Бернард Харкорт – Кооперация. Политическая, экономическая и социальная теория (страница 39)
Последняя мысль о росте
Сегодня в экономической науке существуют различные мнения о преимуществах и недостатках приоритета роста как экономической цели. Важно подчеркнуть, что не все сторонники кооперации придерживаются общепринятой экономической позиции, согласно которой рост или постоянное увеличение ВВП необходимы для политической стабильности. Большинство оспаривает метрику ВВП для измерения роста, а в кооперативном движении существуют различные взгляды на сам рост. Некоторые по-прежнему ориентированы на рост или так называемый "зеленый рост", другие придерживаются концепции "экономики без роста", а некоторые выступают за деградацию. Учитывая угрозу глобального изменения климата, вполне возможно, что для многих юрисдикций устойчивая экономика или деградация окажутся более подходящими для нашего времени.
Некоторые гетеродоксальные экономисты, такие как Джоан Мартинес Альер, Герман Дейли, Тим Джексон и Кейт Раворт, доказывают преимущества отказа от роста в пользу устойчивого экономического и экологического равновесия. Эти экономисты, сторонники "экономики устойчивого состояния" или иногда "экологической экономики", оспаривают общепринятую меру экономического благосостояния, а именно рост ВВП. Они утверждают, что ВВП как метрика не включает в себя издержки, связанные с ростом, и поэтому необходимо более тонко подходить к вопросам экономического благосостояния и уровня жизни. Больше - не всегда лучше: рост может быть сопряжен с издержками, негативно влияющими на чистое благосостояние. Учитывая ограниченность ресурсов на Земле и необходимость выживания экосистем, эти экономисты выступают за устойчивость, а не за рост.
Есть и другие гетеродоксальные экономисты, которые идут дальше и выступают за стратегии деградации, антироста или упадка государства. К ним относятся такие экономисты, как Николас Джорджеску-Роген в США, Баптист Милондо и Серж Латуш во Франции, Георгиос Каллис в Греции и Кристиан Кершнер в Австрии. Каллис в своем манифесте "Деградация" объясняет, что можно значительно сократить потребление и истощение ресурсов на Земле без ущерба для благосостояния. "Можно иметь значимую занятость и гарантированное благосостояние при гораздо меньших затратах и объемах производства, чем сегодня в богатых странах", - пишет Каллис.94 Движение за деградацию, зародившееся во Франции в 1970-х годах, не просто стремится покончить с потребительством ради сохранения окружающей среды, но и подчеркивает необходимость радикального перераспределения ресурсов и смены ценностей. Проблемы, которые они выделяют, включают в себя как чрезмерное использование ресурсов, так и их несправедливое распределение. Матиас Шмельцер, Аарон Вансинтжан и Андреа Веттер недавно опубликовали новый манифест по деградации "Будущее за деградированием: A Guide to a World Beyond Capitalism", в котором подчеркиваются экологические проблемы моделей роста, а также историческое и социальное обоснование деградации как ответа на колониализм и индустриализацию на ископаемом топливе. Подобное видение деградации реализуется на практике в рамках совместных политико-экологических проектов, таких как кооперативная сеть Longo Maï в Коста-Рике, Франции, Германии, Швейцарии и Украине, начатая в 1973 году, или проекты экопоселений TERA на юго-западе Франции, начатые в 2014 году.
Коэперизм не является сторонником роста любой ценой, он придерживается более целостного определения роста, учитывающего устойчивость и экологию. В рамках кооперизма есть место для здоровой дискуссии по этому вопросу, однако он склоняется к анализу, ориентированному на конкретное место. Вместо того чтобы ориентироваться на ВВП, он ориентируется на GPS. То, что может лучше всего подойти для одной богатой индустриальной страны, может не подойти для другой, менее привилегированной; даже в пределах одной юрисдикции для выравнивания распределения ресурсов и благосостояния может существовать возможность для деградации в одних сообществах и "зеленого" роста в других. Таким образом, решение этого вопроса, скорее всего, будет зависеть от конкретных условий на национальном, региональном, ведомственном или даже муниципальном уровне, ориентированных в первую очередь на сравнительный уровень экономического развития. Поэтому в настоящее время кооперирование не должно приводить к всеобщему транслированию этого вопроса, а скорее поощрять дальнейшие исследования и здоровые дискуссии.
