Бернард Корнуэлл – Горящая земля (страница 38)

– Он предлагает золото за то, чтобы ему вернули Скади.

– А Альфред предлагает золото за то, чтобы ему вернули меня?

– Точно! – жизнерадостно воскликнул Рагнар. – Я подумывал о том, чтобы связать тебя, как козла, и сделаться еще богаче.

Он помедлил, потому что мы увидели Дунхолм на вершине огромной скалы, стоящей в излучине реки. Над крепостью развевались стяги с орлиными крыльями Рагнара.

– Добро пожаловать домой, – тепло закончил он.

Я явился на север и, впервые за много лет, почувствовал себя свободным.

В крепости ждала Брида. Она была восточной англичанкой и женщиной Рагнара. Брида молча меня обняла, а я ощутил лишь ее скорбь по Гизеле.

– Судьба, – бросил я.

Она шагнула назад и пробежала пальцем по моему лицу, глядя на меня так, словно удивлялась, что сотворили годы.

– Ее брат тоже умирает, – проговорила она.

– Но он все еще король?

– Здесь правит Рагнар, – ответила Брида. – И он позволяет Гутреду называться королем.

Гутред, брат Гизелы, правил Нортумбрией из своей столицы, Эофервика. Он был добродушным человеком, но слабым и сохранял трон только потому, что Рагнар и другие великие северные ярлы дозволяли ему это.

– Он сошел с ума, – сурово проговорила Брида. – Безумен и счастлив.

– Это лучше, чем быть безумным и несчастным.

– За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон.

– Значит, он все еще христианин?

– Гутред поклоняется всем богам, – ядовито проворчала Брида. – На всякий случай.

– Рагнар объявит себя королем?

– Он этого не говорит, – мягко сказала Брида.

– А тебе бы этого хотелось?

– Я хочу, чтобы Рагнар нашел свою судьбу, – произнесла она, и в ее словах было что-то зловещее.

Той ночью в зале состоялся пир. Я сидел рядом с Бридой, и ревущий огонь освещал ее сильное смуглое лицо. Она смахивала на Скади, только постарше. Обе женщины распознали сходство и немедленно ощетинились враждебностью.

Арфист играл у стены зала, напевая песню о том, как Рагнар совершил набег на Шотландию, но слова тонули в шуме голосов. Один из людей Рагнара, шатаясь, пошел к двери, но его вырвало раньше, чем он выбрался на свежий воздух. Собаки подбежали слизать рвоту, и человек этот вернулся за стол и крикнул, чтобы ему подали еще эля.

– Нам здесь чересчур удобно, – пробормотала Брида.

– Это плохо?

– Рагнар счастлив, – сказала она слишком тихо, чтобы ее услышал любовник.

Рагнар сидел справа от нее, а рядом с ним – Скади.

– Он очень много пьет. – Брида вздохнула. – Кто бы мог подумать?

– Что Рагнар любит эль?

– Что ты будешь таким испуганным.

Она рассматривала меня так, будто в последний раз.

– Рагнар Старший гордился бы тобой, – добавила она.

Брида, как и я, выросла в доме Рагнара. Детьми мы держались вместе, потом стали любовниками, а потом друзьями. Она была мудрой, в отличие от Рагнара Младшего, порывистого и горячего. Но у Рагнара хватало здравого смысла, чтобы доверять мудрости Бриды. Ее великой печалью была бездетность, хотя у Рагнара имелось достаточно незаконнорожденных детей. Одна из дочерей помогала прислуживать на пиру, и Рагнар схватил девчушку за локоть.

– Ты моя? – спросил он.

– Твоя, господин?

– Ты моя дочь?

– О да, господин! – радостно ответила она.

– Я так и думал, – сказал он и хлопнул ее по заду. – У меня получаются хорошенькие дочери, Утред!

– И верно!

– И отличные сыновья!

Он улыбнулся со счастливым видом, потом громко рыгнул.

– Рагнар не видит опасности, – шепнула Брида.

Только она в зале не улыбалась, но Брида всегда серьезно относилась к жизни.

– О чем ты болтаешь Утреду? – вопросил Рагнар.

– О том, как в этом году болел ячмень.

– Значит, купим ячмень в Эофервике, – беззаботно ответил он и снова повернулся к Скади.

– Какой опасности? – спросил я.

Брида опять понизила голос:

– Альфред сделал Уэссекс могучим королевством.

– Да.

– И он амбициозен.

– Он не проживет долго. Поэтому его амбиции не имеют значения.

– Значит, он амбициозен ради сына, – нетерпеливо проговорила она. – Он хочет распространить правление саксов на север.

– Верно.

– И это несет нам угрозу, – свирепо заключила Брида. – Как он себя называет? Король Ангелкинна?

Я кивнул, и она нетерпеливо положила ладонь на мою руку:

– В Нортумбрии более чем достаточно тех, кто говорит на английском языке. Он хочет, чтобы здесь правили его священники и грамотеи.

– Верно, – согласился я.

– Поэтому их нужно остановить, – отрезала Брида.

Она пристально уставилась на меня, ее зрачки метались, ловя мой взгляд.

– Он не послал тебя шпионить?

– Нет.

– Нет, – согласилась она.

Она играла с куском хлеба, глядя вдоль длинных скамей, полных ревущих воинов.