Бернар Вербер – Дыхание богов (страница 7)

– Мы перечислили ограничения горных городов… Каким же городам светит, по-вашему, лучшее будущее?

– Тем, что в лесах, – подает голос Жан-Жак Руссо, бог людей-индюков.

– Времена собирательства и охоты миновали, – напоминает учитель, – лес мешает доставке продовольствия и не дает вовремя заметить надвигающегося врага.

– Зато лес для строительства, считай, бесплатный, – защищается Жан-Жак, не желающий сдаваться.

– Скоро вам придется тушить большие пожары, и вы откажетесь от деревянных домов. Для строительства удобнее близость к карьерам.

Мы продолжаем поиск.

– Как насчет городов посреди равнин? – предлагает Вольтер, чтобы не отстать от остальных.

– Легкая мишень для орд всадников. Вы видели, что большинство равнинных городов становились их первыми мишенями.

– Города на морском берегу? – спрашивает Эдит Пиаф.

– Само собой, такой прибрежный город трудно полностью окружить, зато ему грозят нападения морских пиратов. Жителям приходится беспрерывно вглядываться в горизонт.

Я помалкиваю, хотя хорошо помню вторжение со стороны равнины и единственный путь спасения – по морю.

Бруно, бог людей-соколов, заявляет, что его выбор – это города посреди пустыни.

– В пустыне видишь врага издалека. К тому же врагу будет нечего пить и есть, если он прибегнет к осаде.

– Осажденным тоже будет грозить голод, – возражает Сизиф. – Так как же обеспечить городу защиту и покой, не забрасывая его в высокогорье, на берег моря или в бесплодную пустыню?

Я поднимаю руку:

– Надо строить город на острове.

– Нет, когда город от всего отрезан, это тормозит торговлю и грозит распространением близкородственных браков. Остров – слишком замкнутый мирок. Но вы движетесь в правильном направлении. Нужен не остров в открытом море, а…

– …остров посреди широкой реки, – догадывается Мата Хари.

Бывший царь Коринфа удовлетворенно кивает:

– Именно! Остров на реке… Доказательство – опыт Земли–1.

Он разворачивает карту Франции на Земле–1 и показывает Париж, город, зародившийся на острове посреди реки, потом Лион, Бордо, Тулузу…

– Все это – французские города, ведь у вас французский поток, но можно привести и другие примеры: Лондон, Амстердам, Нью-Йорк, Пекин, Варшава, Санкт-Петербург, Монреаль… Практически все современные большие города на Земле–1 зарождались на речных островах. Перечислите другие преимущества городов, построенных на середине рек.

Я рисую на столе остров посреди реки. Мое внимание привлекает надпись, оставленная, вероятно, учеником из прежнего потока. Он вырезал лучом своего анха: «Спасем Землю–1, единственную планету, где есть шоколад».

Я собираюсь с мыслями. Так в чем смысл создания города на острове посреди реки?

– Вода вокруг – естественная преграда. Лошадям ее не преодолеть, пехоте тоже, – перечисляет прагматик Рауль.

В классе лес рук.

– Город, окруженный водой, трудно осадить.

– Его население не уморить голодом.

– Проточную воду нельзя отравить.

– По реке легко скрыться в случае опасности, – напоминает Сара Бернар.

Другой ученик дополняет:

– Осаждающие должны будут контролировать реку выше и ниже по течению, иначе к городу будут проникать лодки с провиантом и подкреплением; если же дела будут идти плохо, то командиры осажденных смогут улизнуть.

– Не забывайте, жизнь к войне не сводится, – напоминает всем Сизиф.

– В реке можно стирать белье, – вспоминает Эдит Пиаф.

– Река способствует развитию торговли, – говорит Рабле. – Город на реке может взимать пошлины с торговых судов, плату за транзит.

Учитель на подхвате кивает.

– Можно отправлять экспедиции, разведывать новые земли и подчинять их, искать там сырье и налаживать торговлю, – дополняет остальных Руссо.

