Бернард Вербер – Зеркало Кассандры (страница 55)
Кассандра вышла, громко хлопнув дверью.
Оставшись одна, Эсмеральда из чистого любопытства продолжила гадание на картах. Она снова положила карту справа, желая узнать, почему Кассандра такая. Выпал аркан II: Верховная жрица. Изображена читающая женщина с открытой книгой на коленях. Эсмеральда поняла, что причина кроется в покойной матери Кассандры, которая была, вероятно, очень могущественной женщиной.
Эсмеральда вытащила карту, говорящую о проблемах человека, и положила ее справа. Это был аркан I: Маг. На картинке молодой человек, он не может быть отцом. Значит, брат. Брат живет в воображаемом мире и ведет какое-то свое расследование.
Для очистки совести Эсмеральда вытащила еще одну карту и положила ее на Башню. Это был аркан XXII: Шут. Бомж с узелком на палке. В ногу ему вцепилась собака. Эсмеральда знала значение аркана: одиночество и бесприютность. И еще она знала, что многие жизни кончаются так.
Эсмеральда сплюнула и пожала плечами. От гадания остался дурной привкус, и она хотела от него избавиться. Ей, как всегда, помогла любимая фраза, утешение на все случаи жизни:
– Каждому свое дерьмо…
Кассандра занялась своими куклами, взяла черный фломастер и обвела всем глаза, теперь они были готы.
Девушка с большими светло-серыми глазами закричала в отчаянии:
– ПОЧЕМУУУУ?
В ответ взвыл лисенок. И снова тишина. Гнетущая тишина.
В дверь постучали.
Глазка в двери не было. Кассандра решила, что это Ким. Она открыла. Высокая фигура у порога, на ногах туфли с закручивающимися вверх носками.
– Теперь ты одна из нас, мы убедились, что твои видения не бред, и я хочу тебе помочь, – объявил Напраз.
– Никто мне не поможет, – ответила Кассандра.
Африканец отстранил ее и вошел в комнату.
– Помолчи, – попросил он. – За что я не люблю белых? За то, что они постоянно в отчаянии. У меня люди в деревне болеют страшными болезнями, слепнут или не могут проснуться, мы голодаем… Случается, что ребенка, который играл на берегу реки, украдет крокодил. Но никто не приходит в отчаяние. Люди моей деревни улыбаются и шутят с утра до вечера. Правда, у нас светит солнце, и деревья цветут и дают плоды, мы не живем среди камня под хмурым небом. У нас танцуют под там-там, у нас каждый день праздник, мы остались семьей любящих родителей и детей, если ты, конечно, понимаешь, о чем я?
Напраз покачал головой:
– Я не полюбил вашу страну, ее жителей, здешний образ жизни. Здесь не люди, а двигающиеся мертвецы. Они не улыбаются, прячут кожу и зубы. Они не прикасаются друг к другу. Они отказались от своего запаха, заменили его химическим. Они носят химическую одежду.
– Так почему ты все еще здесь, Виконт? – равнодушно спросила Кассандра.
– Я ученый африканец, я приехал учить и образовывать европейцев. Кто-то из нас должен пожертвовать собой, чтобы вы не погибли в невежестве. Я здесь, как Христофор Колумб или Магеллан, я волоф, который пришел просветить варваров. Мы темны снаружи, вы темны внутри, я несу свет вашим сердцам.
– С помощью отравы? Ты отмываешь нас изнутри стиральным порошком?
Кассандра стала рассаживать кукол с подведенными глазами. Напраз подошел к ней.
– Я хочу помочь тебе, Принцесса.
Касандра промолчала.
– Вернее было бы сказать, я могу тебе помочь, Принцесса.
Кассандра взглянула на своего гостя.
– Я не люблю, когда мне помогают.
– Мы все так говорим. Ты настоящая искупленка. Первое, что мы говорим: «Не люблю, чтобы…»
Кассандра взяла куклу, раздела ее, оторвала голову и надела голову на палец. Кукла покивала Напразу, теперь с ним будет говорить кукла.
– Чем вы можете мне помочь, господин колдун? – тоненьким голосом спросила кукла.
– Я могу погрузить тебя в твое прошлое, ты его увидишь.
– С помощью зелья? Ты уже поил меня, в прошлый раз я чуть не умерла.
– Обычно ты немногословна, Принцесса, но если скажешь, не в бровь, а в глаз. На твой вопрос отвечаю: нет, это не напиток, это не жидкость, это…
– Газ?
– Это не опасно. Транс, как бывает у шаманов. У вас это называется по-другому… Вспомнил! Гипноз!
– Не люблю гипноза! Если ты, конечно, понимаешь, о чем я? – усмехнулась Кассандра.
Африканец прошелся, глядя на кукол наряженных и раскрашенных для мрачного празднества.
– Как же мне тебя убедить, что гипноз принесет тебе пользу?
Он обошел комнату.
– Если я скажу, что знаю Синее Дерево Времени, тебе это поможет? Волофы тоже издавна его знают. Мой учитель Дембеле научил меня, как его видеть. И я его видел иногда, но издалека. А ты его видела вблизи.
Через десять минут Кассандра была уже в хижине Напраза.
Огляделась и увидела вокруг себя очень странные вещи. С этажерки скалилось чучело летучей мыши. На полках выстроились банки с лягушками и скорпионами, в маленьких баночках лежали волосы и обрезки ногтей, сухие ящерицы, рассыпающиеся в пыль, неведомые насекомые. Черные и серые порошки. На каждой баночке белела бумажка с надписью «для успешной сдачи экзаменов», «для роста волос», «от ночных газов», «от ошибки в покупке дома».
На стене напротив полок в прозрачных вазах стояли причудливые растения с серыми, зелеными и коричневыми плодами, а одно с черными листьями цвело красными цветочками. Деревянные фигурки с уродливыми и угрожающими лицами смотрели на Кассандру.
Сенегалец показал ей на кресло, покрытое собачьей шкурой.
– Закрой глаза и расслабься.
Кассандра послушно закрыла глаза.
– Замедляй постепенно дыхание.
Кассандра медленно вдыхала и выдыхала.
– Успокой свои мысли. Все хорошо.
Кассандра села поглубже в кресло. Голос Напраза уводил ее все дальше в страну сновидений.
– Теперь представь, что твоя душа вышла из твоего тела. Прошла сквозь потолок. Поднялась высоко-высоко в небо. Она на границе между воздушной атмосферой и пустотой. Перед тобой будущее. Позади прошлое. Повернись и иди к своему прошлому. Что ты видишь?
Кассандра медленно заговорила.
– Вижу колоду карт Эсмеральды. Карту Таро с Башней. Две фигурки летят вниз.
– Да, так было 5 минут назад. Углубись в прошлое, не на минуты, а на дни.
– Вижу, как я вернулась на свалку. Меня преследуют собаки.
– Углубись. Двигайся вглубь. Не бойся.
– Вижу, что я в интернате «Ласточки».
– Еще! Еще глубже!
Лицо Кассандры болезненно исказилось.
– Я вижу теракт в Египте перед пирамидой Хеопса. Я ищу своих родителей среди обугленных останков. Повсюду дым.
– Глубже, еще глубже!
Кассандра замерла.
Прошло довольно много времени.