Бернард Вербер – Планета кошек (страница 23)
Хиллари Клинтон, стоящая рядом с ним, не отвергает с ходу эту идею.
– Как вы представляете себе применение такого оружия, генерал Грант?
– В данный момент это только идея. Заманиваем всех крыс в одно изолированное место – и… От ядерного взрыва погибнут миллионы крыс.
– Как же нам принудить или побудить крыс собраться в определенном месте? – спрашивает Хиллари Клинтон.
– Повторяю, пока что это только идея, предстоит еще проверить ее осуществимость. Думаю, ваши биологи, этологи и химики найдут решение. Предлагаю навскидку: крик крысы во время течки, какой-то их излюбленный запах… Главное – заманить, а уж там…
Его предложения никого не убеждают и не успокаивают. Судя по изображениям на экранах, полчища крыс снова завладевают нью-йоркскими улицами, отчего споры между представителями общин вспыхивают с новой силой. Крики становятся все громче, обмен взаимными обвинениями все безапелляционнее.
У меня впечатление, что после неудачи в войне и трудноосуществимого предложения генерала сплоченность людей ослабевает на глазах.
Откровенно говоря, меня разочаровывают американские военные. Я думала, что техника позволит им продержаться дольше.
Не знаю, как поступаете при приступах уныния вы, а у меня, как я уже говорила, первое побуждение в таких случаях – вылизать себя. Это как отмыться от всего плохого, что могло во мне поселиться.
В самый разгар этой процедуры ко мне подкатывает Буковски.
– Может, займемся любовью? Лучшее средство расслабления!
Зациклился он на этом, что ли? Я гордо молчу, он продолжает:
– Я видел, как ты пила шампанское. Может, хочешь попробовать местный напиток? Мгновенное расслабление! Слыхала про виски?
Я и ухом не веду. Толстый котяра вздыхает.
– Теперь уже ясно, что надежды не осталось, всем нам крышка. А раз так, то почему бы не побаловать себя напоследок? Как твое мнение?
Я ищу Романа. Он засел на пятом этаже, битком набитом компьютерами, получившими выход в Интернет. С их помощью налаживается связь с другими уцелевшими человеческими общинами планеты.
Натали тоже здесь.
Она показывает мне карту с мигающей белой точкой – действующим компьютером.
– Я кое-что нашла, – шепчет она нам.
– Что?
– Бостон.
Сидящая рядом с ней Джессика Нельсон завязывает разговор с бостонцами.
– Я училась в МТИ. Вы тоже оттуда?
– Мы – предприятие «Бостон Дайнемикс».
– Делаете роботов?
– Да, а вы?
– Мы засели в башне Свободы в Нью-Йорке. Это мы перезапустили Интернет. Мы думали, что победили крыс при помощи танков, но эти грызуны нашли средство и против танков. А как уцелели вы?
– Наше спасение – военные роботы. Но нам удается немногое: оборонять наш завод и оставаться в живых.
Джессика хочет продолжать, но связь внезапно прерывается. Как она ни старается ее восстановить, ничего не выходит.
Роман Уэллс просит допустить его к управлению спутником «Оникс». Он меняет несколько параметров орбиты и настраивается на Францию, конкретно на Орсе, но там по-прежнему синяя точка.
– Что ты делаешь? – спрашивает его Натали.
– Вожусь для очистки совести, – бурчит он.
– Ты пытался уже несколько раз. Зачем так упорствовать?
Но он ее не слушает. Завершив настройку, он отправляет сигнал. На этот раз слышен какой-то шум.
– Алло! Кто-нибудь меня слышит? – оживает Роман.
Но среди эфирных помех ничего не разобрать.
У Романа возникает новое предложение:
– Попробуем текстовые сообщения.
На черном экране появляются две буквы: ОК.
– Я профессор Роман Уэллс. Как же я заждался этого контакта! Мы пересекли Атлантику на корабле. Тридцать пять дней – и мы в Америке. Сейчас мы в Нью-Йорке, в небоскребе. Мы думали, что существует эффективный ратицид, но он не дал результата. Против нас миллионы крыс, возглавляемые крысиным царем Аль Капоне, умеющим вызывать у крыс мутации, которые делают их невосприимчивыми к отраве. Мы давили их танками, но они научились выводить из строя танки. Их гораздо больше, чем во Франции. По-моему, их царь очень силен. Что у вас?
