на волю. Выброшены церковные кружки. Эбеновое дерево идет на кровати. Кто мечтал о корке сухой — теперь хозяин амбаров, Он сам теперь хлеб раздает.

Полицейский Шалва.

Ох-ох-ох-ох.

Аздак (поет).

Где же ты, генерал? Наведи, наведи порядок, Не узнать потомка господ. Благородный ребенок Превращается в сына рабыни. Советники прячутся в старых сараях. Бродяги бездомные Нежатся в мягких постелях. Кто был простым гребцом, теперь судовладелец. От прежнего хозяина ушли суда. Гонцы говорят своему господину: Шагайте сами, Мы уже пришли.

Полицейский Шалва.

Ох-ох-ох-ох.

Аздак. Где же ты, генерал? Наведи, наведи порядок! Да и у нас была бы примерно такая же картина, если бы не спохватились и не навели порядок. В столицу уже вернулся великий князь, которому я, осел, спас жизнь, а персы дали напрокат войско для наведения порядка. Предместье уже горит. Принеси-ка мне толстую книгу, на которой я обычно сижу.

Полицейский Шалва берет с сиденья кресла книгу и дает ее Аздаку.

(Листает ее.) Это свод законов, я всегда им пользовался, ты свидетель.

Полицейский Шалва. Да, как сиденьем.

Аздак. Полистаю, погляжу что мне теперь припаяют. Мои поблажки неимущим выйдут мне боком. Я старался поставить бедняков на ноги. Теперь меня повесят по обвинению в пьянстве. Я заглядывал богатым в карманы. И мне некуда спрятаться, меня все знают, потому что я всем помогал.

Полицейский Шалва. Кто-то идет.

Аздак (сначала в испуге застывает на месте, затем, дрожа всем телом, идет к креслу). Конец. Но я никому не стану доставлять удовольствие зрелищем человеческого величия. На коленях прошу тебя, сжалься надо мной, не уходи. У меня от страха течет слюна, я боюсь смерти.

Входит жена губернатора. Ее сопровождают адъютант и латник.

Жена губернатора. Это что за тварь, Гоги?

Аздак. Препослушная, ваша милость. Рад стараться.

Адъютант. Нателла Абашвили, жена покойного губернатора, только что вернулась и ищет своего двухлетнего сына Михаила Абашвили. Ей удалось узнать, что ребенок унесен в горы кем-то из прежних слуг.

Аздак. Слушаюсь, ваше высокородие. Ребенок будет доставлен.

Адъютант. Говорят, что эта особа выдает ребенка за своего.

Аздак. Слушаюсь, ваше высокородие. Она будет обезглавлена.

Адъютант. Это все.

Жена губернатора (уходя). Этот человек мне не нравится.

Аздак (провожает ее, отвешивая низкие поклоны). Слушаюсь, ваше высокородие, все будет сделано.

VI

Меловой круг

Певец.

Теперь послушайте историю процесса О ребенке губернатора Абашвили, Где истинная мать была определена