Бернард Вербер – Планета кошек (страница 32)
И все это под грохот грозы.
Эсмеральда сопротивляется, но никак не сбросит с себя противника. Тот все глубже погружает в горло моей соратнице по приключениям свои длинные, как сабли, резцы. Эсмеральда душераздирающе мяукает.
Решившись, я отворачиваюсь от Тамерлана, прыгаю на Аль Капоне и наношу удар ему по глазам. Мой коготь протыкает его правый глаз, как виноградину, на меня брызжет бесцветный сок.
Американский царь от изумления разевает пасть и хочет взреветь от боли. Эсмеральда, пользуясь моментом, отпрыгивает.
Тамерлан даже не шевелится. Он внимательно смотрит на меня, как будто заинтригован сценой, разворачивающейся в обстановке конца света. Можно подумать, что все это мало его касается.
– Бежим! – мяукаю я.
Мы с Эсмеральдой бросаемся наутек. При виде нашего бегства Буковски принимает решение поступить так же.
Аль Капоне, невзирая на свое ожирение и выбитый глаз, движется стремительно, подстегиваемый злобой. Нас преследует полная неистовства туша.
На бегу он свистит и визжит.
Мы минуем территорию царских наложниц, потом этаж баронских наложниц, этаж самих баронов, этаж обыкновенных крыс. Пока все просыпаются и пытаются сообразить, что происходит, мы надеемся успеть удрать.
Нам нельзя терять ни секунды. Крысиное сообщество представляет собой огромный слаженный организм; сейчас он пробуждается, отряхивается и без промедления переходит к действиям по сигналу тревоги.
Наша троица мчится вперед.
Чувствую, как ходит волнами мой хребет. Для равновесия я вытягиваю на бегу хвост. Ветер пригибает мою мокрую шерсть.
Вся я превратилась в аэродинамический снаряд. Кажется, во мне долго скрывался, а теперь вырвался наружу быстроногий гепард.
Я мчусь так быстро, что, кажется, сейчас воспарю.
Вся моя энергия сконцентрировалась на поиске дополнительной мощи для ускорения бега, работа мозга, наоборот, замедлилась, а сердце бьется с удесятеренной скоростью.
Гремит гром.
Я возглавляю гонку, зная, что мои спутники не отстают.
Молнии освещают все вокруг.
Вот и дверь, через которую нам надо выскочить из цоколя статуи. Я расталкиваю сонных крыс, пытающихся преградить мне путь.
Наконец-то дождь и свежий воздух. Сбежала!
Все мои мышцы разогреты так, что того и гляди закипят. Я запыхалась, по-собачьи вывалила язык.
Не оглядываясь на двоих своих товарищей по миссии, я мчусь к своему дрону и молниеносно пристегиваюсь. Мысленно шлю приказ:
Но ничего не происходит.
Оглядываюсь и вижу, что Эсмеральда уже запрыгнула на свой дрон. Толстяк Буковски не так стремителен, он отстал, крысы преследуют его по пятам.
Снова ничего. Преследователи все ближе.
Мой мозг наконец-то возвращается в привычное состояние невероятной находчивости и ищет способ выйти из затруднения.
Терзаемая сомнениями, я убеждаю себя, что надо успокоиться, закрываю для этого глаза – и ловлю мысль.
Делаю глубокий вдох и концентрируюсь на нехитрой команде:
И смиренно жду.
Пропеллеры дрона в форме листа клевера с четырьмя лепестками принимаются вибрировать, сбрасывая всю собравшуюся на них дождевую воду.
Я медленно разжимаю веки, оборачиваюсь и убеждаюсь, что Эсмеральда заняла место на своем дроне, его пропеллеры тоже вращаются.
Сзади виден дрон Буковски, он тоже готов к взлету, только на нем пусто. Самому короткошерстному американцу остается преодолеть всего несколько метров, но сделать это ему мешают крысы, навязавшие ему бой. У крыс подавляющий численный перевес. В считаные мгновения на нем повисает десяток взбешенных тварей, вознамерившихся разорвать его в клочья. К нам с Эсмеральдой тоже приближаются несчетные враги.
Предложение принимается беспрекословно.
Вот только в тот самый момент, когда я взмываю над этим адом, один жирный крысиный барон, обогнавший своих сородичей и превзошедший их решимостью, отталкивается задними лапами от земли и подпрыгивает вверх. До моего дрона ему не допрыгнуть, но он впивается зубами в мой хвост и так стискивает челюсти, что тоже взлетает.
Другие крысы тоже подпрыгивают, чтобы на нем повиснуть и тем самым утянуть вниз все три наши аппарата.
Несмотря на дождь, утяжеливший мою шерсть, и примерно полкило крысы, добавившиеся к моему весу, дрон не падает – но и не набирает высоту.
На бароне виснет еще одна крыса, потом еще. Слышно, что двигатели четырех пропеллеров вот-вот заглохнут.
Силой мысли я наращиваю мощность своего дрона, чтобы он смог взмыть в небо.
Все без толку.
Тем временем крысиного полку неуклонно прибывает.
Я пытаюсь лететь хотя бы горизонтально, но продвигаюсь ничтожно мало.
На крысином бароне, впившемся мне в хвост, висят уже шесть крыс, дрон завис на месте.
Эсмеральда тянется что есть мочи и самым кончиком своего боевого когтя обрубает хвост висящего на мне крысиного барона, отчего гроздь из пяти крыс падает на землю. Но сам он не думает от меня отцепляться.
Крыс подо мной все больше, их злоба нарастает. Времени избавиться от упрямца не остается. Я пользуюсь тем, что он остался один, чтобы хотя бы немного набрать высоту. На счастье, мотор достаточно мощный и позволяет этого добиться.
Молния озаряет небо, ливень не думает ослабевать. Внизу угрожающе гомонят обезумевшие крысы. Даже небывалая гроза не может заглушить их отчаянный писк. Некоторые даже кидаются в воду, чтобы вплавь добраться до места нашего падения в случае, если мы все-таки упадем.
Цепочка, соединяющая меня с дроном Эсмеральды, позволяет ей следовать за мной на постоянном коротком расстоянии. Сзади мотается пустой дрон бедняги Буковски.
– Повиляй, так ты сбросишь твою крысу! – кричит мне желтоглазая черная кошка.
Нужны мне ее советы! Я и сама начинаю закладывать крутые виражи. Но все тщетно: грызун так стискивает челюсти, что создается впечатление, что он прибит ко мне гвоздями.
Не знаю, доводилось ли вам летать на дроне с прицепившейся к вашему хвосту крысой. Поверьте, это чрезвычайно неприятно. Тем более ночью, под проливным дождем, промочившим вас насквозь, да еще когда вы догадываетесь, что провалили задание.
Я дергаю хвостом, чтобы сбросить упрямого грызуна, но он так стискивает челюсти, что я уже теряю чувствительность в области хвостовых позвонков.
Воздух дрожит от молний.