– Здесь тоже повсюду крысы.
– Но ведь вы внедрили систему защиты – электрический барьер?
– Нет.
Пауза. Интуиция подсказывает мне нечто неприятное.
– Спросите его, кто он, – мяукаю я.
Роман печатает вопрос:
– С кем я, собственно, общаюсь? Вы – сотрудник Орсе, с которым я знаком?
– Мы с вами действительно встречались.
– Как такое возможно? Вы ученый?
– Нет.
Меня осеняет. Ответ очевиден:
– ТАМЕРЛАН!!!
Натали и Роман тоже понимают, что произошло. Слишком поздно!
Он сидит за компьютером в Орсе и выдает себя за человека благодаря своему собственному Третьему Глазу, позволяющему подключаться к аппаратуре. Как и следовало ожидать, появляется сообщение:
– Рад, что мы снова встретились. Дайте несколько дней, я организую переправу и нагряну к вам. Мне не терпится завладеть РЭОАЗ и познакомиться с великим царем американских крыс, которого вы назвали Аль Капоне.
20. Аль Капоне
Альфонсе Капоне родился в 1899 году. Учился в католическом учебном заведении со строгим режимом. Был исключен оттуда за нападение на учительницу. После этого началась его карьера гангстера в шайке юных хулиганов, называвших себя «Бруклинские потрошители». Они занимались кражами, вымогательством, подпольным бутлегерством. В восемнадцать лет он заделался барменом и вышибалой в баре главаря одной из банд Фрэнки Йейла.
За оскорбление, нанесенное сестре другого главаря, Фрэнка Галлучио, ему порезали бритвой щеку, отсюда другое его прозвище – «Лицо со шрамом». Попросив прощения за свой проступок, Лицо со шрамом стал телохранителем Галлучио.
Позже он перебрался в Чикаго, где стал бухгалтером в банде Джонни Торрио, владельца нескольких борделей, притонов и лотерей в итальянском квартале. Банда Торрио разрослась до восьмисот человек. Капоне становится вербовщиком, телохранителем Торрио, далее его правой рукой. В 1920 г. принимают «сухой закон». Торрио поручает Капоне управление подпольным баром «Четыре-Два». Позднее Торрио, получивший ранение в стычке с ирландскими гангстерами, решил вернуться в Италию и передал свою банду Капоне. Так в 1925 г. началась эра Аль Капоне. Он поддержал кампанию по выборам мэра Джозефа Кленха, отправив двести своих громил запугивать избирателей, вытряхивать урны и наполнять их бюллетенями за Кленха. Мало-помалу он подчинил себе местных политиков, судей, полицию.
В двадцать шесть лет Аль Капоне уже был главарем итальянской мафии всего Чикаго. К этому времени он владел 161 баром, 150 притонами и 22 борделями. Кроме того, он скупил на корню чикагскую полицию. К тридцати годам у него остался единственный соперник – главарь ирландской мафии Багс Моран. В День святого Валентина к Морану явились псевдополицейские, построили помощников главаря лицом к стене и убили всех их выстрелами в затылок. Сам Моран скрылся, но Аль Капоне объединил всех мафиози и стал королем преступного мира и врагом общества номер один.
Кризис 1929 г. превратил сотни тысяч людей в безработных, и Аль Капоне стал создавать себе благоприятное реноме среди населения раздачей беднякам бесплатного супа.
В 1931 г. его наконец арестовали за налоговые махинации вследствие грубого просчета – изгнания своего юриста, блестящего специалиста по налогам, обходившегося слишком дорого, и замена его двумя менее способными китайскими юристами, своими дружками.
Присяжные приговорили Аль Капоне к девятнадцати годам тюремного заключения. Через восемь лет отсидки его пырнул ножом в тюрьме Алькатрас другой заключенный. После ранения его освободили, и он вернулся к семье. Из-за заражения в юности сифилисом его физическое и психическое здоровье неуклонно ухудшалось, и в 1947 г. он скончался в Майами. Его прах захоронен на кладбище Маунт-Кармел в штате Иллинойс рядом с останками других знаменитых гангстеров.
Энциклопедия абсолютного и относительного знания.