Бернард Вербер – Смех Циклопа (страница 107)
Они разбирают несколько шуток, отвечая по очереди, как делать финальную подсечку.
Выясняется, что смех вызывается не только изложением шутки, но и энергией в голосе рассказчика. Энергия эта подобна дыханию, сила и дальность которого поддаются регулировке.
– Сейчас вы три раза расскажете один и тот же анекдот. Первый раз с ближней энергией, во второй раз с более удаленной, в третий раз – с лазерной энергией, преодолевающей все преграды. И не забывайте о взгляде, поддерживающем энергию шутки.
Далее следуют уроки постановки, модулирования голосов персонажей.
Примером служит анекдот про лягушку.
– «У лягушки огромный рот, она страшно тянет слова. Видит корову на лугу и обращается к ней: «БОННННЖУУУУРРР, мадам КОРООООВА! Что вы ЕДИИИИИТЕ?» – «Траву». – «Вкуууусно?» – «Да», – отвечает корова. Встречает лягушка с огромным ртом собаку на цепи. «БОННННЖУУУУРРР МСЬЕЕЕЕ ПЁЁЁС! Что вы ЕДИИИИИТЕ?» – «Паштет». – «ВКУУУУУСНО?» – «Да, хочешь попробовать?» Но лягушка уже далеко, у озера, где ищет пропитание аист. «БОНННЖУУУУУР, мадам АИСТИИИИХА! Что ЕДИИИТЕ?» – «Лягушек с огромным ртом». Лягушка в ответ: «Вряд ли их здесь много водится».
Последнюю фразу Стефан Крауз произносит, сложив губы бантиком и выталкивая слова из маленькой дырочки.
– Ваше право до бесконечности множить число животных, которым вы подражаете. Все держится на контрасте между мимикой лягушки, растягивающей рот, и финалом, где у нее уже не рот, а куриная гузка.
Они добросовестно упражняются и смешат друг друга вариантами исполнения.
Атмосфера за обедом вполне расслабленная.
Далее заходит речь о создании персонажей и об управлении ими.
– Надо расходовать на них как можно меньше слов, но стараться, чтобы их сразу можно было представить. «Старик», «красотка», «мальчишка»… Не бояться легкой карикатуры, но не злоупотреблять этим, иначе пропадает эффект. Минимум слов: «однажды мужик…» Не более пяти персонажей на анекдот. Больше люди все равно не запоминают и ленятся представлять.
Исидор и Лукреция учатся придумывать анекдоты с карикатурными персонажами.
Стефан Крауз старательно их поправляет, улучшая их поделки.
– Кстати, еще одно. Уймитесь вы, оставьте попытки взломать замок подземных ворот. Во-первых, в коридорах натыканы камеры и микрофоны, вас видят и слышат. А главное, я сам завтра вас туда отведу.
Исидор и Лукреция переглядываются, не веря своим ушам.
– Если вы знали, почему нас не остановили?
– Дежурным, которые за вами наблюдали, было очень весело. Двум «сиреневым плащам», каждый раз мимо вас прогуливавшимся, – тоже. Простите, но смех – наша религия, мы стараемся не пропускать забавных ситуаций.
Журналистам немного обидно.
– Зачем тогда вы сказали об этом сейчас?
– Не люблю, когда насмехаются над моими учениками. Хочу, чтобы вы окрепли духом для финального испытания.
На сон грядущий продюсер преподносит очередной анекдот, предлагая поразмыслить над ним к завтрашнему дню. Он основан на визуальном восприятии, хотя его было бы невозможно воспроизвести средствами кинематографа.
136
«Астроном-любитель строит огромный телескоп и направляет его в точку вселенной, где подозревает существование разумной жизни. Он бьется над совершенствованием своей конструкции. Он систематически наблюдает за одним и тем же участком, уверенный, что там есть жизнь. Потом он умирает. Телескоп достается по наследству его сыну. В завещании отец просил сына продолжить его работу. Сын совершенствует телескоп и однажды – о чудо! – замечает на маленькой планете именно в том углу космоса нечто невероятное. По всей ее поверхности выведена надпись: «КТО ВЫ?»
Судя по ее огромным размерам, надпись сделана какими-то гигантскими механизмами.
Сын астронома-любителя оповещает всех ученых Земли и показывает им то, что видит. Все согласны, что надпись никак не может быть случайностью. Они различают вопросительный знак, буквы выведены очень четко.