Глава 6. Социальная теория кооперизма
В цикле лекций "Карательное общество", прочитанном в Коллеж де Франс в 1973 г., французский философ Мишель Фуко нарисовал призрачную картину западного общества. Его портрет был написан в период усиления репрессий во Франции после майской революции 1968 года. Именно в этот момент произошел резкий рост расово ориентированного массового лишения свободы по другую сторону Атлантики, где Фуко только что посетил тюрьму Аттика. В США число заключенных начало расти в геометрической прогрессии с 1973 г. и к 2008 г. превысило 2,3 млн. человек. За решеткой находился целый 1% взрослого населения США. Каждый тридцать один взрослый, или 7,3 млн. человек, находился под уголовным надзором, включая условно-досрочное освобождение и испытательный срок. Ситуация была гораздо хуже для цветного населения. Каждый девятый афроамериканец в возрасте от 20 до 34 лет - более 10% - к 2008 году находился за решеткой.
Как и неравенство в обществе, государственная политика, породившая эту пародию, была выбрана и преднамеренна. Здесь не действовали ни естественные законы содержания под стражей, ни эволюционные принципы. Все это было сконструировано и приведено в исполнение законодателями, судьями, выносящими приговоры, прокурорами и сотрудниками исправительных учреждений. Созданная человеком экспоненциальная кривая, скрывает разрушительные последствия для человеческих жизней.
Фуко показал в лекциях "Карательное общество" и два года спустя в книге "Дисциплина и наказание", что некоторые современные западные общества управляются с помощью парадигмы наказания. Наказание - это не столько реакция на преступление, сколько механизм, с помощью которого эти общества создают и поддерживают свой социальный порядок. Правительства вводят наказания с заявленным намерением бороться с преступностью, но в действительности наказания служат скорее для формирования и структурирования социальных иерархий - в США это социальный и расовый порядок. Лекции Фуко о карательном обществе были предвидением того, что должно произойти. Они также глубоко проницательны в раскрытии парадигмы наказания в современном обществе.
Во многих странах либеральной демократии человек предоставлен сам себе, не имея практически никаких указаний и поддержки, до того момента, когда он совершает что-то, что воспринимается как неправильное, и тогда он подвергается наказанию, часто суровому. Это, безусловно, относится и к Соединенным Штатам. В Америке мы не слишком много тратим на государственное образование или профессиональную подготовку. У нас не очень хорошие системы общественного здравоохранения и психического здоровья, нет доступных программ лечения наркомании. Практически все приватизировано - лучшие школы, шикарные лечебные учреждения, консультации. Основными государственными учреждениями, занимающимися охраной психического здоровья, в настоящее время являются окружные тюрьмы. Крупнейшей психиатрической больницей Америки, по сути, является тюрьма округа Кук. Мы позволяем людям самим во всем разбираться, самим за все платить, влезать в долги по студенческим кредитам - в общем, оставляем их в покое и даем им возможность найти свой путь. Но как только их обвиняют в правонарушениях, мы начинаем преследовать их всеми силами. Мы тратим все деньги мира, чтобы наказать их. В Нью-Йорке мы сажаем человека в тюрьму до суда, еще до того, как его признают виновным в совершении преступления, что обходится в 556 539 долл. на человека в год. Мы тратим более полумиллиона долларов на каждого человека, чтобы наказать его, если считаем, что он вышел за рамки дозволенного или подходит под описание. Но до этого момента мы не потратим на них ни копейки. Если вы мне не верите, давайте я отведу вас в государственную наркологическую клинику, расположенную на скоростном шоссе Ван Вик в Квинсе, и покажу вам, что я имею в виду. Честно говоря, ситуация еще хуже, потому что люди, которых мы наказываем в Америке, в непропорционально большой степени бедные и цветные.
Во многих либеральных демократиях господствует парадигма наказания, которая служит для создания определенного социального порядка расовой, классовой и гендерной иерархии. Многие из нас уже много лет ищут альтернативу этой парадигме наказания. Многие обсуждали и обсуждают парадигму образования или парадигму правосудия и образования, программы восстановительного правосудия, а теперь и парадигму трансформирующего правосудия, и все они являются многообещающими. Но эти альтернативы, на мой взгляд, лучше вписываются в парадигму сотрудничества.
Помимо политической и экономической теории, кооперизм представляет собой социальную теорию, способную заменить парадигму наказания парадигмой сотрудничества, создавая более справедливый общественный порядок, основанный на равноправии граждан, справедливости, уважении и заботе о других и об окружающей среде. Кооперационизм позволяет выйти за рамки парадигмы карательного общества и создать новое общество, основанное на сотрудничестве. Он стремится создать механизмы взаимной поддержки, которые позволят людям процветать. Оно заботится о человеке с самого начала, а не инвестирует в него только через строительство тюрем и труд охранников. На смену сегодняшней парадигме наказания должен прийти кооперизм.