Бернард Вербер – Звездная бабочка (страница 44)
– Да уж, все становится сложнее и сложнее.
– Мы с тобой носители, может, самого передового сложного опыта во Вселенной – человеческого сознания. По крайней мере, того, что воплотилось в нашем сознании после тысячелетних мутаций, произошедших в миллиардах умов, этих опытных пробирках.
Девушка улыбнулась – такая мысль ей понравилась, – а потом на ее на лице появилась тревога.
В иллюминатор кабины Элизабет-15 видела старую «Звездную Бабочку». Находясь внутри нее, девушка и не подозревала, что она такая огромная. В ее громадных майларовых парусах зияли тысячи дыр, как будто звездный парусник пережил тысячи пушечных обстрелов.
В самом высоком проеме иллюминатора на корпусе корабля мерцал слабый свет. Его излучала единственная неоновая трубка, уцелевшая после неисчислимых внутренних войн. Впервые в жизни она могла увидеть снаружи гигантский корабль – плод безудержной фантазии Ива-1.
– А что, если другие корабли уже никогда не взлетят с древней Земли? – спросила она. – Что, если мы единственные «живительные клетки», покинувшие единственную планету, где есть жизнь, разум и сознание?
Адриен-18 ответил не сразу.
– Тогда во Вселенной будет царить пустота. Сплошной покой, холод, безмолвие и оцепенение, и так до скончания века. Все снова превратится в Ничто.
Девушка невольно содрогнулась. Потом взяла яблоко, которое сорвала перед вылетом, надкусила и подумала: как же не хочется умирать – никогда!
Еще никогда она не задумывалась о том, что ей повезло остаться в живых и как сильно ей хочется жить.
64. Черный дым
Позолоченные паруса, наполненные фотонным ветром, несли маленький космический кораблик к его конечной цели.
Перед тем как совершить посадку, Адриен-18, следуя указаниям в «Инструкции по эксплуатации», вышел на орбиту неведомой планеты, чтобы рассмотреть ее издали.
Однако же разглядеть ее поверхность он не мог: она была скрыта густой, непроницаемой темно-серой пеленой облаков.
– Там есть атмосфера, что уже радует.
– А еще гравитация, хотя она слабее, чем была у нас на корабле, значит, мы будем быстро уставать.
– Будем больше спать.
– И ростом наши дети будут выше нас, – прошептал он так тихо, что она его не расслышала.
Перед их очарованным взором серая окружность планеты все разрасталась.
– У меня плохое предчувствие, – призналась она.
– Поверим Иву-1, – с не меньшей тревогой ответил он.
– А вдруг он ошибся? Ведь издалека планету никак не разглядеть. И каково там придется людям – тоже вопрос.
Он кусал губы.
– Единственный способ это узнать – лететь прямо к ней.
Они подтянули ремни безопасности.
– Готова?
Адриен-18 нажал на рукоятку – и «Мошка-2» с пронзительным воем, сменившимся оглушительным ревом, нырнула в облачную пелену.
Под действием силы трения о воздух внутри модуля все заходило ходуном. Его широкие паруса мгновенно вспыхнули, точно крылья насекомого, коснувшиеся пламени свечи. Бескрылая «Мошка» стала падать еще быстрее.
Двое в кабине крепко вцепились в свои кресла. Мониторы показывали перегрев. Рыльце «Мошки» окутало белым дымом.
– Мы погибли!.. – запричитала Элизабет-15.
Внутри корабля становилось все жарче, лампочки системы управления взрывались одна за другой, точно петарды. Трясло все сильнее.
Вдруг автоматически включился какой-то механизм – по бортам расправились два небольших металлических крыла, взревели двигатели, и космический корабль превратился в самолет. Однако скорость была еще слишком высока. Модулю все никак не удавалось обрести подъемную силу.
Металл раскалился докрасна. Крылья по краям охватили языки пламени. Кабина наполнилась запахом гари.
Элизабет-15 начала задыхаться. Адриен-18, смирившись, щурился и хватал ртом воздух.