ООН принимает решение написать бульдозерами во всю длину пустыни Сахара: «МЫ ЗЕМЛЯНЕ, А ВЫ?»
На программу уходит год. Все обсерватории нацелены на маленькую планету, все ждут продолжения межпланетного диалога. Постепенно надпись «КТО ВЫ?» стирается, вместо нее появляется другая: «ВОПРОС НЕ К ВАМ».
Шутка GLH № 208765.
137
На пятый день Стефан Крауз учит их сочинять шутки.
На шутку-эмбрион им отводится час.
Опять извлекается секундомер, и работа начинается по команде.
– Странно, – замечает Лукреция, – раньше юмор лез из меня спонтанно, а теперь, с этой вашей GLH-премудростью, ничего не выходит…
– Это как при фотографировании. Помните, когда у вас только появилась «мыльница» или простая цифровая камера, получались отличные снимки. Потом, с приобретением профессиональной техники с несчетными настройками, с регулировкой диафрагмы, затвора, чувствительности, с анализом источника света все, как назло, пошло из рук вон плохо…
– А ведь верно! – подает голос Исидор.
– Такова цена перехода с любительского на профессиональный уровень. Когда вы начинаете делать что-то на совесть, все усложняется. Надо преодолеть этот перевал, и ваши снимки станут не в пример лучше. Вы будете делать их сознательно.
Исидор Каценберг согласен и с этим.
Потом два ученика, постигающие филогелозию, переходят к психоанализу шутки.
– Зигмунд Фрейд был страстным коллекционером анекдотов. Он считал смех клапаном, который открывают для снижения внутреннего давления. Юмор как таковой позволяет снимать запреты и разбираться с подавленными чувствами. Он дает самовыразиться подсознанию. Зигмунд Фрейд без колебания прибегал к юмору для лечения болезней.
Они знакомятся с новыми рычагами юмора.
•Ложное направление.
•Аллегория.
•Подтекст.
•Перевернутая шутка, она же «тарт татен».
•«Больная мозоль»: когда произносится запретное.
•Лишний элемент в списке. Пример: «Я пригласила своего бывшего на обед. Испекла ему блинчики на молоке, яйцах, крысином яде и муке».
Дальше речь заходит об иностранном юморе.
Стефан Крауз показывает карту с цифрами.
– Отношение к смеху – показатель состояния общества. В 1960-е годы у немцев обнаружили склонность к фекальному юмору, у американцев – к шуткам на тему фелляции, у англичан – про гомосексуалов, у французов – про супружескую измену. Количественные и качественные показатели юмора говорят об общем настроении в стране.
Лукреция и Исидор замечают, что в наиболее развитых странах не самое высокое качество смеха.
– В Японии смех и улыбка – признак слабости и глупости. Афганские талибы попросту запретили публичный смех под страхом наказания плетью. Но есть страны с настоящим культом самоиронии: Индия, Тибет.
Стефан Крауз показывает лица заливисто смеющихся людей из разных стран. Послушникам предлагается изучить по фотографиям работу лицевых мышц, выражение глаз, позы.
– Начиналось все с первобытного, порожденного страхом смеха, имевшего смысл экзорцизма. – Стефан Крауз показывает таблицу. – Ему на смену пришел нейтральный смех непонимания. Один дурак говорит другому, красящему потолок: «Держись за кисть, я забираю лестницу».
И наконец, возвышающий смех.
Он ведет их в маленький зал, где стоит двухметровая статуя смеющегося Будды. Здесь нет ни шкафов, ни книг, только статуя. И единственный стул напротив нее.
– Цель любой духовной личности – этот смех. Смех отрешенности. Поняв насмешливость мира, потешающегося над ним, человек отрешается, приобретает легкость и воспаряет над драмами и страстями. Для него все – источник радости. Это смех окончательного просветления.
– Какой цели служит этот зал? – спрашивает Лукреция.
– Цели смеха полной отрешенности, – отвечает ей Исидор.
– Верно. Только здесь нет натужного смеха, смеховой йоги. Поняв насмешливость мира, человек приходит сюда посмеяться над самим собой.
– Думаю, чаще всего здесь пусто, – говорит Лукреция.
– Увы, смех этого уровня труднодостижим. Сюда заглядывают раз-два в год, редко чаще, и только Великие магистры и магистры. И смеются по-настоящему.
Судя по виду Исидора, этот Будда его зачаровал. Лукреция тоже взволнована.
Напротив Будды висит «Мона Лиза» Леонардо да Винчи. Продюсер объясняет: