Беррес Скиннер – О бихевиоризме (страница 10)

Состояния, связанные с желанием и потребностью, с большей вероятностью наступают, если в данный момент нет возможности для соответствующего поведения. Любовник пишет «Я хочу тебя» или «Ты мне нужна», когда ничего другого сделать нельзя. И если он делает что-то еще, кроме письма, это должно быть связано с переживанием состояния, которое он описывает этими выражениями. Если после этого поведение становится возможным, легко сказать, что оно было вызвано желанием или потребностью, а не лишением или аверсивной стимуляцией, ответственной как за поведение, так и за испытываемое состояние.

Желание, тоска, надежда и томление более тесно связаны с текущим отсутствием соответствующего поведения, потому что они прекращаются, когда начинается действие. «Мне тебя не хватает» можно рассматривать как метафору, основанную на физическом контакте, эквивалентную «Мое поведение по отношению к тебе как к человеку не позволяет к тебе прикоснуться» или «Я ищу тебя и не нахожу». Любовник в объятиях своей возлюбленной не освобождается мгновенно от желания и нужды в ней, но он больше не тоскует по ней, не жаждет и не стремится к ней. Желание, пожалуй, в наибольшей степени относится к повышенному состоянию депривации или аверсивной стимуляции, когда никакое поведение не возможно. Человек может желать самого действия («Я хотел бы пойти») или последствий («Я хотел бы быть там»).

Эффекты оперантного подкрепления часто представляются в виде внутренних состояний или свойств. Когда мы подкрепляем человека, мы говорим, что даем ему мотив или стимул, но делаем вывод о мотиве или стимуле мы из поведения. Мы называем кого-то высокомотивированным, когда мы знаем только то, что он ведет себя активно.

Лишение человека того, что ему нужно или хочется, не является силовым действием, и эффект нарастает медленно, но состояниям лишения придается более значимая роль, когда они называются побуждениями или влечениями. Фрейд видел людей, безжалостно «движимых мощными биологическими силами, обитающими в глубинах разума или личности». Считается, что мы находимся во власти секса, голода и ненависти, хотя именно они обеспечивают психическую энергию, необходимую для действия. Либидо Фрейд определил, как «эмоциональную или психическую мощь, получаемую из примитивных биологических влечений». Эти метафоры основаны на аверсивном контроле. Кучер действительно подгоняет своих лошадей кнутом, пока они не двинутся вперед, и по крайней мере в случае голода сильная внутренняя стимуляция может иметь аналогичную функцию, но лишение как таковое не является движущей силой.

Менталистские термины, связанные с подкреплением и с состояниями, в которых оно эффективно, затрудняют выявление функциональных связей. Например, утверждение, что значение «термина „агрессия“ должно быть ограничено поведением, мотивированным желанием причинить вред», призвано провести полезное различие между поведением, которое просто агрессивно по форме, и любой частью такого поведения, которая проявляется, потому что причиняет вред другому человеку, но ничего не выигрывает, если говорить о желании причинить вред или, в частности, о мотивированности желанием. Когда утилитаристы утверждали, что удовольствие и боль являются «мотивами, влияющими на поведение человека», они имели в виду чувства, связанные с последствиями, а не сами мотивы. Экспериментальный анализ зависимостей подкрепления расставляет эти вопросы по местам.

Идея и воля

Последствия, которые формируют и поддерживают поведение, называемое оперантом, не присутствуют в обстановке, в которой происходит ответная реакция; они стали частью истории организма. Текущая ситуация может влиять на вероятность реакции, как мы увидим в следующей главе, но это не единственное, что на нее действует. Изменить вероятность – не значит вызвать ответную реакцию, как в случае с рефлексом.

Человек может чувствовать или иным образом наблюдать условия, связанные с вероятностью того, что он поведет себя определенным образом. Например, он может сказать, что ему «захотелось пойти», что он «хочет пойти», что он «должен пойти» или что он «желает пойти». Те же термины используются для определения подкрепления – например, когда говорят: «Мне захотелось выпить», «Я хочу выпить», «Мне бы хотелось выпить» или «Я бы хотел выпить». Возможно, что сообщение «Мне хочется пойти» близко к «Я чувствую себя сейчас так же, как чувствовал в прошлом, когда ходил»; а «Я желаю пойти» может быть сообщением о лишении или нехватке. «Я хотел бы», как мы видели, вероятно, ближе к сообщению о высокой вероятности действия. Независимо от того, чувствует ли человек вероятность реакции или нет, простой факт заключается в том, что в какой-то момент реакция происходит.