Потом вибрация ослабла. Пролетев какое-то время, точно метеорит, «Мошка» вышла на кривую снижения. Дым рассеялся, открыв все, что скрывалось за стеной облаков.
Они переглянулись, удивляясь, что еще живы. Модуль теперь планировал – Адриен-18, вцепившись в ручку управления, мало-помалу выровнял траекторию.
Перед их взором, внизу, простирался целый мир. Совершенно гладкий и сверкающий.
Им даже могло показаться, что они попали на ледяную планету, если бы не одинокий всплеск, который они заметили посреди всего этого сияния.
– Вода. На этой планете есть вода.
– И только. Это же неоглядный океан – водная планета. Мы пропали, – прошептала Элизабет-15.
– Придется жить на лодке – возьмем и соорудим из нашего космического кораблика плот, например. Питаться станем рыбой – будем ловить ее, как на нашем озере…
– Скажешь тоже! Похоже, Ив разглядел издалека только атмосферу и воду, не больше. Давай-ка лучше сядем на ее спутнике – там, по крайней мере, есть кратеры, а значит, и твердая почва.
– Но там нет атмосферы. Во всяком случае, нам уже не вырваться из гравитационного поля планеты. Так что, какие бы там ни были условия, придется приспосабливаться, если хотим выжить.
– А я люблю рыбу, – снова обретя дыхание, сказала Элизабет-15.
Но при входе в атмосферу сильно пострадал один из двигателей. Он чихнул, изрыгнул клуб дыма и взорвался.
«Мошка» потеряла подъемную силу, и они камнем полетели вниз – металлические крылья лишь едва замедляли падение.
– Живо надевай скафандр! – крикнул он и показал на серебристые костюмы, лежавшие позади их кресел.
Немного повозившись, они наконец облачились в громоздкие скафандры и пристегнулись ремнями безопасности.
– Слышишь меня?
К их большому удивлению, переговорные устройства, работавшие от батареек, позволяли им хорошо слышать друг друга даже в прозрачных гермошлемах. А дышали они тяжелым воздухом из заспинных кислородных баллонов, у которого к тому же был затхлый привкус.
Между тем «Мошка» продолжала падать.
И вдруг прямо перед ними, вдалеке, возникла неподвижная громада, которую они сперва приняли за темную тучу.
– Вон там, глянь-ка! – воскликнула девушка. – Это остров!
Металлические крылья снова объяло пламя – на сей раз в виде длинных языков.
– Было бы непростительно глупо разбиться прямо сейчас! – разозлился Адриен-18, изо всех сил беря на себя ручку управления.
Но «Мошка» неслась вниз с бешеной скоростью, оставляя позади себя широкие шлейфы белого дыма, который окутывал и ее носовую часть, заслоняя им обзор.
– Попробуй дотянуть до острова! – воскликнула Элизабет-15.
– Стараюсь! – отвечал Адриен, держась мертвой хваткой за дергающуюся ручку управления.
Он исхитрился достать книгу «Новая планета: руководство к действию», судорожно пролистал ее, потом включил какие-то рычаги и сквозь рев и дым, который уже просачивался в кабину, выкрикнул:
– Начинаем посадку на неведомую планету!
«Мошка» неслась к земле на огромной скорости, а пилот все никак не мог обуздать охваченный огнем модуль. Наконец он нашел рычаг, с помощью которого выпускались парашюты, но было слишком поздно. Парашюты, едва отстрелившись, мгновенно сгорели.
– Мы разобьемся в лепешку! – крикнула Элизабет-15 и зажмурилась.
Тут Адриен-18 нащупал рычаг, с помощью которого выпускались запасные парашюты, – и падение чуть замедлилось, хотя земля приближалась с прежней скоростью. И она была все так же огромна.
Однако пилоту еще раз удалось выровнять нос «Мошки», и, снова обретя подъемную силу, она все же вышла на посадочную кривую.
Земля неслась прямо на них.