– Благодаря речной торговле и пошлинам город богатеет и может при необходимости привлекать наемников и заключать союзы. Потому, наверное, символ Парижа – лодка синдиката речников, – напоминает Осман, знаток истории города, в перестройке которого он участвовал.

– Город, не стесненный стенами, расширяется и в конце концов завладевает берегами реки, – подчеркивает Эйфель, на глазах у которого растущая французская столица постепенно заняла всю низину Парижского бассейна.

Сизиф требует тишины и приносит из соседней комнаты подставки с макетами городов. Он расставляет их у себя на столе и просит нашего внимания. Каждый макет снабжен этикеткой. Мы понимаем, что перед нами миниатюры главных метрополий Античности: Афин, Спарты, Александрии, Персеполиса, Антиохии, Иерусалима, Фив, Вавилона, Рима… Он требует, чтобы мы назвали сильные и слабые стороны каждой, обратили внимание на ширину улиц, на продуманность расположения площадей.

– Сердцем города всюду служит рынок, значит, важно, чтобы до него было легко дойти по широким улицам, – говорит он для затравки.

Потом он показывает нам кое-что еще.

– Рынок часто соединен широкой магистралью со складами и хранилищами продовольствия, их место – у въезда в город, чтобы большие повозки не заезжали в него и не мешали там движению.

Сизиф показывает нам узловые точки города.

– Город можно назвать большим живым организмом, который ест, переваривает пищу и… освобождается от отходов своей жизнедеятельности.

Остальное дорисовывает наше воображение. Он продолжает:

– Ворота города – его рот, рыночная площадь – желудок, городская свалка – анус. Вывоз и переработка отходов – постоянная забота, ведь если этим не заниматься, то улицы быстро превратятся не только в источники нестерпимого зловония, но и в очаги болезней, распространяемых крысами, тараканами и мухами.

После этого Сизиф указывает на макет временного монгольского становища:

– Когда ваши народы еще находились на стадии стай, они обитали на открытом воздухе и оставляли вчерашние отходы позади себя. Но при жизни в замкнутом пространстве мусор становится вездесущим, и стоит подзабыть о гниении, как оно само о себе напомнит.

Мы прилежно записываем.

– Вам придется подумать также о цистернах для сбора дождевой воды, которая будет использоваться для орошения, а также о канализации, которая будет служить вам фильтром.

После этих предупреждений наш учитель возвращается к своим макетам античных городов.

– Город – это не только пищеварительная, но и нервная система. Царский дворец или мэрия – ее мозг.

Он показывает нам разные модели дворцов и замков, предназначенных для глав государств.

– Перед вами легкие, питаемые кислородом в виде налогов, они подают этот кислород в мозг, где принимаются решения о его последующем перераспределении.

Царь Коринфа демонстрирует налоговые центры разных стилей, из разных эпох.

– Кислород, то есть деньги, поступает в мускулы; благодаря строителям-каменщикам город растет; землепроходцы – глаза города на окрестных территориях; ремесленники и прочие работники трудятся в мастерских, и благодаря им производство не останавливается; земледельцы обрабатывают поля и собирают урожай.

Сизиф через силу перемещает свое истерзанное тело между рядами класса:

– Не забудем об обороне, подобии иммунной системы, защищающей город от внешней и внутренней агрессии. Полиция изымает больные и опасные для организма элементы, они подлежат обеззараживанию, иначе заразят остальных. Их изолируют в тюрьмах. Придется подумать и о сооружении тюрем.

На ходу он продолжает объяснять:

– Еще одна система безопасности – служба тушения пожаров. И наконец, военные, отражающие вторжения из-за внешних рубежей, подобно тому, как живой организм создает заслон против чуждых микробов.

Сизиф направляется к полкам сбоку и снимает с них несколько миниатюрных зданий.

– Храм может служить сердцем, благодаря ему все будут мыслить и чувствовать в унисон.

Он показывает нам храмы всех эпох и народов, от типи индейцев племени навахо до готических соборов.

– Школы, а затем и университеты – это система размножения, поставляющая новых горожан. Она передает память, ценности, культуру.