Бернард Корнуэлл – Форт (страница 29)

Прилив нарастал, подтягивая корабли мятежников всё ближе к устью гавани, и Солтер приказал натянуть шкоты, чтобы «Хэмпден» мог избежать опасности сесть на мель. Континентальный бриг «Дилиджент» со своими хилыми трехфунтовыми пушками вошел в облако дыма, оставленное «Хэмпденом», и выплюнул небольшой бортовой залп в сторону врага. «Хазард», осознав серьезность опасности сесть на мель, набрал ход и теперь прошел вплотную за кормой у Солтера.

— Где, дьявол его побери, «Уоррен»? — крикнул лейтенант Литтл Солтеру.

— Все еще на якоре! — крикнул в ответ Солтер.

— У него восемнадцатифунтовые пушки! Какого дьявола он не лупит по…

Солтер не расслышал последнего слова, потому что шестифунтовое ядро, выпущенное с Дайс-Хед, ударило в его палубу и вырвало длинные щепки из досок, прежде чем исчезнуть за левым бортом. Чудом никто не пострадал. Еще два корабля теперь следовали за «Дилиджентом» в дым, их орудия изрыгали огонь и железо по королевским шлюпам. Шум не утихал. Это был непрекращающийся, оглушающий грохот. Лейтенант Литтл все еще что-то кричал, но «Хазард» отошел, и Солтер не мог его расслышать за этим всепоглощающим громом. Ядро с визгом пронеслось над головой, и Солтер, подняв взгляд, с удивлением увидел вторую дыру в своем бизань-парусе. Еще одно ядро с треском врезалось в корпус, сотрясая большой корабль. Он прислушался, ожидая крика, и с облегчением понял, что его нет. Движущийся дым, скрывавший три британских шлюпа, постоянно озарялся вспышками выстрелов, так что серое облако на мгновение вспыхивало, гасло, а затем вспыхивало снова. Вспышка за вспышкой, безжалостно, мерцая вдоль дымовой завесы, иногда сливаясь в более яркое красное зарево, когда два, три или четыре пламени вспыхивали одновременно, и Солтер оценил мастерство, стоявшее за частотой этих вспышек. Канониры были быстры. Моуэт, мрачно подумал он, хорошо вымуштровал своих людей.

— Может, у этих ублюдков кончатся боеприпасы, — сказал он в пустоту, а затем, когда его корабль поворачивал на запад под Дайс-Хед, он поднял взгляд и увидел среди деревьев на высоком утесе красномундирников. Там повис клуб дыма, и Солтер предположил, что по его кораблю выстрелили из мушкета, но куда попала пуля, он понятия не имел. Среди деревьев показались еще два клуба дыма, а затем «Хэмпден» вышел на открытую воду, направляясь к стоявшим на якоре транспортам, и Солтер повел «Хэмпден» на новый круг.

Плотник «Хазарда», с брюками, промокшими до пояса, появился из кормового люка.

— Мы получили пробоину прямо под ватерлинией, — доложил он лейтенанту Литтлу.

— Насколько серьезно?

— Достаточно скверно. Сломало пару поясов обшивки. Полагаю, понадобятся обе помпы.

— Заделывайте! — сказал Литтл.

— Там еще крысу убило, — добавил плотник, явно позабавленный.

— Заделывайте! — крикнул Литтл на него. — Потому что мы идем на новый круг. Зарядить орудия двойным ядром! — Последний приказ он прокричал вдоль палубы, затем повернул гневное лицо к рулевому. — В следующий раз я хочу подойти ближе!

— Там у входа в гавань скалы, — предупредил рулевой.

— Подойдем ближе, я сказал!

— Есть, сэр, ближе так ближе, сэр, — ответил рулевой. Он знал, что спорить бесполезно, так же как и то, что не стоит подводить корабль к Кросс-Айленду ближе, чем он уже подводил. Он перекатил во рту табачную жвачку и крутанул штурвал, чтобы повести бриг обратно на юг. Британское ядро просвистело прямо перед утлегарем[28] «Хазарда», отскочило от небольшой волны и, наконец, со всплеском утонуло в паре сотен шагов от стоявшего на якоре «Уоррена».

* * *

Лейтенант Джон Мур наблюдал за морским сражением перед входом в гавань с высоты Дайс-Хед. Бой казался ему очень медленным. Ветер дул свежий, но корабли, казалось, ползли по окутанной дымом воде. Пушки извергали громадные клубы дыма, сквозь которые большие корабли двигались с величественным изяществом. Грохот стоял ужасающий. В любой момент стреляли тридцать или сорок орудий, и их выстрелы сливались в раскатистое сотрясение, более громкое и продолжительное, чем любой гром. Пламя на мгновение окрашивало дым в зловещий цвет, и Мура внезапно охватила мысль, что, должно быть, так и выглядит сам ад, но при всем этом шуме и ярости видимого ущерба с обеих сторон было немного. Три корабля Моуэта стояли неподвижно, их бортовые залпы не ослабевали от вражеского огня, в то время как американские корабли безмятежно плыли сквозь всплески британской бомбардировки. Некоторые ядра достигали цели. Мур отчетливо слышал треск ломающегося дерева, но не видел никаких свидетельств повреждений, и выскобленные палубы вражеских кораблей казались незапятнанными кровью.

Один вражеский корабль, крупнее прочих, прошел вплотную под Дайс-Хед, и Мур позволил своим людям пальнуть по нему из мушкетов, хотя и знал, что дистанция предельная, а шансы попасть во что-либо, кроме воды, ничтожны. Он отчетливо видел, как человек на кормовой палубе обернулся и посмотрел вверх, на утес, и у Мура возник нелепый порыв помахать ему. Он сдержался. Внезапный порыв сильного ветра сдул дым с трех шлюпов Королевского флота, и Мур не увидел на их корпусах никаких повреждений, мачты их по-прежнему стояли крепко, и флаги все так же реяли. Выстрелило орудие с «Олбани», и, прежде чем дым снова скрыл корабль, Мур увидел, как вода перед орудийным портом пошла веером.

Девять вражеских кораблей атаковали линию Моуэта, но, к удивлению Мура, ни один не попытался ее прорвать. Вместо этого они кружили, по очереди обрушивая бортовые залпы на шлюпы. Сразу за шлюпами Моуэта, на якоре в такой же линии, стояли три больших транспорта, которые помогли доставить людей Маклина в Маджабигвадус. Их команды, облокотившись на планшири, наблюдали за пушечным дымом. Некоторые вражеские ядра, пролетая между шлюпами, врезались в транспорты, чьей задачей было ждать и, если какому-нибудь американскому кораблю удастся прорвать линию Моуэта, попытаться сцепиться с ним, но, похоже, ни одно вражеское судно не желало идти прямиком в горло гавани.

* * *

Лейтенант Джордж Литтл жаждал ворваться в гавань, но приказ гласил держаться к западу от входа, и потому он кружил на «Хазарде», разворачивая корабль под грохочущее хлопанье парусов, напоминавшее пушечную пальбу, а затем повел маленький бриг прямо на Кросс-Айленд. Пушечное ядро, выпущенное с островной батареи, с визгом пронеслось вдоль палубы, едва не задев рулевого.

— Проклятая трата пороха, — проворчал Литтл. — Держать ровно.

— Впереди скалистые рифы, сэр.

— К черту рифы, к черту вас и к черту британцев. Ближе!

Рулевой все же крутанул штурвал, пытаясь увести «Хазард» на север, чтобы его бортовой залп мог плюнуть железом и презрением в британские шлюпы, но Литтл перехватил штурвал и повернул его обратно.

— Ближе, я сказал!

— Иисусе Христе, — пробормотал рулевой, уступая штурвал.

Еще одно ядро, судя по звуку, тяжелое, врезалось в нос «Хазарда», затем корабль содрогнулся, и раздался скрежет — его корпус ударился о подводную скалу. Литтл поморщился, затем повернул штурвал, и «Хазард» замер. Скрежет в глубине продолжался, но тут бриг качнулся, соскользнул со скалы и лег на новый курс.

— Запускайте помпы! — крикнул Литтл. — Канониры! Целься лучше!

Орудия с грохотом откатились на брюках, расцвел дым, и британское ядро ударило в кофель-планку за фок-мачтой, разнеся ее в щепки, а Литтл уже ревел на своих канониров, приказывая перезаряжать пушки.

* * *

Высоко на утесе Мур наблюдал за маленьким бригом. На мгновение ему показалось, что его капитан намеревается таранить «Наутилус», но затем бриг повернул и вошел в дым, оставленный орудиями «Блэк Принса», большого приватира. Бриг изрыгнул огонь и железо.

— Храбрый кораблик, — сказал Мур.

— Подойдет еще ближе и считай можно пускать его корпус на дрова, сэр, — сказал сержант Макклюр.

Мур смотрел, как «Хазард» идет вдоль линии. Он видел, как ядра ударяют в его корпус, но скорострельность брига не снижалась. Он повернул на запад под ним, и Мур увидел, как его канониры перезаряжают.

— Прям охотничий терьер, а не корабль, — сказал он.

— Но мы-то не крысы, сэр, верно?

— Мы точно не крысы, сержант, — с улыбкой ответил Мур.

Маленькие пушки Пирса Фенистона прямо за пикетом выстрелили, их ядра полоснули по вражеским кораблям, а дым заполнил деревья. Солнце уже низко висело на западе, и дым отсвечивал в его лучах.

— Капитан Кэмпбелл идет, сэр, — тихо предупредил Мура Макклюр.

Мур обернулся и увидел приближавшуюся с севера высокую фигуру капитана Арчибальда Кэмпбелла в килте. Кэмпбелл, горец из 74-го, командовал всеми пикетами на утесе.

— Мур, — приветствовал он лейтенанта, — похоже, янки собираются доставить нам хлопот.

— Для того они сюда и явились, сэр, — весело ответил Мур.

Кэмпбелл моргнул, глядя на молодого офицера, словно подозревая, что над ним издеваются. Он вздрогнул, когда ближайшая пушка откатилась назад, издав оглушительный грохот среди деревьев. Брюки трех орудий были закреплены на соснах, и каждый выстрел вызывал дождь из иголок и шишек.

— Пойдём посмотрим, — приказал Кэмпбелл, и Мур последовал за долговязым горцем вдоль вершины утеса к месту, где в деревьях был просвет, открывавший вид на более широкий залив.

Вражеские транспорты стояли на якоре в заливе, по которому от свежего ветра бежали белые барашки волн. Эта стая кораблей находилась далеко за пределами досягаемости любых пушек, которые Маклин мог бы разместить на высоте.