Чтобы отличить оперант от условного рефлекса, мы говорим, что оперантная реакция «излучается». (Возможно, лучше было бы сказать просто, что она появляется, поскольку излучение может подразумевать, что поведение существует внутри организма, а затем выходит наружу. Но это слово не обязательно должно означать выброс; свет не находится в горячей нити до того, как он начинает излучаться.) Главная особенность заключается в том, что тут, похоже, не существует необходимого предварительного причинного события. Мы признаем это, когда говорим, что «ему пришло в голову пойти», как бы сообщая, что «акт хождения произошел с ним». Слово «идея» используется в этом смысле для обозначения поведения (мы говорим: «Идея пришла ему в голову»), но в таких выражениях, как «прийти к идее» или «позаимствовать идею», оно предполагает независимую сущность. Тем не менее, когда мы говорим: «У меня есть идея – давайте попробуем открыть заднюю дверь; возможно, она не заперта», то, что «есть», – это поведение, связанное с попыткой открыть заднюю дверь. Когда человек успешно подражает учителю танцев, можно сказать, что он «усвоил идею», хотя то, что он понял, – не более чем поведение, похожее на поведение учителя. Мы также не должны ссылаться на нечто большее, чем поведение, когда говорим, что человек, который смеется над шуткой, «понял смысл» или что человек, который правильно реагирует на отрывок из книги, «понял его значение».

Очевидное отсутствие непосредственной причины в оперантном поведении привело к изобретению инициирующего события. Считается, что поведение запускается, когда человек желает действовать. Этот термин имеет запутанную историю. Простое будущее, как в высказывании «Он пойдет», приобретает дополнительный смысл, когда мы добавляем «несмотря на опасность». Желание близко к выбору, особенно когда выбор стоит между действием или бездействием; желать или выбирать, очевидно, так же непредсказуемо, как и действовать. Приписывая необъяснимое поведение акту воли или выбора, человек как бы решает загадку. Это, пожалуй, главная причина существования концепции, поведение удовлетворительно объясняется до тех пор, пока у нас нет повода объяснить акт воли. Но условия, которые определяют форму вероятности операнта, находятся в истории человека. Поскольку они не представлены в текущей обстановке, их легко упустить из виду. Тогда легко поверить в свободу воли и человеческого выбора. Вопрос заключается в детерминизме. Спонтанное возникновение поведения достигло той же стадии, что и спонтанное возникновение личинок и микроорганизмов во времена Пастера.

«Свобода» обычно означает отсутствие ограничений или принуждения, но в более широком смысле она означает отсутствие какой-либо предварительной детерминации: «Все происходящее, кроме волевых актов, имеет причины». Некоторые богословы были озабочены свободой, необходимой для того, чтобы считать человека ответственным, и их не так легко удовлетворить; так называемое арминианство[14] гласит, что человек действует свободно, только если он решил действовать и только если выбор действовать был вызван другим случаем выбора.

Явность причин является вопросом, когда рефлекторное поведение считается невольным – человек не свободен чихнуть или не чихнуть, инициирующей причиной является перец. Оперантное поведение называется добровольным, но на самом деле оно не является беспричинным – причину просто труднее обнаружить. Критическим условием для явного проявления свободы воли является положительное подкрепление, в результате которого человек чувствует себя свободным, называет себя свободным и говорит, что делает то, что ему нравится, то, что он хочет или рад делать. (Как мы увидим в главе 12, более важным моментом является то, что позитивно подкрепляющие последствия не порождают избегания, ухода или любого поведения, направленного на изменение условий, в которых оно происходит.)

Как и «идея», «воля» используется почти взаимозаменяемо с поведением или, по крайней мере, с вероятностью поведения. Воля – это готовность или вероятность. Один из авторитетов в области здравоохранения сказал, что главное в соблюдении курса физических упражнений или диеты – это сила воли; он имеет в виду, что главное, чтобы человек продолжал заниматься физическими упражнениями или соблюдать диету. «Воля к власти» лидера предполагает поведение, подкрепленное экономическими, религиозными или правительственными рычагами власти. Утверждение, что «некоторые люди не хотят, потому что боятся», похоже, относится лишь к тому факту, что они не ведут себя так, потому что боятся. Биографическое утверждение, что «девушка, которой он был увлечен [с которой он никогда не встречался], была деструктивным агентом, парализовавшим его волю», предположительно означает, что она подавляла некоторые части его поведения.